Прерванная бесконечность (СИ)
– Ведунья, или лучше называть тебя Риннон, – её ладонь сильнее сжала запястье. Едва заметное движение, если бы не телесный контакт, не догадалась бы, что эта история до сих пор причиняет ей боль. – Кто я для тебя? Потомок, силой которого удобно воспользоваться, или дочь, которую ты так и не смогла воспитать? – слова попали в точку. Я видела, как на долю секунды её свободная рука сжалась в кулак, губы побелели, а брови сошлись над переносицей.
Всего миллисекунда, но этого времени хватило, чтобы понять: я на правильном пути. Главное теперь не останавливаться.
– А в общем-то, плевать, – скороговоркой выпалила я. – Давай заключим сделку: ты помогаешь мне стать свободной, а я взамен помогаю тебе. Толком ничего не знаю про те способности, которыми якобы обладаю. Научишь меня этой магии стихий…
– Откуда ты знаешь про Конна? – прервала ведунья бессвязный поток моих слов.
– Из сна, – честно ответила я.
– Вот она, обратная сторона кровной связи… – проговорила ведунья, смотря сквозь меня. – Но это неважно, с Конном давно покончено, а моя дочь давно мертва, – несмотря на беспощадность слов Хельды, я немного расслабилась. Удалось направить ход её мыслей в нужное русло. Оставалось лишь не позволить поймать меня на лжи.
– Что произошло с викингом? – изображая искренний интерес, спросила я.
– Он сполна заплатил за то, что пошёл против моей воли, – от этих слов холод пробежал по позвоночнику. Но всё же задала следующий вопрос.
– А я действительно твоя кровная родственница?
– Да, – она хищно улыбнулась. – Ваш род принял и мою силу, и силу Конна. Надежда могла бы стать достойной колдуньей, но не захотела сотрудничать. Наверное, оно и к лучшему, магия твоей крови во много раз сильнее, – я едва подавила желание влепить Хельде пощёчину. Держи себя в руках, Полина, иначе не выиграть эту битву. Она наверняка проверяет тебя. –Будем считать, что я поверила. Возвращайся, найди тотем и разбуди Дух Камня. Скажи, что Дочь Времени скоро вернётся, и ему нужно быть готовым к встрече.
– Хорошо, – выдавила я из себя. – А как найти камень? И как оживить его?
– В тебе заложена связь с пятью стихиями, – ведунья театрально закатила глаза. – Вызови хотя бы землю и дух. Этого будет достаточно. Или ты думаешь, что без помощи стража не обойдёшься?
Интересно, энергетическое тело отражает румянец?
– Не нужна мне ничья помощь, главное, чтобы не мешали, – чересчур резко ответила я, но Хельда восприняла грубость по-своему.
– Да, девочка моя, мужчинам нельзя доверять, – она криво усмехнулась. – И чем раньше ты это поймёшь, тем лучше. А теперь докажи, что я сделала правильный выбор. И помни: у тебя всего неделя.
На этих словах портал закрылся.
– И что теперь делать? – поднялась с земли и потянулась, разминая затёкшие плечи. – Алекс, зачем послушала тебя?!
Захотелось снова сесть под берёзу, обхватить колени руками и долго-долго плакать. Но в одном Хельда права: нет времени на слёзы и сожаления.
Я вернулась домой к обеду. Наскоро поела и, сославшись на головную боль, пошла наверх, не поболтав с бабулей за чашкой чая, как это у нас было принято. Мамины книги с собой не взяла, только дневник. Ещё раз перечитала всё, что она писала о каменном тотеме и Дочери Времени. Никаких новых идей и зацепок.
Пришлось снова идти к искорёженной березе. Там, по словам мамы, стоял дом ведуньи. Там и следовало начинать поиски тотема.
Я опустилась на колени рядом с тремя переплетёнными стволами, сняла перчатки и положила ладони на холодную землю. Поёжилась. Хоть апрель в этом году выдался и тёплым, и снег почти сошёл, но от земли ещё веяло холодом. А как, интересно, вызвать стихию, не открывая круга? Магический челлендж продолжался…
– Земля, ты даёшь жизнь, богатство и процветание. Всё, что мы имеем, мы получили от тебя. И ты всё заберёшь обратно, когда нас не станет. Ты плоть и опора этого мира. Прошу тебя, услышь мою просьбу! Помоги отыскать каменный тотем Дочери Времени.
