Банши. Город грехов (СИ)

Конец разговора Ника не уловила — Костя не дал, уводя девушку и животных подальше от беседующих людей.
Уже оказавшись на довольно приличном расстоянии от них, она все же уловила вопрос мужчины, который заставил ее напрячься. Хриплый обволакивающий голос напоследок спросил:
— А кто это?
***
Все шло довольно гладко — Ника послушалась и не высовывала носа. Яров был доволен, и все его внимание было обращено к тренировочному полю. Это успокаивало. Закончив показательное выступление, отдала Сократа Косте и кивнула на Нику. Им пора было уходить. Его вопрос о ресторане застал меня врасплох.
— Чем тут не уютно? — я вернулась к нему, замечая жадный блуждающий взгляд.
— Предлагаете бумаги подписать на коленке? — иронично спросил Яров.
Мда, в свой голос он пытался вложить все очарование, на которое был способен. Но не прокатит, Макс, не прокатит. Баб своих завлекать будешь на досуге.
— Почему же на коленке? Мои юристы все подготовили. Вы можете отправиться в офис и все подписать. Я уже все сделала, — позади нас послышался громкий звук, привлекший наше внимание.
Взгляд мужчины метнулся в сторону лошадей, и он уловил Нику.
— А кто это?
— Не думаю, что вопрос уместен, господин Яров, — жестко отрезала. — Мы обсуждаем совсем иные вещи.
— Как скажете, Василиса Баженовна, — протянул мужчина, отрывая взгляд от Ники. — Юристы, так юристы. А после?
— Что после?
— Можем обсудить в ресторане дальнейшее сотрудничество. Скажем, индивидуальные занятия по верховой езде? — Яров улыбнулся.
— Я не тренирую, — ответила ему. — Я занимаюсь только лошадями.
— Какая жалость, — протянул мужчина и, шагнув резко вперед, оказался совсем рядом. — Я бы потренировался.
Я с иронией смотрела на него, не отходя ни на шаг. Ага, конечно. Потренировался бы. Явно ж на другое намекает. То, что в горизонтальной плоскости практикуется. Говнюк самодовольный. И если напор Амира меня забавлял, то разговорчики Ярова меня раздражали. Думал смутить меня, вторгнувшись в личное пространство? Ну-ну. Поправив рубашку на плечах, сделала шаг вперед, оказавшись с ним практически нос к носу. Он был немного выше меня, и мне пришлось задрать голову вверх.
— У Вас такие прекрасные глаза, госпожа Царева. Оторваться сложно. Словно льды океана, — снизив голос, прошептал Яров.
— Плохой из Вас бизнесмен, господин Яров, — саркастично заметила. — Будете намекать на секс каждому потенциальному деловому партнеру — быстро потеряете выгодное окружение. Я подскажу контакты тех, с кем можно потренироваться. И не только сверху, но и на любой плоскости, на которой только пожелаете.
— Ауч, — протянул, улыбнувшись. — А Вы колючая штучка…
— Штучка у вас в штанах, господин Яров. Насколько колючая — тут уже Вам судить. Я же — Ваш деловой партнер. Еще одно такое телодвижение в мою сторону — и сделке конец. Терпеть не могу неуважения на моей территории. И не нужно проверять границы моего терпения. Вам не понравится то, что за этим последует, — натянутая улыбка не сходила с моего лица.
Мужчина шутливо поднял руки вверх и сделал шаг назад.
— Как скажете, госпожа Царева. Куда подъехать? — я продиктовала адрес, и Яров вбил его в телефон. — Отлично, когда можно будет забрать лошадей?
— Завтра они будут у Вас, — взгляд неосознанно упал вниз, и я увидела недвусмысленный знак того, что все происходящее его заводило. Вот, бля! Не хватало еще одного чокнутого на свою голову. Но, я была бы не я, если бы отказала себе в одной слабости. Никогда не могла удержаться, когда меня провоцировали. И этот мужик напросился. — Так что, может номерок? — кивнув на его стояк, иронично спросила.
— Что? — он не понял вначале, но, проследив за моим взглядом, осознал. — Ох, нет, Василиса Баженовна. Я взрослый мальчик и со своими потребностями справлюсь сам. До встречи, — его губы растянулись в оскале, и он, резко развернувшись, стал удаляться в сторону ворот, где его поджидала машина.
В кармане завибрировал телефон, и я, продолжая наблюдать за Яровым, поднесла его к уху.
 
