Олимпиец. Том V (СИ)
Богиня показал мне шесть загнутых пальцев.
— Простая математика.
Лику бы сюда. Она бы умилилась. Хотя девушка и так притащила мне из Архива — да, я дал ей с отцом туда доступ — специальный подарочек. Кстати, о нем.
— Не забывай про это, — я постучал по сумке на плече, откуда лучиками вырывался теплый золотой свет. — Но даже так, все бывает. Со мной уже случалось невозможное.
— Знаю, — внезапно просто, по-домашнему улыбнулась Артемида и поцеловала меня в щеку. — Удачи.
До этого тихо стоящая рядом Мина не выдержала и скорчила кривую мину.
— Поцелуи! Бе! Гадость!
— Подрастешь поймешь, Проклятая.
— Она просто завидует, — хмыкнул я и щелкнул ее по носу. — Верно?
— Ай! Отстань.
— Господин Лекс, — огромная резная дверь слегка распахнулась, и оттуда выступил мажордом. Опасливо покосившись на меня с богиней, он согнулся в услужливом поклоне. — Архонты интересуются, когда…
— Пусть потерпят, — авторитетно заявила Мина. — Не заслужили.
Пожилой мужчина в костюме удивленно посмотрел на меня.
— Э-э-э…
— Девочка права, не заслужили. — Я вздохнул. — Ладно. Открывай.
— Как скажете, господин.
Мажордом облегчённо выдохнул и, выпрямив спину, нажал обеими руками на дверь. Тяжелые створки заскрипели, но под напором «белого» поддались и нехотя разошлись в стороны. Чтобы тут же захлопнуться, стоило мне зайти внутрь.
Я огляделся.
Скромное помещение представляло собой комнату десять на десять, под завязку забитое анти-прослушивающими устройствами. «Глушилками», по-простому. В центре идеальным кругом стояли двенадцать стульев, из которых три пустовали.
— А, наконец-то. Герой Империи! — поприветствовал меня довольный голос Ортеги. Архонт Дома Амарэ тонко улыбнулась и энергично зааплодировала, заставив других с кислыми выражениями на лицах присоединиться. — Мы рады, что Истребитель Тифона почтил нас своим прибытием.
— Эй! Это же не он! Я Тифона … — Громкий звук оплеухи не дал девочке закончить фразу. — Сестренка, за что?
— А ну тихо! Стоп. Как ты меня назвала?
— Архонт Лекс, — Феосит, глава дома Венанди и двоюродный дядя Артемиды/ Кэйт медленно поднялся со стула, демонстративно игнорирую возню за дверью. — Прошу усаживайтесь.
— Не вижу смысла.
Мои слова произвели эффект неразорвавшейся бомбы. Одно дело заставлять их ждать, но это… Это уже перебор. Каждым своим действием я ломал привычный ритуал, их сложившиеся веками порядки. И не всем это пришлось по вкусу. Двое Архонтов, седой глава Салис и молодой Ипполит Каэд возмущенно вскочили на ноги, готовые возразить… Но тут я открыл сумку.
— Великий Зевс и боги Олимпа! — побелев, прошептал Феосит. — Это же…
— Символ Правителя, — Глаза Ортеги хищно блеснули и метнулись ко мне. Женщина явно благодарила тот день, когда я пересек порог ее дома. — Золотое Руно.
— Оно самое.
Я аккуратно достал Руно из сумки и поднял в воздух. Баранья шкура казалось теплой на ощупь, излучая в разные стороны нежный золотой свет. Лица Архонтов, секунду назад напряженные, недоверчивые, менялись. Один за другим они склоняли головы, в их глазах светилось… благоговение. Это не труп монстра где-то в Тартаре, это реальность. Я держал в руках артефакт великой древности и невероятной мощи. Кусочек истории, к которому можно было прикоснуться.
Руно — Символ Власти, Знак правителя. Лорд Максвелл погиб, пытаясь его достать, отец не сумел им воспользоваться… Теперь настал мой черед.
И я знал, как поступить.
— Император — это не просто титул, — Я говорил спокойно, не повышая голоса. — Это бремя. Клятва, вести свою страну вперед и не оглядываться. Мой отец мечтал о том дне, когда Дом Лекс сможет принять его на себя.
Мой взгляд нашел стоящего в тени Агелая, мгновениями назад ступившего в зал через черных вход. Тот понятливо кивнул и, достав корону, двинулся ко мне. Но он двигался не один. Рядом с ним смешно семенила ножками фигура в плаще.
