Красный рассвет. Иноходец (СИ)
«Двести пятьдесят два рубля!»
В момент, когда первые двое людей в черном заскочили в ресторан, мы с Жанной как раз проскакивали между ледяных стеллажей с рыбой. Я на ходу подхватил акулу за хвост, и в несколько скользящих шагов разворачиваясь, как метатель молота, швырнул большую рыбу.
Как бы ни была серьезна подготовка сотрудников, но когда в тебя летит настоящая акула — наверное это вызывает удивление. Причем попала акула хорошо, сначала в грудь одному — откинув его метра на полтора спиной в стену, сбив попытку достать оружие (или удостоверение), при этом шлепнула хвостом по лицу второму.
— Граната! — закричал я, на ходу подхватив с ближайшего стола бутылку и швырнув ее в потолок, где сложная конструкция светильников сразу заискрилась ярким фейерверком.
— Не стреляйте, не стреляйте, я не хочу умирать! — вдруг пронзительно завопила Жанна, срываясь на истеричные визги.
Когда через три секунды мы уже вломились в дверь кухни, в зале началась паника. Мы с Жанной пробежали мимо столов из нержавейки, расталкивая поваров в белоснежных халатах, выскочили в подсобку склада — здесь я, почти не останавливаясь, завалил стопку коробок на закрытую за нами дверь. Пробежав через курилку, провожаемые удивленными взглядами, мы выскочили на улицу и устремились к машине.
Я воткнул ключ в замок зажигания еще до того, как на сиденье приземлился. Взревел мотор, и выкидывая из-под колес гравийную крошку мерседес развернулся задом, начертив передними колесами почти ровный полукруг. Педаль я топнул в пол, и машина буквально прыгнула вперед. Приемистая техника, мне нравится. Мелькнули заборы, указатели, отлетел в сторону легкий пластиковый шлагбаум.
Мерседес этот, несмотря на «дамскую» внешность, традиционно полноприводной, и чувствовал себя на мокрой асфальтово-гравийной дороге хорошо. Ну и я конечно красавчик, так вывернул со стоянки в боковом заносе.
Я вообще не любитель так гонять, но рулить умею, прямо горжусь собой.
Двигатель гулко рокотал, а мы — все ускоряясь, летели по узкой дорожке проезда к пляжу между лесом и высокими заборами дач. Здесь километр до трассы примерно.
— Едут! — сообщила Жанна, которая обернулась и наблюдала за выездом от ресторана.
Впереди за пологим поворотом показалась идущая перед нами машина, через секунду я увидел, что навстречу ей едет вторая. Как раз в момент моего приближения едущая с нами в одном направлении машина начала прижиматься к забору, чтобы разъехаться, а вторая начала ее объезжать.
На раздумья у меня были считанные мгновения. Скорость я снижать не стал, проскочил по неширокой обочине — частично проехав по канаве. Это едва не стоило мне глушителя — внизу что-то очень уж громко хрустнуло, а машина аж подскочила. Но, на удивление, ничего не отлетело — и выскочив из канавы на дорогу, я поймал управление завилявшей было машиной. Была бы скорость меньше, на брюхе бы там в канаве и остались.
Вслед нам неслись протяжные гудки — видимо водители машин, мимо которых с ревом двигателя мелькнул красный росчерк, запоздало испугались. Поздно уже, ребят, раньше бояться надо было. В простенькие звуки клаксонов вклинился вдруг уверенный гул — явно преследующий нас микроавтобус просит дать ему дорогу.
Я уже подъехал к Приморскому шоссе. Скорость практически не снижал, и только за десяток метров топнул по педали тормоза.
— Налево! Налево! — вдруг закричала Жанна.
Сам я бы поворачивал направо — поток машин по субботнему плотный, так банально вывернуть проще. Да и в городе уходить от преследования лучше. Но, с другой стороны, если мы сумеем быстро повернуть налево и скрыться из поля зрения, может получится обмануть преследователей. Вдруг они решат, что мы направо повернули.
Неудачно получилось, неудачно подъехали — поток машин шел такой, что с ходу вклиниться и повернуть не получится. Это я увидел и оценил, пока меня юзом, заворачивая мордой машины влево, в торможении к выезду на трассу тащило. Поэтому останавливаться я и не стал, а вновь притопил педаль — мерседес вцепился всеми четырьмя колесами в мокрый асфальт, и выходя из заноса выскочил прямо на обочину встречной полосы.
