Птичка по имени Авелин (СИ)

А Теша оказалась неплохой помощницей и приходила ко мне на работу охотно. Во-первых, я ей платила. А во-вторых, при мне можно было спокойно болтать с юным Дьеном. Я им не мешала общаться и закрывала глаза на сплетенные пальцы и украденные поцелуи.
От грандиозного скандала мою младшую кузину спасло только то, что врач подтвердил её невинность. Дьен её не обесчестил. Он и в самом деле любил эту дурочку и даже под гнетом родительского гнева не отказался от желания взять ее в жены. Ждать ему ещё два года, следили за Тешкой почище, чем за кошелем с деньгами в базарный день, но он не отчаивался. Когда было время – сидел с нами в аптеке. Ужинать постоянно к дядьке приходил, не стесняясь ничего, правда, часто со своими пирогами или кофеем в банке, или чаем каким редким, поэтому запретить ему приходить в гости ни у кого язык не поворачивался. Дядько даже задумчиво замечал, что зять из юноши получится отменный, второго такого ещё поискать, не упустить бы парня.
Сегодня мы с Тешей были вдвоём, Дьен с отцом укатили за товаром. Девочка стояла за прилавком, а я варила настои в кухоньке. Это только кажется, что микстура от кашля летом не нужна, а на самом деле ещё как нужна. Много детишек накупаются, набегаются, налопаются мороженого, а потом родители ко мне приходят за травками.
- Лина, тут опять ниххонец явился, – заглянула ко мне Теша.
Я чихнула и недоуменно на нее уставилась.
- Я не сказала, да? – в глазах девицы ни капли раскаяния. – Он вчера приходил, когда ты в лес ходила.
- Ниххонец? – отмерла я, снимая фартук. – Высокий, красивый, с длинными волосами?
- Насчёт красивого не знаю, не в моем вкусе. Но да, высокий и с волосами.
Не так уж много в Фулбине ниххонцев, мне известно всего о трех. Про Хиро, разумеется, я тоже слышала – он начальником городской стражи нанялся. Я его даже пару раз на улице встречала, но он меня не узнал, и слава Богу. И теперь не узнает. Наверное.
- Здравствуйте, – вышла я за прилавок. – Что-то особенное ищете?
Он замер, чуть склонив голову, прищурил и без того узкие глаза, разглядывая меня, а потом кивнул удовлетворенно и положил передо мной какую-то бумагу. Узнал? Не узнал?
Сердце у меня колотилось и ладони вспотели. Я боялась глядеть ему в лицо. О той ночи я не жалела ни капли, но прекрасно понимала, что он обо мне тогда подумал, поэтому осторожно притягивала к себе листок. Ниххонская письменность довольно сложная, но мне знакома. Рецепт снадобья, укрепляющего дух и тело, я прочитала без труда. Более того, я прекрасно знала, что это, даже вкус его был мне знаком. Какие-то ингредиенты у меня были на полках, какие-то можно было купить в "Коте и микстуре". Ничего сверхъестественного.
- Вы хотите, чтобы я это сделала? – уточнила я, опрометчиво поднимая глаза. – В каком количестве?
Он улыбался уголками губ, разглядывая меня. Под его взглядом я залилась краской и принялась нервно теребить прядь волос, выпавшую из короткой косы.
- Мне нужно двенадцать порций, – спокойно сказал Хиро. – Каждый день в течение двух недель. Зелье быстро выдыхается, поэтому нужно свежее.
- Если добавить лимон и мед и варить в три этапа, то снадобье может стоять неделю в темном месте, – сообщила я. – Свойства сохранятся.
- Что вы можете знать о ниххонских эликсирах? – надменно спросил воин.
- Я читала трактат Ораи на ниххонском. Копию, конечно. Я знаю не так уж и мало.
- В кодексе Ораи не было ни меда, ни лимона.
- Разумеется. Это моя личная разработка.
- Я желаю свежее каждое утро. Если вы настолько опытный мастер, то для вас не трудно его приготовить.
- Хорошо, я поняла. Дайте мне два дня, и я достану все компоненты и назову вам цену.
- Отлично, я приду послезавтра.
Он ушёл, а я обессиленно опустилась на стул, обмахиваясь его листом. Все же не узнал. Или узнал, но вида не подал – а это значит, что я ему неинтересна. Оба этих варианта показались мне обидными, и хотя пару минут назад я готова была молиться, чтобы он ушёл, то теперь с досадой кусаю губы.
- А что за зелье-то? – с любопытством спросила Теша, выхватывая у меня листок. – Не понятно же ничего!
 
