Холостой для Авроры (СИ)
Эль Даар прислушался, кажется, невеста что-то напевала. Хорошо-то как, что он снова обрёл немного странную и непредсказуемую истинную. Чуткое ухо уловило подозрительные звуки в комнате Авроры и, не давая себе ни секунды на раздумья, опасаясь за любимую, король рванул дверь на себя.
Наглый чешуйчатый старательно пытался прорваться в комнату невесты короля, сражаясь с преградившей дорогу магической решёткой. При этом Вайесс ругался почище надравшихся гномов и обвинял Эль Даара в убийстве принцессы Волонской и похищении его истинной пары – любимой Зэнезиэль!
Фух! Авроре ничего не угрожало, хотя как посмотреть. Этот мерзавец потихоньку ухитрился нарушить целостность магической защиты, однако и невеста не собиралась, судя по всему, радостно приветствовать вторжение – в руке сжимала канделябр.
– Ты что, очумел, Вася! Глаза разуй, где ты видишь, чтоб тут труп валялся? – пыталась увещевать дракона Аврора, – И Зины здесь твоей нет! Прекрати портить государственное имущество, слышь, кому сказала! Вась, ты ж поранился, – попробовала сменить тактику.
– Аврора, отойди от окна, – рявкнул Эль Даар, – Я ему сейчас устрою жаркое на рёбрышках! Ты что в покоях моей невесты забыл? У тебя своя истинная, так что ты к моей ломишься!
Вайесс, похоже, не слышал, что ему говорили, а лишь зло сверкал глазами и как обезумевший сражался с остатками решётки, которая медленно, но поддавалась, чему Эль Даар весьма был удивлён.
– От меня не спрячешься, я тебя достану! – ревел дракон, но пока пламя не извергал, наверное, силы направляя на невидимую преграду.
– Вась, послушай… У тебя вон кровь… – расстроено протянула Аврора, обернулась к Эль Даару и взмолилась: – Сделай что-нибудь, он ведь изранился весь…
– Тебе его жалко? – ревность холодной змеёй ужалила в самое сердце Эль Даара.
Глаза цвета молодой зелени под ярким солнцем предвещали приближение бури, становясь темнее.
– Мне нас жалко, имущество, да и его, дурака, тоже. Видишь, как мается, а что хочет – я не понимаю – талдычит какую-то глупость несусветную, – шмыгнула носом впечатлительная к любой несправедливости Аврора. – Только как, чтоб аккуратненько… Себя тоже побереги, Вася сейчас совсем не соображает.
Был соблазн чешуйчатому хвостатому крылья пообломать, но Аврора – она ж ему этого никогда не простит, да и вслед за этим сумасшедшим другие драконы на выручку принцу нефритовых бросятся, а войны-то хотелось избежать.
– Отойди подальше, – предупредил Эль Даар невесту.
– Ты только не переусердствуй, милый… – доверчиво протянула драгоценная невеста.
– Уж постараюсь, хотя надавать этому гадёнышу следовало бы – взял в привычку, чуть что к тебе в спальню лезть.
– Он окно перепутал.
– Ха! Память я ему подправлю! Забудет, как к чужой невесте врываться…
– На это я согласная, лишь бы о Зине не забыл, а то отобьёшь последние мозги горемычному, так с кем о мире-то говорить будем, да и Зинулю жалко, она ж его любит.
– О, моя Зэнезиэль! – услышав-таки знакомое имя, взвыл Вайесс. – Прости меня, вернись… Я был не прав… Мой нежный цветок ипанемы, я не могу без тебя!
– Сработало? – неуверенно прошептала Аврора, нежно коснувшись плеча Эль Даара из рода Саахов.
Видать не всё ещё, потому что в следующее мгновение принц Нефритовых драконов оказался на полу спальни в обнажённом, то есть абсолютно, виде, заставив смущённо отвернуться заливающуюся краской Аврору, на что снова приятно отозвалось радостью и нежностью сердце короля, как уже было однажды.
– Моя несравненная и прекрасная дочь рассвета, моя Аврора, – притянул к себе невесту король, забыв, что по просьбе оной и его стараниями, они ни одни. Их губы слились в страстном поцелуе, а языки начали безумный танец.
«Как славно, что мы в спальне!» -– единой стрелой пронзила обоих мысль.
– Я за помощью, а вы, – обиженно кто-то прохрипел. – Вижу уже, что ты, король, снова нашёл свою Авриэль, а у нас шли разговоры, что ты её убил.
– Аврору, – поправил, отрываясь от сладостных губ, Эль Даар. – С чего это такая фамильярность? – чуть нахмурил брови.
