Первая академия. Том 1 (СИ)

На кухне обнаружился третий труп — женщина средних лет с пулевыми ранениями.
— А её за что? — я вернулся в переднюю.
— Служанка. Её застрелили эти выродки, — объяснила Ника. — Когда я пришла, она уже была мертва. Простите, но я должна задать вам один вопрос.
— Задавай.
— Фамильный артефакт при вас?
— В смысле? Какой фамильный артефакт?
— Мне достоверно известно, что Лидия Васильевна отдала вам один из артефактов. Медальон с защитными свойствами. Мне приказано найти его и все остальные.
— Возможно, и передавала, но я не помню. Меня сильно ударили по голове. Если он был со мной в тот день, скорее всего, его у меня уже нет.
— Вас ограбили?
— Бери выше. Похитили. Но, как видишь, уже всё в порядке. Кто тебе приказал забрать артефакт?
— Это распоряжение главы рода. Я должна найти все семейные реликвии, которые остались в Москве и Ярославле.
— Главы рода? Но он же погиб три дня назад.
— Василий Владимирович погиб. Теперь род возглавляет Валентин Михайлович. Он покинул страну и пожелал вернуть себе все артефакты Василия Владимировича.
Слова Ники прозвучали неожиданно. Дед ни о чём подобном не упоминал в своих мемуарах. Неужели соврал? Похоже, он что-то хотел скрыть от своих потомков.
— Ошибаешься. Как единственный сын Василия Михайловича, теперь я являюсь старшим в роду.
— Прошу прощения, но должна напомнить, что вы теперь носите другую фамилию, — максимально учтиво произнесла Ника.
— Да неужели? И почему же это так получилось? Потому что я магией не владею, да? А это что? — я поднял перед собой руку, и над ладонью появился огненный шар, который я тут же потушил. — Фамилия — это формальности. Я — наследник отца, наследник рода. Это главное. Поэтому отныне ты подчиняешься мне.
Ника нахмурилась, уставившись в точку на стене, и плотнее сжала губы. Кажется, она не понимала, как быть в данных обстоятельствах.
— Но я работаю на Валентина последние три года. Я подписала контракт, — проговорила она.
— Это формальности. Контракт всегда можно изменить. Теперь ты работаешь на меня. С Валентином я улажу данный вопрос.
— Но я выполняю поручение. Валентин Михайлович доверил мне важное дело.
— Найти родовые артефакты?
— Именно так.
— Где они?
— Один должен находиться у вас, остальные четырнадцать — в поместье Василия Владимировича в Ярославле. Валентин Михайлович опасается, что их могут украсть.
Становилось всё интереснее. Получается, не Василий отдал то загадочное распоряжение, а непосредственно Валентин. Вероятно, Ника погибла, пытаясь достать артефакты, и Валентина мучило чувство вины из-за смерти стражницы. Возможно, случилось что-то ещё. Например, девушка нашла реликвии и смылась с ними за границу. Тоже могло быть, но я уже не узнаю о этом.
Так или иначе, большая часть наших семейных реликвий в тридцать третьем году оказалась утеряна. Некоторые дед и отец смогли найти у коллекционеров и выкупить. Остальные пропали безвозвратно. Разумеется, я прекрасно понимал важность поиска фамильных артефактов. Для рода такие вещи имеют особую ценность, не измеряющуюся деньгами. К тому же их сила могла помочь мне, пока я находился на низших ступенях мастерства, хотя в большинстве случаев такие предметы не использовали по назначению, а хранили как память.
— Так. В Ярославль пока соваться не стоит, — сказал я. — Артефакты мы найдём позже. Сейчас ты должна следовать за мной. Сколько тебе платил Валентин?
— Двести семьдесят. Простите, ваше благородие, но…
— Так, — перебил я. — Во-первых, обращайся ко мне на «ты» и по имени. Во-вторых, ты идёшь со мной. Это не обсуждается. Мне нужен телохранитель. С Валентином буду разговаривать я. Всё. Некогда болтать. Помоги собрать вещи, и уходим отсюда.
В прошлой жизни я почти не вращался в среде аристократов, и эти устаревшие формальные обращения меня напрягали. Ну а телохранитель мне действительно требовался. Пока не овладею магией на приемлемом уровне, помощь не помешает. К тому же иногда нужен человек, которому можно поручить какое-либо дело. Страже Оболенских я не доверял. Всё-таки чужой род. Единственная проблема — деньги. Где мне брать каждый месяц такую сумму? Если только одолжить у кого-нибудь.