— Слушаю.
— Полегче, снежинка. Кто испортил настроение моей снежной королеве? — голос Амира приятно ласкал слух.
— Стояк и непристойные предложения одного засранца, — пробормотала в ответ.
— Чего? — прорычали с другого конца провода. — Какой еще нахер стояк?
— Ну такой… выпирающий, — выдала я, с облегчением замечая, как машина Ярова скрылась за воротами. — Не рычи, смугляш. Я признаю лишь один стояк. Выдохни.
— Очень смешно, бля!
— А я и не смеюсь, — серьезно сказала. — Нужно будет увидеться, как освободишься. У меня был Яров, я тебе рассказывала, помнишь? Так вот, не нравится он мне. Банши таких уродов на завтрак сжирает. Нутром чувствую, что что-то с ним не так. Он как будто роль отыгрывает. Этакий коварный соблазнитель, имеющий бабки и власть.
— Мы пытаемся нарыть про него все, — более спокойно сказал Амир.
— Плохо пытаетесь. Не думаю, что это просто совпадение — его приезд, наркота, покупка ресторана и лошадей. Есть у меня мыслишка… Потом расскажу, если все выгорит.
— А сейчас не вариант? — хмуро спросил Амир.
— Не. Я суеверная.
— Заноза.
— Но очаровательная же? — губы сами растянулись в счастливой улыбке.
— Охренеть какая, — хрип дрожью отозвался в каждой клеточке моего тела. — Увидимся вечером?
— У меня планы. Вернее, у нас, — весело отозвалась. — Пойду Нике взрослую жизнь показывать.
— О, нет. Ты же несерьезно? — простонал Амир.
— Никак нет. И нет, я не скажу, что мы будем делать. Ты все выдашь ее Церберу, и мы не развлечемся. Поэтому, до скорого, смугляш.
— Если узнаю, что кто-то около тебя будет руки распускать… — зловеще проговорил Амир.
— Я их сама отрежу. Расслабься, Амир.
— Ага, уже. Я все равно узнаю, где ты будешь. И прикрою лавочку.
— Как скажешь, милый, как скажешь.
  
Глава 40. Лишение социальной девственности
 
Мужчина ворвался в кабинет, отталкивая дверь с такой силой, что раздался громкий треск. Яров был в ярости, и весь персонал ресторана прочувствовал это с той самой минуты, как только тот появился в дверях. Тимур, его верный помощник, тенью следовал за своим хозяином, стараясь не попадаться ему под руку. В кабинете царил полумрак, и Яров проследовал к небольшому бару, наливая себе в бокал выдержанный виски. Одним глотком опрокинул в себя жгучую жидкость и метнул взгляд на помощника.
— Алису ко мне, живо! — злобно выдал мужчина, на что парень кивнул и оставил его ненадолго в одиночестве. — Номерок она мне, блядь, решила дать! — его раздражали чувства, которые она в нем вызывала. Странные и ненужные. Абсурдные до одури.
В кабинет втолкнули дрожащую девчонку, а затем вошел и сам помощник.
— Будут еще указания? — тихо спросил парень с сочувствием поглядывая на девушку.
— Мне нужны контакты девки, что работает у Царевой. Пока свободен, — дверь с глухим хлопком закрылась, а после послышался характерный щелчок. — Ну что, дорогуша, — зловеще пробормотал Яров, заливая в себя очередную порцию алкоголя. — Так уж получилось, что я зол. Чертовски зол. И у тебя есть все возможности, чтобы это исправить.
— Прошу Вас… — когда-то веселый голос молодой и амбициозной официантки Алисы сейчас больше походил на тихий шелест. — Прошу Вас… Я больше не могу.
— Чего не можешь? — он резко оказался возле нее, рывков вскидывая ее голову за волосы. — Чего не можешь?
— Всего этого. Я не вынесу всего этого, — в глазах стояли слезы.
Она была его игрушкой совсем недолго. Увидела, что произошло с ее предшественницей, и решила, что лучше подстроиться под ситуацию. Вот только не знала она, что Яров предпочитает не играть со своими игрушками, а ломать их. После первой же встречи в ней что-то треснуло, и с каждым разом она разрушалась все больше и больше. И речь шла не только о физической боли — Яров разрушал ее морально. Хуже всего приходилось тогда, когда он пребывал в бешенстве. И сегодня был как раз именно тот момент.