Граф Суворов 7 (СИ)

— Они и так ее лишаться. — заметил я. — По крайней мере на определенный срок. Иначе нам не отрезать крепости ордена от снабжения оружием.
— Если все сделать правильно — нет. — усмехнулся регент, поднимаясь с кресла. — Можешь выпрямиться, девочка.
— Спасибо, ваше императорское величество. — проговорила Ангелина, стараясь держаться предельно вежливо.
— Благодари не меня, а своего покровителя. — кивнул в мою сторону Петр. — Таким как ты не место во дворце, и лишь сумасбродство моего зятя спасает тебя от справедливой кары.
— Это называется честь и верность. — сказал я, заслонив девушку от гневного взгляда тестя. — К тому же вы сами создали прецендент.
— Я создал его решение. — нахмурившись проговорил Петр. — Чтобы такие как моя дочь не оказывались вне правового статуса. Ты же просто этим злоупотребляешь.
— Я учту ваши пожелания, но не советую мне угрожать. — сказал я, легко выдержав ледяной взгляд регента. — Мне казалось эта стадия наших отношений уже миновала. Не так ли?
— Так. — через несколько секунд выдохнул Петр, с трудом сдержав совсем другие слова. — Будь осторожен, зять. Ты ходишь по очень тонкому льду.
— Если понадобится я могу и по воде пройти. — ответил я, заставив регента вздрогнуть. — Как и вы, впрочем. Но для людей это будет неплохим сигналом.
— Сходи на исповедь. — покачав головой проговорил Петр. — А то, не дай бог, увлечешься и в самом деле начнешь считать себя новым мессией. И назначат тебя антихристом, со всеми вытекающими.
— В чем-то он прав. — проговорила Ангелина, когда регент вышел, не попрощавшись. То, что он был в курсе происходящего меня нисколько не удивило. Подготовку такого масштаба невозможно скрыть, хотя я надеялся, что дальше дворца информация не просочится. Но вот совет…
— Многие находят в церкви последнее утешение. — заметив мои сомнения сказала девушка. — Даже если тебе не очень нравится эта идея — попробовать все равно стоит.
— Да, пожалуй, ты права. — кивнул я, и без промедления набрал номер распорядителя. — Согласуйте с патриархом исповедь, завтра утром. Желательно в закрытом формате.
— Как прикажете, ваше высочество. — тут же ответил мужчина, судя по обращению сейчас он был один или в кругу максимально доверенных и введенных в реальный курс дела лиц. — Однако, хочу напомнить, что его святейшество не относится к мирским служащим, и может отказать в аудиенции.
— Вряд ли он откажет, но, если такое все же произойдет, сообщи что от этого разговора будут зависеть жизни многих тысяч его прихожан. — сказал я. — И на всякий случай уточни что это не угроза. Незачем лишний раз ссорится.
— Как вам угодно. — ответил распорядитель и попрощавшись я положил трубку.
Оставшийся вечер выдался не менее напряжённым чем предыдущий день. Зайдя в покои, я мельком просмотрел документы, оставленные слугами Петра. Естественно, в списке причастных к бесчеловечным экспериментам, присутствовали в основном фамилии указанные у меня как сторонники Екатерины. Но были и люди которых не рекомендовалось трогать по иным причинам.
Тихонов — промышленник, владеет обширными заводами и фабриками в легкой и химической промышленности, может способствовать производству лекарств. Игнатов — владелец сети частных школ Путь, при правильном подходе сможет развернуть обучение первой медицинской помощи. Вячеславов — собственник питейных заведений и малых гостиниц, идеален для распространения и превращения в частные аптеки.
— Так далеко я не думал. — пришлось признать мне, показав уточнения девушкам.
— Государственное мышление из ниоткуда не берется. — пожала плечами Мария.
— Ничего, ты ко всему привыкнешь. В том числе и думать наперед. — подбодрила меня Ангелина, которой и самой требовалась поддержка, а главное — отдых.
— Тебе нужно поспать. — сказал я, погладив девушку по волосам.
— Да, и хорошо бы без сновидений. — проговорила Ангелина, тяжело вздохнув. — Не хочу, чтобы меня это и ночью достало.