Я повысил голос.
— Афина Паллада, мечтала о том дне, когда Дом Лекс сможет принять его на себя. — Короткая пауза, сменившаяся кривой ухмылкой. — Но я не они. Мне нафиг не сдалась это морока.
Восхищение в глазах Архонтов пропало. Эффект Руна спал, они с удивлением переглядывались между собой, не понимая, о чем я говорю. Потому они даже не сразу заметили, как в центр круга, ровнехонько между стульями выступила невысокая фигурка.
Девочка. Девочка с белыми, как снег волосами.
— Позвольте представить. Новый правитель, еще давно избранный людьми и богами. Право крови, которое никто не посмеет оспорить. — Мой голос был холоден, словно лед, когда я водрузил Золотое Руно на плечи девочки. Холоден и полон молчаливого обещания. Но когда я взглянул на принцессу, на губах сверкнула улыбка. — Правь долго и справедливо…
Я отступил на шаг и поклонился.
— Императрица Греции и Эллинов, Екатерина Первая.
* * *Тартар. Путь к Бездне
Четыре фигуры в плотных, серых плащах медленно спускались по каменным ступенькам. Первым шел Гермес — давний приятель Аида, он не раз ходил к тюрьме титанов и знал путь, как свои пять пальцев. Только сегодня обычно веселый и постоянно болтающий бог был удивительно молчалив. Не раскрывал попусту рот, двигался аккуратно и тихо, постоянно оглядываясь и смотря под ноги. На то была причина. Последнее, что Гермес хотел — это привлекать внимание хозяина дома. Даже, если тот еще не оправился от полученных ран.
— Врата Дедала, — спустившись с последней ступени, Гермес остановился перед огромной каменной аркой. Казавшаяся пустой для обычного смертного, взор бога рисовал многочисленные руны и жужжащие механизмы, приводящие врата в движение.
Преграда. Сложная и опасная. В другое время, известный вор попытал бы счастья с уникальным замком, но не сегодня. Сегодня риск был слишком велик. Поэтому Гермес отступил в угол коридора, пропуская вперед еще две фигуры в серых хламидах. Работа бога закончилась, — он провел их незамеченными в Мир Смерти — но для остальных она только начиналась.
Афина первой сбросила капюшон.
— Одиссей?
— Мне нужна пара минут.
— Поторопись, — кивнула Афина, доставая из-под хламиды отрезанную голову бога кузни. — Старик уже начинает гнить.
Наблюдающий из угла Гермес поморщился и отвернулся. Не то чтобы он любил старика Гефеста, но подобному подходу недоставало привычному богу… изящества, что ли? Впрочем, Гермес осознавал, что выбор у них невелик. Либо следовать плану, либо познать на своей шкуре гнев Зевса. В то, что Владыка Богов проигнорирует смерть сразу двух Олимпийцев, Гермес просто не верил.
Выражение на лице брата не укрылось от Афины. В отличии от Гермеса, смерть кузнеца ее не трогала. Радовала даже. Как-никак она сама вонзила копье в сердце старика и отрезала голову, с мрачным удовольствием наблюдая, как последние капельки жизни покидают уродливого бога. Гефест не раз требовал ее в жены, трижды пытался взять силой… В глазах Афины мужчина получил по заслугам. Впрочем, его судьба не изменилась бы даже, будь он невиновен. План важнее и не предусматривал исключений.
— Готов?
— Да, — кивнул Одиссей и, забрав голову, поднял ее в воздух. — Можно начинать.
— Приступай.
Гермес с интересом смотрел, как Символ на голове директора поплыл, меняя цвет и форму. Ярко желтый Аполлона, зеленый Артемиды, теперь он превратился в стальной венок Гефеста. Вестник восхищенно присвистнул. Человек, забравший силы сразу трех богов… Редкое зрелище.
В это время коридор перед аркой наливался светом. В руках Одиссея отрубленная голова словно бы вернулась к жизни. Челюсть дергалась вниз, нос судорожно пытался вдохнуть воздух, а глаза… Глаза светились потусторонним огнем, словно два фонарика ночью. И там, куда указывал их свет, скрытые механизмы арки приходили в движение.
— Видно что-нибудь? — непривыкший к безделью Гермес заглянул сестре через плечо.