Забытый мир (полная версия)

  
Глава VIII. Солнечная борьба
 
Взвыли моторы, завибрировали стены и дверь. Харб Ленд взобрался в кресло первого пилота. Быстрые, натренированные глаза пробежали по панелям, приборам, датчикам.
— Генераторы на ходу! — прозвучал по видеосвязи голос Лоссера. — К взлету готовы!
— Внимание! — громко и спокойно скомандовал Харб. — Старт!
И словно толстое одеяло окутало их, спеленало, повалило в кресло и сжало…
В голове Карлина промелькнула мысль: в какую авантюру он ввязался. На таком несовершенном корабле землян отправиться в очень опасную экспедицию. На тех звездолетах, на которых он летал, все было по-другому…
— Разрешение!!! — пискнул испуганный голос в приемнике универсальной связи. — Дайте разрешение на взлет!
— Уже да-ли! — и Харб, откинувшись в кресле, отключил универсальную связь. — Пускай немного поудивляются!
Атмосфера планеты возмущенно ревела, визжала и со вздохом облегчения замирала позади корабля. На востоке, подобно гигантскому глобусу, всплыла Луна, заняв собой весь экран. Но вот и она ушла в сторону, уступив место величавому Солнцу.
— О, черт! — рычал Харб. — Мы, с Земли, еще покажем, что можем прокладывать космические трассы там, где другой не посмеет. Мы еще покажем!..
По кораблю поплыла песня старых космических бродяг:
— И пусть порыв несет нас прямо к звездам…
— Да прекратите же, наконец! — словно выстрел, хлестанул голос Джонни. — Еще не время! Взгляните на Солнце…
Наступила гнетущая тишина. В душу забирался страх. Весь экран занимал гигантский огненный шар.
— Зачем спешить? — вопрошал Джонни. — Мы можем оказаться на орбите Солнца раньше, чем будет смонтирована драга. Всем в трюм!
Вокруг массивной драги закипела работа. Ее крепили на фундаменте. Змеевики охладителя, трубопроводы и силовые цепи собирались по схеме. Батареи фильтров Марнхейма заполнили задние бункера.
Планетолет дрожал, стены, пол, двери вибрировали. Гигантская сила толкала «Феникс» сквозь пространство. В помещении трюма воздух был удушающе горяч. Два кислородных регенератора не могли обеспечить нужной температуры и чистоты воздуха.
— Полный порядок! — после нескольких часов изнурительной работы прокричал Джонни. — Мы справились с монтажом вовремя. Харб, наверное, уже раскрыл главную часть заградительного экрана.
Когда Джонни и Карлин, покачиваясь от усталости, вошли в рубку, они были ослеплены. Мощный заградительный экран не мог сдержать яростного пламени. Солнце заняло все видимое пространство. Весь мир казался замкнутым вокруг полыхающего ядра, и «Феникс» словно падал в этот огненный ад.
— Еще час, и мы достигнем нужной орбиты! — раздался торжествующий голос Харба.
— Джонни, Харб! — взмолился Флоринг. Он давно уже пришел в себя и лежал связанный в кресле. — Вы должны повернуть обратно!
— Не пытайся меня убедить, Росс! — возразил Джонни. — Я очень сожалею, что втянул тебя в это опасное дело. Но мы уже не можем остановиться!
— Да вы просто не попадете к Солнцу! — воскликнул Флоринг. — Вас уже преследуют крейсера Контроля!
— Пустая трата времени, — засмеялся Харб. — Ищи ветра в поле!
— Джонни, посмотри на мой значок, — продолжал офицер. — Видишь на обратной стороне крохотный передатчик? Это «искатель», по его сигналам Контроль найдет своего офицера, как бы далеко он ни был. Они давно меня ищут!
— Это правда? — лицо Джонни потемнело. — Харб, включи универсальную связь!
Харб повиновался. Сквозь рев силового поля был слышен хриплый голос:
— Эскадрон Контрольного оператора номер четыреста тридцать вызывает «Феникс»! Последнее предупреждение! Вы обнаружены и, если не покоритесь, будете обстреляны. Последнее…
Харб переключил экран обзора. Позади «Феникса», в черной стене пространства, меж звезд, были видны четыре крохотных светящихся треугольника.
— Проклятье! Они нас нагоняют! — прорычал Харб.
Еще несколько недель тому назад Карлин даже во сне не смог бы представить, что он не подчинился приказу Контроля. Но сейчас в его жилах бурлила кровь независимых людей Земли.
 