Обочина здесь узкая, едва вполовину от ширины машины. Но проскочить впритирку со встречными хватило, хотя над дорогой и повис гул клаксонов. Совсем рядом возник фонарный столб, объезжая который я потерял с хлопком свое зеркало. Но и так для этого мне почти полностью на встречку пришлось выскочить рискованно.
Почти сразу увидел и понял, что одна из машин впереди от такого зрелища — несущийся навстречу бешеный красный мерседес, притормозила. Воспользовавшись подарком, я резко крутанул руль и выскочил в просвет на свою полосу.
Двигатель вновь утробно зарокотал, разгоняя машину. Едва утвердившись в своей полосе, я тут же снова выскочил на встречку, обгоняя сразу три машины. Зеркала слева больше нет, на обгон выходить немного неуютно, но с другой стороны — вряд ли сзади меня будет подпирать такой же гонщик.
— Куда?
— В Зеленогорск, у нас там база в одном из санаториев.
Жанна говорила сдержанно, напряженно. Сидит вполоборота, смотрит назад выглядывая преследователей. А вот этой ее подачи я не очень понял: почему надо ехать сейчас километров десять до Зеленогорска, когда в нескольких километрах в сторону города санаторий, где я живу? Тоже ведомственный и тоже там есть специально обученные и вооруженные сотрудники, как мне Семенович прозрачно намекал.
На пару секунд я отвлекся, проскочив во время обгона впритирку между несколькими машинами, так что позади с опозданием возмущенно загудели клаксоны.
— А в том где я живу, туда же ближе!?
— Там где ты живешь, нас могут ждать на подъезде!
Ну да, Жанна определенно соображает в этом деле. Она, кстати, по-прежнему не обращала внимания на чудеса на виражах (железная выдержка), так и сидела обернувшись назад.
— Едут! — воскликнула вдруг она.
— Да чтоб вас, черти… — только и выругался я.
Мало того, что удильщика морского даже попробовать не дали, так еще и правильно сторону угадали. Хотя я, выезжая, на перекрестке серьезный затор создал — скорее всего кто-то из водителей задержался, выдыхая, могли и показать, куда я поехал.
Если бы я такого дурака на перекрестке увидел и потом понял, что за ним кто-то гонится похожий на сотрудников силовых ведомств, я бы точно показал куда этот отморозок поехал. Да, визуально сейчас я точно не похож на того, кто играет на стороне «хороших парней». Больше как настоящий д’Артаньян выгляжу, который решает свои проблемы без оглядки на спокойствие и интересы добропорядочных буржуа.
Уже серьезно рискуя, я совершил парочку обгонов, двигаясь бешеной красной кометой на сонно-спокойном и даже пасторальном Приморском шоссе. Дорога полого виляла, я гнал как сумасшедший и микроавтобус преследователей сейчас вроде бы исчез из вида. Но в то, что ребята решили остановиться и поехать обратно, не верилось. Есть вариант, что они в ДТП попали, но эту возможность я тоже серьезно не рассматривал.
Мы сейчас ехали, низко летели вернее, приближаясь к Репино. Мимо, слева и справа, среди серо-коричневых стен голых по-весеннему деревьев, разбавленных черно-оранжевой корой сосен, росчерками пролетают красивые заборы, вывески и ворота — мы едем вдоль санаториев и фазенд разных уважаемых людей. Из одного из таких прилегающих подъездов, на выезде одной из таких фазенд, вдруг выскочил на дорогу красный, почти как у нас, мерседес. Я только росчерк волос успел увидеть в открытом водительском стекле — девушка, молодая.
Подъехала к выезду, посмотрела, что я к ней лечу и поехала. Мо-ло-дец. Знаю эту манеру выехать: «Ой, ребят, я уже на дороге, так что вы давайте притормозите».
Только вот эта юная мадам оценив расстояние до меня, совершенно неверно оценила мою скорость.
— Держись! — успел крикнуть я, предупреждая Жанну.
Вжав педаль тормоза в пол, я сам вжался в спинку кресла. Юзом пролетел десяток метров, источая комплименты и глядя как стремительно приближается красная машина. Не так стремительно, как рассчитывал — девушка за рулем похоже быструю езду любит, и с места в карьер взяла, разгоняясь как на гоночном треке.