Одаренный: адъютант (СИ)
Рванув вперед и притаившись в дверном проеме, я прислушался. Нужно было определить силы потенциального врага. Судя по шагам — двое. Идут четко, в такт. Значит охрана. На ремнях что-то едва слышно бряцает. Не огнестрел. Дубинки?
Шаги затихли. Раздался звон ключей, поскрипывание. Охрана открыла двери, зашла внутрь.
Выждав десять секунд, я осторожно выглянул. Никого. Охрана зашла в какое-то помещение, кажется, пункт наблюдения. Теперь нужно было определить, где находятся камеры. А они точно были — я в этом был практически уверен.
Не ошибся.
Тут их не прятали в статуях, как в моем отделении. Камеры висели в углах потолка, по обе его стороны.
Продолжая изучать местность из-за своего укрытия, я определил, что Императора могли держать в дальней палате — у нее располагался отдельный пункт охраны, на самой двери имелись дополнительные замки и усилительные балки. Такую дверь и танком не пробить.
Нужно было проникнуть туда. Возможно, там есть какие-то знаки или подсказки, которые смогут приоткрыть завесу тайны. Эта комната — единственная ниточка, которая связывает с Императором.
Вновь послышались шаги — охрана возвращалась из комнаты. Нужно было что-то срочно делать.
Первым из дежурной комнаты вышел крепкий усатый мужчина, накачанный как бык, весь словно вырубленный из камня. На груди у него поблескивал небольшой амулет, источающий легкие эманации силы — защита от внезапного воздействия Дара. Плотного удара не удержит, но от средней атаки вполне защитит. Я понял, что этот охранник не так прост.
Вторым вышел его помощник. У него тоже имелся такой же амулет. А на поясе болтался шокер.
Если завязывать драку, то непременно будет шум, который привлечет еще охрану. Это мне не нужно. Необходимо все провернуть в тишине.
Поэтому я, максимально собравшись и словно превратившись в пружину, в два прыжка подскочил к потолку, ухватился за пожарную линию. Она была прочной, сделанной на совесть, потому без проблем удержала меня.
— Чисто, — хмуро произнес первый охранник, оглядывая коридор.
Они остановились прямо подо мной. Я мог видеть залысину на голове одного и при желании даже задеть ее локтем. Пришлось мобилизировать все свои силы, чтобы даже не шелохнуться.
— Сегодня в столовку пойдешь? — спросил второй.
— С собой взял.
— А я схожу, там, говорят, борщ сегодня будет.
— Гадость! — скривился охранник.
— Сам ты гадость — тут хорошо варят. А еще кисель вкусный. И пирожки.
Охранники принялись живо обсуждать кулинарные возможности местной столовой. Я же почувствовал, как мои руки начали мелко дрожать. Мышцы были на пределе. А охрана даже не собиралась уходить. Долго я так протяну? Идите уже, вашу мать, быстрее! Проваливайте!
По виску покатилась маленькая капля пота. Ох, только не это! Если что-то сверху капнет этим уродам на головы, они тут же обратят свои взоры вверх. И тогда мне не поздоровится.
Я осторожно и максимально тихо приложил голову к рукаву, чтобы промокнуть пот.
Это помогло. Только вот мышцы мои не могли вечно удерживать меня на верху, тем более в такой неудобной позе. Валите уже!
— Пошли покурим? — робко предложил второй охранник.
Первый молчал — было видно, что его одолевают сомнения: с одной стороны курить хотелось, но с другой нельзя было покидать пост.
— Мы быстро, — произнес второй, доставая пачку сигарет. — Я угощаю!
— Нельзя говорю! По уставу не положено покидать пост, — рявкнул первый.
Повисла пауза. У меня же напряжение в теле было в десятки раз больше.
— Серега, да чего ты такой напряженный? Увезли уже объект, никто тут теперь проверять не будет. Сам же видишь, что второй день тихо. Даже начальник караула вчера поддатый ходил.
— С чего ты взял?
— А ты как будто не почувствовал? К концу смены от него несло коньяком метра за три. Пошли, покурим! Уши уже дымят, как курить охота.