— Не волнуйся, сегодня ты будешь спать как убитая. Обещаю. — улыбнулся я, и дождавшись пока она устроится поудобней погрузил Ангелину в глубокий сон. — Всё, до семи утра она не проснется даже если из пушек стрелять.
 
— Какая она чувствительная девочка. — усмехнулась Мальвина. — Но может это даже лучше. Не всем же принимать решения о судьбах мира.
— Надеюсь это не пустые слова, и ты сама к подобной практике готова. — ответил я, уведя Марию из спальни. — Завтра нам предстоит впервые вместе выйти в свет. Учитывая мою шикарную подготовку и прекрасное знание всех родов и фамилий, я очень рассчитываю на твою помощь.
— Ух ты, признаешь, что в чем-то хуже меня? — подняв бровь спросила Мальвина.
— Мне легко это сделать, ведь я точно знаю, что в большинстве — лучше. — усмехнулся я, заставив девушку нахмуриться и вздрогнуть. — Твой родитель сегодня нанес нам визит вежливости, так что я хочу знать, какое ты имеешь к этому отношение.
— Что? — нахмурившись проговорила Мария. — Никакого… послушай я просто ходила к нему, даже не рассказывала, как дела. Саша, я не…
— Молчать. — приказал я, прижав девушку к стене и взяв рукой за горло. Глаза Мальвины расширились, она несколько раз ударила меня по руке, но серьезных попыток высвободится не предпринимала. А когда я приблизился и вовсе тяжело задышала, потянувшись ко мне губами, чем окончательно определила наши действия. И пусть Ангелина называла ее больной, у меня пристрастия девушки не вызывали никакого осуждения. Каждый находит собственные удовольствия.
— Если, для того чтобы ты меня так наказывал, надо бегать к отцу, я буду это делать три раза в день. — тяжело дыша произнесла Мальвина, без сил лежащая в кресле.
— Это было не наказание, а предупреждение. — усмехнулся я, приводя себя в порядок. Все же, то, чем мы занимались было очень далеко от привычного понимания гармоничного секса и отношений. Хотя подобное обращение энергии и заставило меня скакнуть в освоении чакры огня. — Чтобы ты понимала, чего лишишься. Ведь мне прекрасно что худшая участь — безразличие.
— Эй, это не честно! — возмущенно проговорила Мальвина, запустив в меня попавшейся под руку чашкой, которая зависла в поле пресса в нескольких сантиметрах от меня. — Ты всегда держишь защиту включенной? Даже когда кроме нас рядом никого нет?
— Нет. Просто я умею ставить ее достаточно быстро. — ответил я, подхватив освобожденную кружку и поставив ее обратно на столик. — И расширять, при необходимости. Но на окнах я держу прессы все время пока мы в комнате.
— Зачем? — удивленно посмотрела на меня Мальвина. — Дворец — самое охраняемое место в стране.
— В паре километров, от которого совершили теракт в результате чего погибло несколько тысяч человек. — заметил я, заставив Машку вздрогнуть. — Кто гарантирует что среди наших слуг не найдется фанатика? Или что промчавшийся над самыми водами залива самоубийца не влетит во дворец на полной скорости в шлюпе полном взрывчатки?
— И ты сможешь защитить нас от этого? — хмыкнув спросила Мария.
— Если заряд будет единичным — да. — спокойно ответил я. — Конструкты разрушатся, но ударную волну отразят. Другое дело что под защитой у меня только наши покои. Растянуть щиты дальше — не выйдет. По крайней мере пока.
— Всё-таки я умница. — улыбнувшись проговорила Мальвина. — Такого муженька отхватила.
— Дабы успокоить мою гордость, давай признаем, что я был не сильно против. — усмехнулся я. — А лучше сойдемся на том, что это было обоюдное решение.
— Да сейчас, конечно. — фыркнула Мальвина, но затем посерьезнела. — Я должна тебе кое в чем признаться. Ты самовлюбленный, эгоистичный, необразованный чурбан.
— И именно за это ты мной и заинтересовалась? — усмехнулся я.
— Нет. Заинтересовалась я тобой, потому что не сходились детали. — ответила Мальвина и надолго замолчала. — Если честно, я до конца не была уверена в правильности своей догадки, а ты лишь усложнял мне задачу. В ту новогоднюю елку… я помню, как стояла и думала, что делать? Сдать тебя отцу или забрать себе.