Ведьмина дорога (СИ)
— Я не справился, — горько сказал Вир.
Вейма мельком заглянула ему в глаза и в ужасе отвела взгляд, уже зная: ей придётся увидеть всё до конца. Принять его боль, его отчаяние. Ужас смерти и чувство вины. Ей придётся принять всё. Но не сейчас… не сразу…
Вампиршу осенила мысль и она метнулась через дом во внутренний дворик, к кухне.
— Живо, — закричала она, едва её стало видно кухарям. — Принесите мяса и вина, да побольше! Прибыл шателен Гандулы с важными новостями для господина барона! Он устал с дороги! Да пошевеливайтесь же! Сам господин шателен! Быстрее!
Позднее кухари сами не смогут сказать, почему господин шателен показался им столь важной птицей, что они подбросили дров и побыстрее дожарили мясо, томившееся на огне в ожидании возвращения барона. Впрочем, позднее их господин не только не возмутился тем, что остался без ужина, но и похвалил за рвение и старательность. А Вейма пробежала мимо мужа, на улицу и, окликнув какого-то мальчишку, посулила ему награду, если он — быстрее, быстрее, нельзя ждать! — немедля приведёт барона Фирмина сюда. Важные, мол, новости. Да беги же ты!
Вейма почти не чувствовала как прибегает к своим способностям вампира. Что их обострило? Запах ли крови, близость ли мужа, охватившее её возбуждение? Одно она знала точно: как ни важно рассказать барону обо всём, а она никуда не пойдёт, пока не выслушает Вира.
Принесли мясо и кубок вина. Вейма втиснула кусок мяса в сведённые пальцы судорогой мужа. Тот отстранился, но под пристальным взглядом жены поднёс ко рту и откусил. Дожарить мясо не успели. Так лучше.
— Говори, — велела Вейма, когда мясо было почти съедено, и взяла в свои руки свободную руку мужа. — Что случилось? С чем ты не справился? Ты ранен? Кто на тебя напал? Где? Да не молчи же ты!
Вир хмыкнул.
— Ш-ш-ш, моя козочка.
— Говори!!!
Вир устало привалился к ней и закрыл глаза.
— Я выполнил приказ барона и вернулся в Корбиниан. Увар уже увёл своих людей оттуда. Мы договорились… есть люди, которые ему преданы… они давно вместе… а остальных… не жалко… отребье… Увар увёз жену и дочь… ушёл… в безопасности… остальные начали бунтовать… им не платили, запретили грабить… они требовали денег, еды, вина… или права на грабёж… я знал… заранее подгадал… это бы… задержало… самозванца… но… прибыл человек… с отрядом… отсюда… от графа… графа Дитлина… он… он сказал что-то самозванцу… а потом…
Вейма обняла его за плечи и заглянула в глаза. Кровь, смерть, сражение…
— Они меня переиграли… Дитлин написал, что я служу барону… всё стало ясно… Алард… Алард объявил наёмникам, что всё из-за меня… Что я предатель… продал их баронам… тогда они… разделились. Кто-то… пятеро… они сказали, что подчинялись Увару, а тот подчинялся мне. И пойдут за мной. Вейма, я не знал! Я бы… всё по-другому… Остальные… их было больше… мы сражались. Я не мог открыть, кто я… это навредило бы барону… я сдерживался… но если бы и нет… всё равно… их было слишком много… я бы сбежал… мог успеть… но эти люди… они бы не успели… и мы сражались… они погибли. Мои люди. Все погибли. Все! Я упал рядом с ними… нас даже не закопали…
Вейму передёрнуло и она крепче обняла мужа.
— Это позади, — сказала она.
— Я предал их, — горько сказал Вир. — Я не знал. Они… люди Дитлина пинали наши тела. Клянусь, я не отличался от трупа! Утром они ушли. Я… я немного оклемался… похоронил товарищей. Если бы я знал… Потом пошёл сюда. Не смотри на меня так! Я… со мной всё хорошо. Я только устал. Я бежал день и ночь.
Вампиршу трясло от разделённых переживаний. Боль от смертельных ран, стыд, ужас… Заступник, за что?! Никто не должен был погибнуть!
Она не знала, сколько времени они молчали, прижавшись друг к другу, но вот Вир немного пришёл в себя и в свою очередь потряс жену за плечо.
— Ты вся в пыли, — заметил он, — и была напугана, когда бежала к двери. Козочка моя, что случилось с тобой?
