Любовь песчаного дракона (СИ)

— Восемнадцать, — пробурчала хмуро, хоть и понимала, что возраста мне добавлял грим и усталость.
— Да-а-а, потлепала тебя жиснь, потлепала. Ну, нисего, исплавим. Так сто на ссет имени?
— Я подумаю, — пообещала в ответ, понимая, что с этим мелким спорить себе дороже. — А сейчас мне нужно обратно в гнездо.
— О-о-о, гнесда я люблю, — воодушевился дракон, и замер, предано глядя мне в глаза.
— Что?
— На луськи. Я слисском долго сидел в алтефакте — тело сатекло.
— Значит, догонишь, когда растечет обратно.
— Ну, хося-а-айка, — противно заныло это исчадие сумрака и снова протянуло ко мне свои когтистые лапки, слегка их сжимая.
— И за что мне это наказание? — пробурчала я, подхватывая мелкого.
— Я не накасание, а дал божий! Вот увидиссь, нам будет холоссо вместе. Ты меня полюбиссь, я полюблю тебя, и будем жить дусса в дуссу!
Это заявление я предпочла оставить без ответа. Да и время поджимало — пора было возвращаться. Спрыгнув вниз, стащила две тряпки. В одну из них замоталась сама, пряча свою спецовку, во вторую завернула трепыхающегося дракончика, сердито шикнув на него.
Дойдя до ближайшего ковра, летящего в сторону гнезда, заплатила положенную сумму и без сил опустилась на мягкую подушку. Сидящая рядом женщина пару раз с интересом поглядела на шевелящийся у меня в руках сверток, но промолчала. А остальным редким пассажирам было не до подозрительных дамочек. Они явно возвращались с праздника, получив свою долю впечатлений и финикового самогона.
Дома первым делом я побежала к себе в комнату. Старалась лишний раз никому не попадаться на глаза, скрывая от всех крылатое приобретение. Что с ним делать, я пока не знала и очень надеялась, что рассудительная Надира даст мне совет. К счастью, она ждала в комнате, уже собранная к походу на праздник.
— Вернулась! — радостно воскликнула подруга. — Как все прошло?
— Насыщенно, — отозвалась я, после чего размотала ткань, демонстрируя соседке дракона.
— Это что? — удивленно спросила она, разглядывая мелкого.
— Не сто, а кто, делевня! — возмутился крылатый, встряхнувшись и сбив хвостом подушку с кровати. — Я — длагон! Фамильял Лыси, ее сасситник, уситель и лусссий длуг! А ты кто?
— Надира. Соседка Рыси, ее кормилица, поилица, прикрывательница и подруга, — в тон мелкому ответила девушка.
Смерив ее внимательным взглядом, крылатый фыркнул дымом, отчего я закашлялась, и благосклонно кивнул:
— Ты мне нлависсься. Одобляю. Будем длужить.
— Ага, — покивала головой подруга и повернулась ко мне. — Яся, а ты ничего не хочешь мне рассказать?
— Хочу. И не только тебе, наверное. Дядю Назара и Камала тоже стоит ввести в курс дела. Да? — спросила я неуверенно, понятия не имея, как атаман и наставник отреагируют на появившуюся у меня живность.
— Придется. Они все равно узнают, что у нас появился питомец. Хотя я, признаться, понятия не имею, к какому виду он относится. И насколько опасен — тоже.
— Осень опасный! Особенно для тех, кто поплобует обидеть мою хосяйку.
— Подтверждаю. Он сжег ваэльского пса.
— Силен, — уважительно покивала подруга, — но тогда тем более нужно рассказать отцу и дяде. Пойдем сейчас или…
— Десять минут! Очень хочу помыться и переодеться. Все-таки я знатно попетляла от погони.
За отведенное время я успела, приняв душ, смыть краску с волос и косметику, снять личину и переодеться в чистые вещи. Когда вышла из ванной, дракончик смерил меня внимательным взглядом и удовлетворенно выдохнул:
— Вот тепель велю, сто тебе восемнадсать. Да ессе и лыженькая! Все, ты моя любофь!
— А если бы была черненькая? — полюбопытствовала я, подхватывая фамильяра на руки.
— Я бы тоже тебя любил, плосто немного меньссе. Так куда мы идем?
— Будем знакомить тебя с нашими главными. А уже они решат, что с тобой делать дальше.
