Прерванная бесконечность (СИ)

– Нет, ничего, – быстро ответила я.
– А что вы собирались делать потом, когда и если бы Хельда отпустила Марику Евсеевну?
Ждала этого вопроса и ответила, что не собиралась позволить ей материализоваться.
– Планировала приказать духу перенести ведунью в самый далёкий от меня мир, а земле разрушить тотем, – вздох. – Но она завладела стихиями, как только перешагнула границу миров, и я оказалась парализованной.
– Чего и следовало ожидать, – прошептал кто-то из бриллиантов, сидящих по правую руку от Председателя Правления.
– Запасным вариантом было убить ведунью, если она сможет обрести плоть и кровь в нашем мире…
– Убить?! – Валентин едва не рассмеялся. – Сколько вам лет, Полина? Девятнадцать? Двадцать? Вам что, когда-то в жизни приходилось убивать? – я почувствовала, как кровь приливает к щекам. – Да вы никогда не смогли бы этого сделать. Как удачно сложились обстоятельства, и как вовремя Александр оказался на месте, – его глаза сузились.
– Оставьте девочку в покое! – выкрикнула Ирма и вскочила со своего места. – Неужели вы не видите, что она едва на ногах стоит?! Отпустите Полину домой! И судите тех, кто действительно в чём-то виновен!
– Спасибо за мнение, Ирма, – спокойно проговорил Валентин. – Но вам пока слово не предоставлялось.
Наставница села, скрестив руки на груди и отвернувшись.
– Мадина? – Председатель Правления произнёс имя вопросительно.
– Не чувствую в ней ничего, кроме земли, – тихо проговорила шаманка.
– Понятно, – сказал Валентин. В его глазах промелькнула тень разочарования. – Вероника?
– Она говорила правду, – громко ответила единственная девушка-страж. Интересно, кто она такая и почему Председатель спрашивает её мнение?
– Хорошо, – медленно проговорил он. – Коллеги, вы все слышали историю. Предлагаю приступить к голосованию. Кто за то, чтобы снять с Полины обвинения в незаконном сотрудничестве с представителями иных миров?
Первой вверх поднялась рука Мадины, потом Алекса, Виктора и братьев. Пять человек. Почти половина. Пожалуйста, проголосуйте кто-нибудь ещё! Пожалуйста…
– Это всё? – раздался в густой тягучей тишине голос Валентина. Молчание. – Теперь пусть выскажутся те, кто обвиняет Полину в измене?
И снова пять рук: Михаил, наверное, Алекс не смог поговорить с ним, три бриллианта и профессор.
– Мнения разделились. Видимо, мой голос должен стать решающим, – сухо произнёс Валентин.
Игра началась. Ставки приняты. Ставок больше нет.
Наши взгляды встретились. Председатель пытался заглянуть в потайные уголки сознания, увидеть то, о чём я умолчала, и вытащить это на всеобщее обозрение.
«Земля, прошу тебя, помоги выдержать этот взгляд», – мысленно попросила я.
– Итак, – Валентин первым отвернулся, переплёл пальцы и посмотрел на Проводников, сидящих справа от него. – Голосую за то, чтобы снять с Полины обвинения.
Ирма шумно выдохнула и положила голову на руки.
– Можете возвращаться к работе, – сказал Председатель Правления. – Но мы будем наблюдать за вами. Разрешаю работать только с клиентами, одобренными Правлением, и только в сопровождении стража. Вы обязуетесь хранить молчание обо всём, что узнали про стихийную магию и о сегодняшнем заседании. И не покидайте территорию России без ведома Союза проводников. Вам всё понятно?
– Да, – я кивнула. Осознание того, что суд окончен, медленно проникало в голову.
– Хорошо, – Валентин повернулся налево. – Александр, проводите Полину домой. Что делать с телом вы знаете.
Глава стражей молча кивнул и подошёл ко мне.
– Следуйте за мной, – сказал он и направился к выходу.
Члены Правления начали переговариваться, но услышала я только слова Председателя: «Жаль, что эта Хельда оказалась не на той стороне. Такая сила и растрачена впустую».
Алекс открыл дверь и махнул, чтобы я вышла первой. Мы молча покинули особняк и сели в его машину. Позволила себе немного расслабиться и закрыть глаза, только когда выехали с Каменного острова.
– У тебя получилось, – он сжал мою ладонь.
– С трудом верю в это, – ответила я, не открывая глаз.
 