 
Ника подчинилась. Наверное, рассудила, что безопаснее мне не перечить. Валентин был в другой стране, а я — тут, да ещё и огненным шаром перед носом размахивал.
Пока Ника складывала мою одежду в чемодан, я набивал другой чемодан тетрадями, книгам и прочим барахлом. Здесь были учебники, несколько фоток, альбом с рисунками (видимо, Алексей увлекался на досуге), какие-то безделушки. Самое ценное, что я нашёл — стопка писем. Она могли дать важную информацию о личной жизни парня. Документы тоже оказались нетронутыми. Они валялись раскиданными возле шкафа, многие смяты, но, кажется, ничего не пропало, даже паспорт остался. Рядом с кроватью лежала открытая коробка от револьвера. Само оружие отсутствовало.
Фамильных артефактов тоже не обнаружилось. Скорее всего, медальон, о котором говорила Ника, действительно попал в руки бандитов. Вот только где он сейчас? В игорном доме? Да где угодно мог быть. Впрочем, похитители вряд ли успели продать его в столь короткий срок.
Хватило полчаса, чтобы сгрести в чемоданы все вещи. Мы вышли на улицу. Перед домом стоял старый двухдверный седан, похожий на карету с капотом. Узкие крылья, большие круглые фары, спицованные колёса. Такие недорогие авто часто встречались на дорогах Москвы. Два громоздких чемодана удобно разместились на заднем сиденье.
— Жильё в Москве есть? — спросил я.
— Я квартиру снимаю в Барашевском переулке недалеко от дома Валентина Михайловича, — ответила Ника.
— Понятно. Будь там осторожнее. Враг может знать, где ты живёшь.
— Разумеется, я соблюдаю осторожность. — ответила Ника таким тоном, словно мои сомнения в её компетентности задели её. — Я уже была там, пока слежки нет.
— Мы сейчас в другое место поедем. Я временно проживаю у Елизаветы, сестры Валентина. Ты знаешь, где это? Впрочем, неважно. Просто поедешь за мной. Моя машина тут недалеко.
Мы проехали сотню метров до улицы, где остался Лизин кабриолет. Перекинули в него вещи. Я на кабриолете поехал первым, Ника на своём тарантасе — следом.
Когда добрались до поместья, первое, что бросилось мне в глаза — чёрный лимузин Петра Оболенского, стоящий там же, где и вчера. Неужели глава опять с визитом прибыл? Зачастил он что-то.
Мы с Никой припарковались рядом. Я велел стражнице ждать в машине, а сам отправился в дом, чтобы обсудить с Лизой, где разместить Нику. Та должна была жить в усадьбе и сопровождать меня в поездках по городу. Я надеялся, во флигеле найдётся свободная комнатушка.
Лиза выбежала мне навстречу, едва я зашёл в дом.
— Наконец-то ты вернулся! А то я уж беспокоиться начала. Всё в порядке? — затараторила она.
— Да. Я забрал вещи. Со мной наша стражница Ника. Знаешь её?
— Нику? Конечно, знаю. А разве она не уехала со всеми?
— Валентин дал ей кое-какое поручение. Нике пришлось вернуться. Теперь она — моя телохранительница, и ей придётся жить где-то поблизости. У тебя не найдётся случайно ещё одной комнаты?
— Ой, конечно, придумаем что-нибудь, — махнула рукой Лиза. — Если что, слуги во флигеле потеснятся. А тебе сейчас надо торопиться. Прибыл человек от Петра Петровича, сказал, что отвезёт тебя в академию. Он уже час ждёт.
— Академию? — удивился я.
— Ну да! В Первую Московскую Академию. Тебя хотят там видеть. Ты же сам хотел туда поступать, разве нет? Ну вот. Там будут экзамены или что-то в этом роде… В общем, собирайся скорее.
Это прозвучало столь неожиданно, что я впал в ступор. Как, уже? Так быстро? А не кроется ли тут какой-нибудь подвох? Куда на самом деле меня повезут?
— Ага, понял, — я не показал виду, что заподозрил неладное. — Как-то они слишком быстро всё устроили.
— Да я сама удивилась. Пётр Петрович вчера вечером позвонил директору, а сегодня утром тот уже сказала, чтобы ты приезжал. Переоденься во что-то поприличнее. Ты же забрал все вещи, да? Так вот, надень хороший костюм и быстрее поезжай. Ты и так сильно задержался.