— Они могут лессать все, сто угодно, но это не исменит главного, — фыркнул мелкий.
— И что же — главное? — уточнила Надира, шагая рядом.
— Я выблал себе хосяйку! Тепель мы всегда будем вместе. И в голе, и в ладости. И вообссе, можно сказать, сто я — лусссее, сто слусилось в ее жизни.
 
— Первый раз вижу такого скромного дракона, — усмехнулась подруга.
— Ты вообще первый раз видишь дракона. И я. Что-то мне подсказывает, что наставники тоже раньше не слышали про таких существ, — вздохнула я.
На мою удачу, оба мужчины были на месте — в кабинете атамана. Надира, подбежав к отцу, поцеловала его в щеку, а я замерла у двери под двумя удивленными мужскими взглядами.
— Не смотлите на меня так, я — стесняюся, — наконец нарушил возникшую тишину дракончик и завозился на моих руках.
Я ссадила его в кресло у стола, а сама придвинулась к наставнику, поднырнув ему под руку и прижимаясь к теплому боку. Все-таки устала. Пережитый страх и забег потихоньку давали о себе знать, но я пока держалась.
Наставник, смерив меня хмурым взглядом, магией подтащил второе кресло и насильно усадил в него. Затем вышел из кабинета и пару минут спустя вернулся с кружкой ароматного чая. Благодарно пожав его руку, сделала обжигающий глоток и после этого заговорила.
Рассказала о задании и сложностях, с которыми мы столкнулись. Посетовала, что пришлось раскрыть свое присутствие, разрывая охранный контур сокровищницы. Затем поделилась тем, как случайно вскрыла шкатулку и забрала камень. А после описала свой забег и преследование ваэльского пса. От переосмысления последнего меня заколотило, да так, что я чуть не расплескала чай.
Несмотря на все уроки, тренировки и рассказы, я оказалась эмоционально не готова к встрече со смертью. Если бы не притихший дракон, я бы здесь не сидела. Кстати, о нем…
— Фамильяр, значит, — задумчиво произнес атаман, перебирая малахитовые четки. — Дракон. Я думал, это сказки.
— Ты слышал о них? — тут же заинтересовалась Надира, устроившаяся на подлокотнике отцовского кресла.
— Мне в руки попадались свитки, в которых рассказывалось о волшебных существах. Одни описывали драконов, как крылатых огнедышащих ящеров, наделенных магией. Только они были гораздо больше вот этого экземпляра. В других же источниках драконы считались оборотнями, способными менять ипостась на человеческую. Такие человекоподобные драконы нередко влюблялись в людей и у них рождались дети, наделенные магией.
— То есть родоначальниками одаренных считаются драконы? — удивленно уточнила Надира. — Я не слышала эту теорию. Но с точки зрения эволюции она бы многое объяснила…
— К сожалению, все что нам осталось с тех времен, это разрозненная информация — уже не узнаешь, где сказка, а где быль. По неизвестной нам причине драконы покинули этот мир, и лишь Духам Пустыни известно, были ли они вообще. Хотя, — внимание атамана сосредоточилось на неожиданно смутившемся фамильяре.
— Не надо на меня так смотлеть — я пугаюсь! Я имею плаво хланить молсяние, стобы скасанное не смогли испольсовать плотив меня, — заявил мелкий, плюхаясь на толстую попу и складывая лапки на груди.
— Дракон, а может все же… — попыталась было настоять я, но фамильяр замотал головой.
— Я не могу ласскасать, плавда. Магия не посволит. Да и не нужно вам это снать — дела давно минувссих дней. Сейсяс важнее то, сто я сдесь и не намелен оставлять свою хосяйку. На вас надежды никакой — суть не углобили бедную девоску. Поэтому с этих пол я наснасяю себя ее опекуном! Все воплосы будут лессаться только селес меня! — пафосно заявил малыш, под конец тирады смешно размахивая лапками.
— Как ты? — тихо спросил Камал, опустившись рядом на корточки и погладив меня по голове.
— Немного отпустило. Испугалась, — призналась честно, шмыгнув носом.
— Я поговорю с Филином. Он не должен был рвать охранный контур периметра. Из-за него могли пострадать жители Радана, — по лицу наставника пробежала тень, вынуждая меня схватить его за руку и быстро заговорить.
— Камал, мы оба виноваты. Если бы помедлили, пес разорвал нас прямо там.