До дома ехали молча. В голове вертелось так много вопросов, что я не знала, с чего начать. Всё казалось нереальным, зыбким, как предрассветный туман. Единственная точка опоры – тёплая ладонь Алекса на моей руке. Смогла бы я пережить эти сутки, растянувшиеся на полжизни, без него?
  
Глава 20. Родная душа
 
Я достала из кармана пуховика ключи, на автопилоте открыла дверь и зашла в квартиру. Разделась, умыла лицо и руки, пошла на кухню и села за стол. Алекс заварил чай и протянул чашку.
– Знаю, что у тебя много вопросов, – он первым нарушил тишину. – Но вначале хочу попросить кое о чём, – страж вздохнул и тоже сел. – Открой для меня портал, пожалуйста.
– Не смешно, – я чуть не выронила чашку.
– А я и не шучу, – сказал он. – С Хельдой покончено. В междумирье тебя никто не ждёт. А та жизнь, в которую я хочу пойти, ответит на часть вопросов.
Может, Алекс и прав, но открывать портал – последнее, чем я хотела заняться.
– Пожалуйста, это важно, – он смотрел умоляюще. Никогда не видела стража таким.
– Хорошо, – автоматически сказала я. – Какой камень?
– Изумруд, – он подмигнул.
Конечно, кто бы сомневался?! Я пошла в спальню, собрала нужные кристаллы, зажгла шалфей…
– Давай помогу, – предложил Алекс.
Безропотно отдала ему дымящиеся листья и горсть минералов, а сама села на край кровати, упёрлась локтями в колени, положила голову на ладони и закрыла глаза. За сутки случилось столько, сколько нормальный человек за жизнь не испытывает.
Но я жива, бабуля тоже и в сознании, Правление Союза признало меня невиновной… Почему же не могу дышать свободно? Снова увидела падающее на землю тело Хельды. На ослепительно белом платье медленно расползалось алое пятно. Глаза широко распахнуты, а невидящий взгляд устремлён в безоблачное звёздное небо. Хоть я всегда считала её врагом, но даже она не заслужила такой смерти. Эти удивлённые глаза и приоткрытые губы навсегда останутся в памяти символом почти не прерванной бесконечности.
– Ты готова? – я вздрогнула от прикосновения Алекса и кивнула в ответ.
Он лёг на кровать, я автоматически разложила камни для портала и села на пол.
– Здесь хватит места для двоих, – Алекс похлопал по одеялу. – Ложись рядом, отдохнёшь, пока мы путешествуем. Не стала возражать.
Портал выбросил нас на берегу небольшого озера. Вдалеке виднелись горы, за которыми спешил укрыться солнечный диск. Впереди изгородь и массивные деревянные ворота. Мы вошли на огороженную территорию. Внутри оказалось несколько прямоугольных одно- и двухэтажных деревянных домов с изогнутыми крышами и сад. Окна одного из домов светились. В саду неярко горели фонари, освещая кустарники, бамбук, сосны и поросшие мхом камни.
– Где мы? – спросила у Алекса.
– В Японии времён правления самураев, – ответил он.
К дому со светящимися окнами вела дорожка, выложенная камнями. Мы пошли по ней. У порога стояло несколько пар обуви. Через узкий и низкий вход попали в широкую светлую комнату. Единственную в этом доме.
На полу, поджав под себя ноги, сидело несколько мужчин. Перед ними стояли низкие столики с закусками. Я осмотрела лица в поисках прошлого воплощения стража и нашла его в дальнем углу помещения. Ореховые глаза необычно смотрелись на лице японца. Наши взгляды встретились.
В этот момент из-за ширмы вышла женщина в чёрном кимоно с традиционной причёской и макияжем гейши. Она поклонилась гостям и попросила их на некоторое время покинуть чайный домик.
– Если тебе неинтересно, можешь промотать чайную церемонию, – проговорил Алекс. – Но не слишком ускоряй время. Скоро случится то, ради чего мы пришли в этот мир.
– Нет, хочу посмотреть, – ответила я. Когда ещё окажусь в Японии?..
Мужчины неспешно гуляли по саду, а порядок в чайном домике наводили три гейши. Моё внимание привлекла одна из них. Небесного цвета кимоно перевязано алым поясом с золотой вышивкой. Даже собирая грязную посуду, она двигалась так плавно и грациозно, что невозможно было отвести взгляд. Девушка поставила в нишу напротив входа композицию из цветов.