— Полный вперед! — прокричал он. — Они не смогут преследовать нас, если мы выберем орбиту вблизи фотосферы. Ни один крейсер Контроля не имеет таких мощных термозаградителей.
— Он прав! — загудел Харб. — Но я не могу увеличить скорость, пока мы не скорректируем изменение орбиты!
— Действуй, Харб! Рассчитывай орбиту и начинай разгон.
«Феникс» по касательной устремился к Солнцу.
Джонни развернул все резервные заградители, воздух в корабле был уже обжигающе горяч.
Харб застыл над пультом управления. Он задавал главному компьютеру режим, проверял данные, подбирал необходимое ускорение, и, наконец, «Феникс» вошел в колоссальную спираль, которая должна была закончиться у самого Солнца.
— Карлин, да растолкуй же им, что они сошли с ума! — кричал Флоринг.
Но Карлин не слышал его. Он не отрывался от экрана обзора, где были видны четыре преследовавшие их крейсера.
И началось… Четыре яркие вспышки, четыре ядерных взрыва располосовали на части темноту космоса позади «Феникса»…
Откуда-то послышался испуганный голос Лоссера:
— Следующим залпом они нас накроют!
— Джонни, закрой шестой и седьмой секторы заградительного экрана! — прокричал Харб. — Иду на орбиту!
— Осторожней, Харб, — вырвалось у Джонни.
Но Харб не слушал. Он знал свое дело.
Еще четыре вспышки брызнули вокруг них. На крейсерах знали, что на борту «Феникса» офицер Контроля и выстрелы были не прицельные. Но так или иначе, а контроль-оператор не мог допустить, чтобы начались работы, ведущие к катастрофе.
— Вы только взгляните!!!
«Феникс» вошел в корону Солнца. За стенами планетолета бушевала двухтысячеградусная жара.
Разум отказывался верить, а глаза не могли оторваться от экрана. Еще никто из живущих в Галактике (кроме тех смельчаков, которые погибли в катастрофах при разработке солнечной фотосферы) не приближался к звезде так близко. Перед глазами смельчаков волновался гневный океан полыхающих газов. Океан парообразных металлов и металлоидов. Все бурлило, переливалось, слепило и обжигало.
— Они отстали! Отстали! Не хватает силенки! — торжествовал Харб.
— Они будут поджидать вас. Держать в прицелах локаторов! — кричал Флоринг. — Как только появитесь с другой стороны Солнца, они обстреляют вас. Вернитесь!..
В кабине прохрипел голос из машинного отделения:
— Заградители не выдерживают…
— Еще немного! — молил Харб. — Выхожу на орбиту!
Выход на орбиту даже вокруг планеты нелегкое дело, а если это звезда с колоссальным полем тяготения — задача становится в сто раз труднее.
Фигура Харба казалась вырубленной из камня. При таком форсированном режиме компьютер-пилот не справлялся с задачей, и в помощь ему требовался ум и опыт человека. Вспыхивали индикаторы, щелкали решающие устройства, вычислитель с ловкостью фокусника оперировал гигантскими цифрами. Все застыли в тягостном ожидании.
Гул внезапно умолк. Стрелка гравитациометра, еще секунду назад неистово плясавшая, застыла в нейтральном положении.
— Мы на орбите! — прокричал Харб и в изнеможении откинулся в кресле.
У всех было такое ощущение, словно они висели в этом пространстве рядом с Солнцем. Сейчас они были не просто люди. Они были нарушителями покоя царственного светила.
— Пора начинать! — Джонни с трудом оторвался от завораживающей картины. — У нас не так много времени. Мы не сможем долго выдержать в этом пекле.
Карлин и Джонни спустились в душный трюм. Работа не прекращалась. Магнитоэлектрический ротор начал свой разбег, постепенно превращающийся в ровный гул-ритм, — создавалось магнитное поле.
— Крейсера начинают атаку! — закричал Харб.
Эти последние минуты перед запуском магнитной драги Карлин провел точно в кошмарном сне. Наконец было отрегулировано устойчивое магнитное поле, и сопла лучевых трубок выглянули из амбразур. Джонни включил двигатель поля.