— Ладно, пошли, — наконец, произнес первый. — Только быстро!
— В один затяг!
Они двинули к выходу.
Я дождался, когда они скроются из виду, осторожно спустился и юркнул в дежурную комнату.
Это был пост наблюдения. Шесть мониторов показывали видео с камер: коридор, левую сторону с палатами, правую и палату, где лежал Император — сразу три камеры. Следили они за ним зорко — муха не проскочит. Значит и мне нужно сделать так, чтобы записей со мной не осталось.
Я огляделся. Слева от мониторов, на полу размещался огромный процессор и сервер, куда поступала вся информация с камер. Значит, нужно вывести его из строя.
Я закрыл глаза, сосредоточился. Создал энергетический конструкт — точно такой же, каким вывел из строя кибера. Для этого потребовалось затратить почти всю свою энергию и даже прибегнуть к помощи изумруда, который я стащил из шахт «Кремня».
Если конструкт для кибера не требовал каких-то точных расчетов, тот тут нужно было действовать более точно — чтобы не спалить комнату и вывести из строя только основной процессор и блоки памяти. Причем не оставляя следов и даже намека на то, что это все было создано искусственно. Обычный скачёк электричества. Обычная оплошность обслуживающего персонала.
Я огляделся по сторонам, увидел кофе в стаканчике, который беспечные охранники оставили прямо на столе. Вот это они зря. Я смахнул стаканчик на пол, проливая кофе на удлинитель. Тот заискрился.
Искрящийся шар полетел в сервер. Процессор задымился, и пришлось срочно открывать окно, чтобы дым не включил пожарную сигнализацию. Мониторы погасли. Отлично! Дело сделано.
Не теряя ни секунды, я рванул в дальнюю палату. Сейчас она была не заперта.
Внутри было просторно, светло. Но ни телевизоров, ни вазы с цветами, какие были у меня в палате, тут не было. Но это была палата Императора, без всякого сомнения — я почувствовал остаточные эманации его силы, которые даже сейчас не выветрились.
Нужно было искать знаки, следы, хоть что-то, что могло подсказать, куда сейчас спрятали Императора.
Но, к сожалению, ничего найти не удалось. Я перерыл кровать, заглянул под нее, осмотрел каждый сантиметр палаты. Ничего. Лишь на прикроватной тумбочке лежал сделанный из бумаги оригами в форме лебедя. Не самая лучшая работа, было видно, что тот, кто ее делал, не имел большой практики — много вмятостей и кривых сгибов.
Но этого лебедя сделали пальцы самого Императора. Я это понял, едва взял его в руки. Легкий разряд тока прокатился по моей руке, заставляя невольно вздрогнуть. Обычный клочок бумажки, свернутый хитрым способом в несколько раз, выглядел как обычный мусор. Для любого другого оказавшегося здесь. И даже мощные менталисты могли взять его в руки и исследовать, и все равно ничего бы не почувствовали. Лебедь был тонко настроен только под мою ауру.
Я сразу догадался, что это знак, причем именно для меня. Прямых подтверждений этому у меня не было, но я чувствовал, что это именно так. Японское искусство создания из бумаги удивительных поделок — как намек на то, что во дворец недавно приезжал японский посол с Харуки, где я тоже был. А лебедь... над этим нужно было поразмыслить. Вариантов было много.
Лебедь — это символ чистоты и возрождения. Как это можно соотнести к посланию? Как трактовать?
Я вертел его и не мог найти нить сути. Что этим оригами хотел сказать мне Император?
Нужно было возвращаться обратно. Я понимал, что перекур у охранников скоро должен закончиться. А с лебедем разберусь потом — самое главное сделана и подсказка найдена.
Еще раз оглядев комнату, я выскочил прочь.
До закутка, в котором лежали два адепта, я добрался в самый последний момент. Охранники вернулись из курилки, и теперь была слышна громкая ругань — они обнаружили поломку и теперь выясняли, кто же из них оставил кофе и кто виноват.
Пока одни охранники были отвлечены, начали приходить в себя адепты. С ними разговор был короток. Я активировал Дар и обрушил всю его мощь на сектантов. Те вновь затихли, на этот раз надолго.