Почва под ладонями стала чуть теплее. Меня окружил запах поля перед посевом, запах свежей майской травы и первых цветов. Я закрыла глаза и прошептала: «Пожалуйста, помоги, земля! Без тебя мне не справиться».
Почва стала остывать, а запахи рассеиваться. Стихия будто услышала зов, но не согласилась помочь. Я ещё немного посидела, прижав руки к оттаявшей, но холодной земле, пока ладони не начали коченеть. Встала и побрела домой.
Какая из меня колдунья, если даже с землёй договориться не могу?! Хотелось завалиться на кровать, свернуться клубком рядом с Джинн и ни о чём не думать. Иногда по-настоящему завидую кошке.
– Полина, иди чай пить! – донёсся голос бабули.
Пришлось спускаться. Нельзя второй раз обижать её невниманием.
Мы уселись за старым дубовым столом и принялись за чай с пирогами. Прабабушка расспрашивала, где гуляла и как себя чувствую, я мычала в ответ что-то нечленораздельное, уткнувшись взглядом в тарелку.
– Внученька, – наконец, произнесла она. – Посмотри на меня, – пришлось встретиться с проницательным взглядом серо-голубых глаз, не утративших ясности в почти девяносто лет. – Что тебя беспокоит? Расскажи, вдруг смогу помочь. Или просто станет легче, когда выговоришься.
– Наверное, ты права, – я вздохнула и рассказала бабуле всё, начиная с похода в междумирье с Алексом, без лишних подробностей, конечно, и заканчивая сегодняшней неудачной попыткой заручиться поддержкой земли.
– Ох, девочка моя, ну и история! – прабабушка покачала головой. – Но я всегда знала, что ты особенная…
– Врагу не пожелала бы такой особенности! – не выдержала я.
– Потерпи, по-моему, твой друг-воин предложил неплохой способ размотать клубок, – бабуля улыбнулась.
– Да, только знать бы, что делать и успеть за неделю…
– Для начала попробуй прийти к Матери-Земле не с пустыми руками, – она встала, взяла с полки плетёную корзину и начала открывать кухонные шкафы. – Хоть она и щедра и дарит нам богатство, но Маан-Эмойнен и сама любит угощение, – проговорила бабуля, складывая в корзину яблоки, груши, орехи, сухофрукты, сыр, мёд и даже бутылку домашнего вина из самого дальнего шкафа. – А для Старика Укко, пожалуй, возьмём немного камней. Думаю, сердолик придётся ему по душе… – с этими словами прабабушка встала на табурет, сняла с верхней полки берестяную коробку и вынула горсть жёлто-оранжевых камней.
– Откуда ты всё это знаешь? – умеет она удивить.
– Хоть наш народ и давно обратили в христианство, но кое-какие обычаи и верования дожили и до сего дня, – бабуля хитро улыбнулась, ссыпая камни в корзину. – Подношения для Матери-Земли оставишь рядом с рекой, а громовнику Укко под деревом, – прабабушка поставила корзину на стол и выглянула в окно. – Кажется, скоро гроза, тебе надо торопиться.
Я встала и тоже подошла к окну. Серо-фиолетовые тучи сгущались над лесом, двигаясь в сторону деревни. Не лучшая погода, чтобы выходить из дома, но лучшее время для встречи с персонификацией грома и молнии. Знала о финно-угорском боге Укко из школьных уроков литературы. Учительница обожала мифы и легенды разных народов мира и щедро пичкала нас ими.
Схватив корзину, поблагодарив бабулю и поцеловав её в щёку, выскочила из дома. Ветер попытался вырвать из рук подношение, но я крепко прижала корзину к груди и побежала к реке. Она огибала деревню с северо-запада, а берёза росла у восточной границы. Надо успеть и туда, и туда, прежде чем разыграется буря.
Когда я добежала до берега реки, низкие свинцовые тучи плотно заволокли небо. Отдышавшись, вынула из корзины камни, переложив их в карманы пуховика.
– Матушка-Земля, прошу тебя, прими эти скромные дары и помоги отыскать каменный тотем, – проговорила я, опускаясь на колени и прижимая ладони к голой промёрзшей почве. Ветер стих, и меня окружила неестественная тишина. Почва начала размягчаться и нагреваться. Вскоре смогла погрузить в неё верхние фаланги пальцев. Земля будто проверяла мои намерения.
С печальным вздохом скрипнула корабельная сосна, качнувшись от очередного порыва ветра. Я посмотрела на руки: ладони лежали, едва касаясь ледяной земли.