Вейма сглотнула и сбивчиво ответила на вопрос. Когда она замолчала, от оборотня запахло не просто страхом — ужасом. Вампиршу затрясло и муж поспешил её обнять.
— Бедная ты моя, — прошептал он. — Если бы я знал…
— Это я во всём виновата, — горько ответила Вейма. — Это увидев меня, Дитлин отправил против тебя отряд. И я не сумела справиться с Норой. Не хотела… боялась спугнуть… В её возрасте так легко теряют доверие! А теперь она…
Послышались знакомые шаги и они оба разом умолкли. Барон остановился у дверей, задал несколько вопросов охранявшим двери кнехтам, выслушал ответы и вошёл в дом решительным шагом. От него тоже пахло страхом и беспокойством.
Он знает… — отстранённо подумала вампирша.
Откуда?
Она поспешила окликнуть сюзерена. Надо было встать, надо было спешить навстречу, но оставить мужа без поддержки… Барон подошёл к лестнице, на которой сидели его вассалы и смерил их испытующим взглядом.
— Так, — только и сказал он. — Рассказывай, Вир.
Запинаясь чуть меньше, чем в прошлый раз, оборотень повторил рассказ. Когда он закончил, в глазах барона мелькнуло что-то похожее на чувство вины.
— Я подвёл тебя, мой мальчик, — грустно сказал он. — Прости меня.
— Я выжил, — ответил оборотень. — Но вот ваш сын… ваша дочь…
— Да, — просто ответил барон. — Я уже знаю.
Он перевёл взгляд на вампиршу.
— Ваша милость, — опустила голову Вейма. — Простите. Я не… простите. Нора уколола себя иголкой… Она получила письмо от брата… я пыталась её отговаривать…
— Я уже понял, — вздохнул Фирмин. — Не кори себя, этим делу не поможешь. Я совершил ошибку, не приставив к дочери никого, кто мог бы удержать её силой, и не обговорив с охраной паролей. Те кнехты, которые стояли у дверей, постоянно живут здесь, они просто не узнали, что перед ними не мои люди.
Он махнул рукой, доставая из-за пазухи кусок пергамента.
— Что уж теперь. Вот, прочтите.
«Дорогой отец, — было написано уже знакомым почерком, — я решил вспомнить о кровных узах и облегчить бремя забот и власти, которое ты на себя взвалил. Рад сообщить, что моя дорогая сестрица теперь находится на моём попечении и я принимаю на себя защиту её жизни и чести. Ты знаешь меня и можешь отныне не беспокоиться о её судьбе, поэтому, прошу тебя, оставайся на месте и спокойно занимайся своими, такими важными делами…»
— Мерзавец! — вырвалось у Веймы. От письма так и несло ненавистью и угрозами.
— Это крушение всех ваших планов, — проговорил оборотень. — С Норой в руках им ничего не стоит завладеть Ордулой, а это значит, что они не просто проедут мимо Латгавальда, как мы предполагали.
— Латгавальда? — переспросила Вейма, не сразу сообразив, что Ордулой назывался замок барона. — Вы… вы знали, что самозванец собирается в Латгавальд?
— Мы предполагали, что он будет штурмовать Ордулу, — спокойно ответил оборотень, который сразу подобрался, чувствуя напряжение своей жены. — Но замок хорошо укреплён, а жителей мы с твоей подругой предупредили.
Он усмехнулся.
— Сказали, она предвидела большое войско. С тех пор, как она лишилась волшебной силы, она стала куда убедительнее, как я понял. Так что я не слишком волновался за людей.
Он помрачнел.
— Вы их предупредили и они спрятались? — уточнила вампирша. — Но тогда какая для них разница?..
— Нет, — нетерпеливо ответил оборотень, косясь на сюзерена, который стоял над ними и напряжённо думал. — Они спрятали припасы, увели часть скота. Если бы деревня стояла пустой, это выглядело бы подозрительно и они могли бы сделать неожиданный ход. Там у вас тот тип странный, от которого травами воняет, ведьмочка сказала, что он сумеет проводить туда, где чужаки ничего не найдут. Он было заартачился, но потом согласился. Я был уверен, что всё обойдётся. К осаде Ордула была готова, а там бы его милость вернулся бы, и самозванец был бы взят. Я готовил это несколько лет!
— Да, я напрасно представил Вейму как твою жену, — отозвался барон. — Прости, если сможешь. И Нора…
— Нора?! — вскочила на ноги вампирша. В это мгновение все тёплые чувства к воспитаннице были стёрты. — Нора! Они же войдут в Ордулу! Там же Магда!