Звездная каторга: Ария Гильденстерна (СИ)

— С бластером? — спросил Кай.
— Ишь, размечтался! Своё оружие я никому не доверю.
— Но мы же не вооружены, — возразил Лаки. — Кого безоружные люди смогут здесь устеречь?
— И то верно... — признал Смит. — Придётся у дыры мне посторожить, а вам описать, как выглядит вентиляционная решётка. Но по описаниям сразу не найти, там ориентироваться надо...
И тут по скобам вентиляционной шахты кто-то принялся неуверенно переставлять ноги.
— Это Оукс, — узнал шаги Лаки. — Он, наконец, спускается.
В голосе белобрысого плескалась радость.
— Ох, не к добру-у... — протянул Смит, присматриваясь к показателю величины заряда на своём бластере.
5
И верно, судя по штанам и ботинкам на ногах, высунувшихся из отверстия, чтобы нашарить стремянку, это был Оукс. Одному всё-таки повезло?
Но бабилонский охранник спускался дальше. Из шахты показалась рука с бластером, почему-то направленным вниз, а мгновение спустя — жуткая рваная рана на горле. Наконец взорам бывших напарников по экспедиции предстало лицо — с закатившимися глазами.
— Нестор, что с тобой! — пискнул Лаки.
И в этот момент Оукс выстрелил. Белобрысый счастливчик вовремя отпрыгнул затылком вперёд, врезавшись каской в стену.
На удар каски по стене последовал новый выстрел. Лаки вовремя сполз, не то бы пригвоздило.
— Надо молчать! Он не видит, просто реагирует на слух! — крикнул Кай и тут же дождался выстрела в свою сторону.
В этот миг Барри Смит дёрнул из-под Оукса тяжёлую стремянку. Тот не удержался и полетел головой вниз. В полёте зомбяк продолжал палить из бластера — ну чисто космоспецназовец.
— Эй, парни, живо к квершлагу! — крикнул Смит. — Вы мне здесь не помощники, так хоть разыщите решётку со штырями... — говорил он скороговоркой и постоянно перемещался, так как зомбяк Оукса по прежнему стрелял на звук. Сам Барри на выстрелы почти не отвечал — берёг заряды.
Кая и Лаки не понадобилось упрашивать — припустили со всех ног, оскальзываясь на гладком полу дромоса.
Забежали в квершлаг.
— Я дальше поищу! — проблеял белобрысый. Кого он хотел обмануть? И зомбяку ясно, что к опасному месту схватки Смита с Оуксом 'начальник экспедиции' по доброй воле не вернётся.
А сам Кай? Кай попробует. Но сперва разыщет решётку и штыри. Смит говорил, 'в запасниках'?..
Искал долго. В кладовых, ответвляющихся от квершлага сам чужак голову сломит. Слепила лампа на собственной каске, пока Кай не догадался уменьшить мощность. После этого стал хоть что-нибудь видеть. Но трудно видеть широко, когда шею твою свело от страха, а сам ты обращён в слух: не стучат ли по полу квершлага приближающиеся шаги зомби?
Сначала нашёл штыри, потом и решётки. Может, нужен ещё какой инструмент, о котором Смит не упомнил? Но нет: штыри самовбивающиеся, должны послужить и так. А мысль об инструменте — уловка, чтобы копаться подольше. Пора возвращаться, пора...
Выглядывал из квершлага с перекошенным от ужаса лицом. Так явно перекосило, что и без зеркала понятно, по одним напряжениям мышц.
Зомби не приближался. Неужели Смит ухитрился его обездвижить? Вряд ли: в смитовом бластере заряда оставалось всего ничего...
Потом был путь с тяжёлой вентиляционной решёткой почти через всю 'Особую штольню'. Всматривался вперёд до боли в слезящихся глазах. Тревожней нет, как возвращаться на место, откуда недавно счастливо сбежал. И ноги становятся не то что ватными, а какими-то резиновыми, норовят согнуться в противоположную сторону.
'Как только вижу Оукса, бросаю решётку и дёру!' — пообещал себе Кай. Идти стало несколько легче.
А потом он заметил отставленную от дыры стремянку. А под ней — Барри Смита. Охранник из Ближней шахты сидел на нижней ступеньке, держа под прицелом поверженное тело. Победил?
Кай поудобней перехватил решётку и заспешил к нему, даже не подумав, что и Смит мог успеть подвергнуться зомбификации.
6
Несказанно повезло, что Барри остался прежним. А вот тело, лежащее перед ним, принадлежало не Оуксу, а Дэю. Ну, когда-то принадлежало.
— Этот тоже спустился? — воскликнул Кай. — И что, хватило заряда в бластере?