- А помнишь, много лет назад я тебе говорила, что нужно учиться? – усмехнулась я. – Вот теперь ты знаешь, для чего.
Теша промолчала, потом заглянула мне в глаза и спросила:
- А граф?
- Что граф?
- Он был плохим?
- Человеком? Да не сказала бы. Меня он любил... по-своему, – я потерла щеку, стиснула зубы, а потом подумала, что девочке уже шестнадцать. Если бы мне кто-то объяснил тогда! – Я всегда была в его глазах дикаркой. Он был очень строг со мной. Воспитывал... я очень его любила, но это была неправильная любовь. Зависимость. Понимаешь, когда в браке один приказывает, а другой не может возразить, это уже рабство.
Теша помолчала, а потом серьёзно сказала:
- Дьен обо мне заботится. Ему всегда важно, чтобы мне было хорошо. Знаешь, я тебе страшно завидовала. Мне казалось, что граф – это очень круто. Что ты как сыр в масле катаешься. Что тебе не нужно посуду мыть и за мелкими следить. А потом ты вернулась, и все вокруг тебя носятся, а ты даже не плачешь и не стыдишься, что пришлось вернуться. Прости меня, я наговорила много лишнего из ревности.
- Знаешь, Теш, я вернулась домой с радостью. Мне здесь по-настоящему хорошо. В Ранолевсе у меня было всё: деньги, драгоценности, слуги... наряды, балы, королевская милость. Но не было самого главного – любящей семьи... и свободы. Там я постоянно жила в страхе: не оступиться, не сказать лишнего, не ошибиться. Прости за такую тему, Теш, в туалет там ходили по протоколу. В общем, я туда ни за что больше не хочу.
- Прости меня, – снова с несчастным видом попросила Теша. – Я была глупа и зла.
- Конечно, прощаю, моя хорошая, – я была приятно удивлена её словам. – А сейчас хватит сидеть, за работу. Пыль сама себя не вытрет, и деньги счет любят.
- А ты меня научишь травы различать? – с надеждой спросила Теша. – У тебя ведь детей нет... кому-то придётся оставить аптеку. Почему бы и не мне? Я буду стараться!
- Ах ты выпь дохлая, – взвилась я. – Мне всего двадцать шесть! Аптеку ей оставить! Не рановато ли ты меня хоронишь?
  
6. Начальник городской стражи
 
День прошёл плодотворно. Тешка ни разу не ошиблась в счёте денег, я заметила, что она вообще с деньгами обращается очень умело, потом она помогала мне растирать сушёные травы и пробовала варить простейшую микстуру от кашля. Я же всерьез задумывалась о том, чтобы делиться доходом с метром Бозье, молочником. Его мороженое было великолепно – и поэтому микстура от кашля расходилась как пирожки.
Успела я сбегать и до "Кота", попросила нужные травки, которые я просто не успела заготовить. Ничего, в следующем году займусь. Поставила настаиваться сироп алтея, замочила корень солодки, помыла посуду и дровяную плиту. Один из моих мелких кузенов притащил мне ужин. Тетка Аглая меня любила, баловала, подкармливала. Правда, я подозревала, что она просто хотела, чтобы я наела себе бока, а то ей ещё Тешу замуж выдавать, а тут я красивая и свободная, да еще со своей лавкой, под ногами болтаюсь. Тем более, что Дьену двадцать три, не такая уж у нас с ним и разница в возрасте.
Мне же Дьен казался сущим мальчишкой, хотя и умным. Для меня слишком юн, а для Теши... ну, если она за разум возьмётся, то они счастливой парой будут.
Я заперла аптеку, опустила бумажные занавески, убрала мелкие деньги в металлический ящик. Крупные уже давно отнесла дядюшке, он положит их в банк. Погасила масляные светильники, ласково коснулась кончиками пальцев деревянных полок. Мой дом, мой покой. Я здесь счастлива.
Поднялась по чуть скрипящей лестнице в спальню, разделась, смыла пот и натянула свежую хлопковую ночную сорочку.
Ральф настаивал, чтобы я спала голой, чтобы была доступной в любой момент, а я, привыкшая к скромности, от этого очень страдала. По приезду домой я купила дюжину сорочек и упорно в них ложилась спать. Правда, в такую жару ночью скидывала, даже не просыпаясь, но это было и неважно.