– Э, не до реверансов мне, – отмахнулся Вайесс. – У меня Зэне пропала…
– Как пропала? – Аврора с грохотом уронила канделябр, который до сих пор сжимала в руке. Судорожно запахивая на груди халатик, который любимый успел-таки чуть расстегнуть, озорник, удивлённо посмотрела на сникшего дракона. – Вы же пара истинная! Признавайся, поссорились? Обидел Зину? Руку на неё поднял, то есть лапу, ну ты понял… Имей в виду, я её обижать не позволю, пасть порву и на вертел тебя, ящер доисторический, насажу!.. – наступая на уже одетого, хотя и не заметила того, Вайесса, наседала разгневанная прекрасная эльфийка, – Все перья повыдёргиваю, петух ты гамбургский! Что зенки вытаращил? А уж так в любви клялся, прям, куда там… Сам же вон что вытворяешь, если тихоня Зина от тебя сбежала.
– Мы это… немного повздорили, с кем не бывает… – пятясь, оправдывался дракон, – А что она спорить стала, да ещё и короля защищать, мол, переживает… Потом вообще стала нас, мужчин, безмозглыми называть. Ну, я и не стерпел!
– Ударил? – ахнули жених с невестой одновременно, представляя, что мог сделать, обладая такой силой Вайесс.
– Не, хотел слегка, но не смог… Подмял под себя, ну и… Не хотела она, а я…
– Не мямли, – прошипела Аврора, поджимая от негодования свои прелестные губы.
– Силой взял, – понуро опустил голову Вайесс, но тут же вскинулся снова, – Она моя истинная, а спорит. Вначале вырывалась, брыкалась, а потом, ну, вроде, даже довольна была. Уснула рядом, а утром её след простыл… Три дня искали везде, думал, что решила здесь спрятаться, пойти-то ей некуда…
Эль Даар хмыкнул.
Рука Авроры сама потянулась за канделябром, чтоб обоим мужикам мозги поправить, а одному вместе с его икебаной – нашёл над чем хмыкать.
– Если с ней что случилось…
– Нет, я б почувствовал. Только она что-то сделала, я словно бы нюх потерял – не могу найти. Брожу по кругу… Зэне, любимаяяяя, – плюхнулся на пятую точку, обхватил голову и, раскачиваясь из стороны в сторону, жалобно так, тоненько заскулил дракон. – Я же пропаду без тебя… Вернись… Я больше не буду…
– Детский сад! – фыркнула прекрасная воительница с канделябром. – Даже бить расхотелось такую дурную башку, опять же хорошую вещь погну, а толку чуть! Нету тут Зины, не приходила…
– Где же мне её теперь искать? – с тоской посмотрел Вайесс на Аврору и Эль Даара.
– Ты же поможешь ему, любимый, – привстав на цыпочки, прошептала просяще на ушко Аврора, – Но только, чтоб не сразу нашёл, пусть помучается – ему полезно, будет знать, что жену беречь надо, холить, лелеять и к словам её прислушиваться.
Кажется, дорогая невеста говорила не столько об Вайессе, но и о нём самом.
– Конечно, однако...
– Да-да, как мы и решили, все драконы подписывают мирный договор, а ещё и обнаглевших, и в конец зарвавшихся орков в чувство приводят, – вновь Аврора самым беспардонным образом вмешалась без согласия Эль Даара из рода Саахов во внутреннюю политику государства, хотя вышло как нельзя кстати.
В гардеробной подозрительно скрипнула дверца. Смущённая, счастливая, окрылённая переживаниями Вайесса Зина влетела в спальню: она колотила любимого и целовала одновременно, ухитряясь при этом тараторить без остановки, хотя это ну ни капельки было на неё не похоже.
– Клянись, что бросишь свои деспотические замашки, что станешь верить и слушать не только себя! – потребовала Зэнезиэль.
– Клянусь! В чём хочешь, клянусь, – захлёбываясь от радости согласно кивал дракон. – Только больше не исчезай! Не пугай меня так, любимая моя. Обещай, что всегда будешь рядом, никогда не покинешь и простишь, если что…
– Да, любимый…
– Тогда немедленно домой! Три дня полный бардак, пока тебя где-то носило! В одной рубашке шастала, а она, между прочим, ничего не скрывает, – довольно пророкотал Вайесс. – И в постель – ты мне задолжала… – вдыхая сводящий с ума аромат ипанемы истинной и чувствуя, что придётся сделать вынужденную промежуточную остановку, а возможно и не одну.