 
— В моём не хватило, — Смит усмехнулся, — пришлось позаимствовать у прошлого зомбяка. Оуксу я этот бластер с кистью руки отрезал. — Барри кивнул на второе тело поодаль, сожжённое гораздо сильнее. — Хех, весело было: я резал, а он всё ещё отстреливался. Плечо мне повредил, гнида!
Только тут Кай заметил, что Смит свободной левой рукой сжимает края раны — неширокой, но, верно, протяжённой в глубину.
— Решётку надо поставить, — сказал Смит. — Я не справлюсь, придётся тебе.
— Я попытаюсь, — пообещал Кай.
— Советую установить с первой попытки. Эти штыри загоняются в стены с такой силой, что если плохо рассчитаешь...
— Ничего, я знаю, где хранятся запасные.
7
Перепуганного Лаки встретили у шурфа с подъёмниками, в нише рядом с лестницей, по которой в случае чего можно было выбираться на самый верх на своих двоих. Сидя там, 'господин Гильденстерн' малодушно ждал развязки, на которую уже не силился повлиять, и напряжённо всматривался вглубь квершлага, гадая, кого оттуда принесёт: зомби или брошенных им товарищей по экспедиции. Парню достало выдержки не вызывать Мада с шахтёрской клетью, пока неясно, чем закончилось вверенное ему дело, но это и единственное, на что у него достало выдержки.
— Отчёта желаете, господин начальник? — криво усмехнулся Смит. — Ну так получайте. Дыру мы заделали, с вашими дружками, обращёнными в зомби, успешно расправились. Из пяти участников экспедиции большинство живо. Можно сказать, оглушительные успехи.
— Как вы можете так говорить, — истерически всхлипнул Лаки, — погибли наши товарищи...
— Э, парень, погоди! — Смит подошёл к нему и, морщась от боли в раненном плече, сгрёб за грудки. — Нам предстоит совместно отчитаться о результатах экспедиции, не так ли? Ну так вот. О твоём идиотском руководстве, повлекшем лишние жертвы, а также о трусливом бегстве и, скажем так, общей неблаговидной роли во всём предприятии, — тут Барри презрительно усмехнулся, — мы с господином экспертом в принципе готовы умолчать перед Ральфом Стэнтоном. Но при одном условии. Догадываешься, каком? — Лаки замотал головой в знак своей крайней недогадливости. — Ты, сучий хвост, обязуешься не катить ни на кого бочку, понял?
— Понял, — закивал Лаки.
— А что это значит? — продолжал Смит. — Если там, наверху, у Стэнтона, я увижу, что ты начинаешь скорбеть о своих дружках напоказ, или закатываешь глазки, или намекаешь не пойми на что — всё это будет знак для меня, понял? Знак того, что ты готовишься перевесить свою вину на кого-то из нас с Майком. Если понял, повтори!
— Понял: не скорбеть напоказ, не закатываешь глазки, не намекать не пойми на что, на живых вину не перевешивать.
— Хорошая память, — похвалил Барри. — Раз уж настолько хорошая, послушай ещё, что тебе умный человек скажет. Ну, о том, с чем встретилась экспедиция, и чем это может быть опасным для Ближней шахты. Так получилось, что это твоя, а не его специальность, но что уж поделаешь, если Стэнтон захочет послушать тебя, а не его, а ты, тля белобрысая, ни в зуб ногой обо всех этих захоронениях культуры Сид и прочей зомбификации? Посему, ты, господин Гильденстерн, давай-ка, слушай, да на ус мотай, а ты, эксперт Эссенхельд, излагай самое главное, но попроще.
Лаки беспрекословно обратился в слух, а Кай неожиданно ощутил укол своеобразной учёной ревности — уже и не ожидал встретить у себя такой рудимент. Как, просто так, за здорово живёшь, поделиться с каким-то проходимцем неопубликованным научным открытием? В далёком Юрбурге Кай никогда идеями не делился.
Однако, здесь Эр-Мангали, не Юрбург. Да и цели перед экспедицией с самого начала стояли сугубо прикладные, а вовсе не научно-теоретические, но главное: от полноты отчёта Лаки будут зависеть судьбы людей...
Кай собрался с мыслями и стал их вкратце излагать.
8
Потом прибыла вызванная ими малая шахтёрская клеть, ведомая словоохотливым юношей Мадом. Пока поднимались на средний уровень, к Стэнтону, и Кай, и Смит сосредоточенно молчали, а вот Лаки понесло. Чего он только не наплёл впечатлительному зануде! Возможно, это была реакция на свежепережитое унижение, или на предстоящее унижение у Стэнтона, но в продолжение подъёма бывший начальник экспедиции только и рассуждал, что о страшных зомби, которые прибрали к рукам всю 'Особую штольню', а если их не остановить, они скоро будут везде по Ближней шахте.