Одаренный: адъютант (СИ)

— Это сработало, — кивнул я.
— Сними с меня пожалуйста эту проклятую маску! Она гасит все мои силы!
Я подсел к Императору, осмотрел железную маску. С виду грубая, сделанная наспех, она оказалась весьма изощренной блокировкой. Но с ней я смог справиться и без теней. Потоки силы тут распространялись спиралью, открыто, и я применил изначальный свой Дар, поглотив эманации маски. Замок на ней скрипнул и Император освободил голову.
— Проклятая маска! — злобно процедил он, швырнув ее в стену.
Лицо Императора было исхудавшим, грязным. Я протянул Алексею Ивановичу платок и тот с благодарностью стер с лица грязь и пот. Спросил:
— Какие дела творятся в государстве?
— Дела?.. — растерялся я, не зная, как сказать главное. — Дела не самые хорошие. На троне сидит ваш двойник.
— Что?! — зарычал Император.
— Сектанты смогли каким-то образом найти двойника — или создать его, — и теперь он правит страной. 
Лицо Императора было красноречивей любых слов. 
— Изданы указы, убирающие с должностей тех, кто не поддержал секту. И назначающих на должности тех, кто, соответственно, служит секте верой и правдой.
— Но как такое возможно?! Ведь Распутин мертв! Кто смог стать на его место? Его ближайшие подчиненные.
Я некоторое время молчал. Потом все же решился сообщить свою версию.
— Алексей Иванович, я прошу выслушать меня до конца и гневаться заранее об услышанном. Это только моя версия и она покажется вам обидной и непринятой, но есть ряд фактов, которые говорят в ее пользу.
— Что ты имеешь ввиду? — пристально посмотрел на меня Император.
— На место Распутина должен был стать человек, знающий всю структуру секты. Его подчиненные — Браун, Дантес и прочие, — не такие высокие по рангу, чтобы ставать ими. Новый глава также должен обладать определенной властью и знать структуру государственного управления изнутри — иначе не смог бы он так просто поставить на трон двойника. К тому же новый глава должен обладать определенным авторитетом, чтобы его назначение должны были поддержать остальные. То, кто знал Распутина лично. То, кто был с ним практически всегда.
— Что ты...
Император, кажется, уже и сам все понял. Но не хотел принимать эту версию.
— Новый глава секты «Путь-Свят-Ра» — это ваша сестра, Софья Ивановна, — озвучил я самые страшные догадки Император.
Некоторое время в камере царила тишина. 
— Этого не может быть, — одними губами прошептал наконец Император.
— Это только версия... — начал я, но Алексей Иванович перебил меня.
— Но это так. Все верно. Именно Софья привела Распутина во дворец. И именно она все время была с ним, оберегала его, заступалась, не давала прогнать из дворца. Все верно, только она и должна была стать новой главой секты. У нее есть все нити, чтобы сделать такое — мое похищение, проникновение в структуры власти, назначение на должности. Это она.
Я не знал, что добавить к этому. 
— Ты все правильно разгадал и понял, — кивнул Император.
Лицо его стало жестким, в глазах пылала ярость. 
— Нам пора идти, — осторожно напомнил я.
Алексей Иванович сжал кулаки.
— Пошли. Настало время вершить суд, — произнес Император и я услышал в его голосе раскаты грома.
Я понял, что суд этот будет страшным и кровавым — время доброго Императора кончилось. 
Настало время яростного Императора.
  
Глава 25. Прорыв
 
Я чувствовал, как тело Императора насыщается силой, она текло отовсюду, проникая сквозь стены, двери и даже меня. Эманации и потоки сгущались все больше и больше, а камни только усиливали этот эффект. Император забирал все, что только можно было забрать. Он провел без силы слишком много времени и теперь хотел исправить это досадное упущение. 
В воздухе стали проявляться нити силы, искрящиеся и белые, словно их накалили на огне. Я зачарованно смотрел на это и мог только дивиться — принимать такой объем мощи сможет не каждый. Думаю, вообще вряд ли кто-то сможет. Кроме Императора. Вот уж действительно самый первый во всей Империи. 
 
— Я сотру их всех в порошок! — прошептал Алексей Иванович, распрямляя плечи, становясь словно бы выше. — Они сполна ответят ха свои злодеяния. 
— Нам пора уходить, — осторожно ответил я, кивнув в сторону двери.
Император двинул на выход. Я последовал за ним.
Мы шли, ничего не боясь, в открытую, хотя я и предлагал своему спутнику защиту. Но он лишь отмахнулся. Единственный барьер, который его сдерживал, был отброшен и Император готов был крушить все на своем пути. 
Первым не посчастливилось попасться нам на дороге двум охранником. Увидев Императора, они опешили. У них был шанс спастись, если бы они рванули наутек прямо сейчас. Но они этого не сделали. Вместо этого попытались схватиться за автоматы. И тут же за это поплатились.
Император лишь повел рукой, и охранников швырнуло в стену. Страшная сила в одно мгновение превратилась их в окровавленные тела — бросок оказался мощным.
Вторым, кто испытал гнев Его Величества, стал целый отряд. Видимо сигнал тревоги поступил в охрану, и они теперь всеми силами пытались остановить беглеца. Однако же не смогли сделать и выстрела — так все было молниеносно. 
— Предатели! — гортанно прохрипел Император, превращая отряд в отбивную.
Невидимая сила, которой пользовался Император, молола сектантов в кашу. Жутко чавканье разносилось по коридору и я, не в силах смотреть на эту мясорубку, отвернулся. Уже через секунду все было окончено, от отряда не осталось ни одного. 
— Пошли, — бросил мне Алексе Иванович и двинул быстрыми шагами по коридору.
Он точно знал куда идти, в отличие от меня и потому я пошел следом. Коридор, поворот налево, лестница. Мы спускались вниз. И на каждом этаже нас встречали. И вновь я мог только дивиться мощи Императора. Он копил ее, смешивая с яростью и злобой, которой у него оказалось предостаточно — еще бы, его едва не свергли! И эта мощь сейчас обильно изливалась на тех, кто это сделал. 
Шестой этаж, пятый, четвертый...
Трупы усеивали коридоры. Некоторые из охранников, поняв, что шансов в этой бойне у них нет, благоразумно бежали. Но даже это не смогло их спасти — я видел из окна, как участь настигала их уже на улице и они падали замертво. 
— Предательство карается высшей мерой наказания. И нет вам прощения! — холодно произнес Император, запуская в толпу огненный смерч. От страшного жара плавилось оружие, а тела и вовсе испарялись, оставляя после себя лишь прах, который, поднимаемый сквозняком, летал по тюрьме, словно снег.
Они сами выбрали свою судьбу, когда вступили в отряды секты. И они понимали, что возможна расплата. Она не заставила себя долго ждать. 
Третий этаж, второй...
Тут пришлось задержаться. Охрана применила какой-то хитрый оборонительный конструкт, защищая себя. Невидимая стена закрыла солдат от императорского гнева, но, как оказалось, ненадолго. Затрещали линии и формулы, сплетенные хоть и на совесть, но не достаточно крепко против силы Его Величества. Громко захрустели пласты защиты. А потом конструкт издал хриплую отрыжку и рассыпался. Началась паника. Солдаты рванули во все стороны, спасаясь бегством. Фиолетовая волна настигла их, расшвыривая по стенам. Никто не ушел.
Первый этаж...
Выход уже был рядом. Императора не могло остановить ничто — ни солдаты, ни решетки. Последние он плавил каким-то необычным конструктом, который создавал тут же, без видимых усилий. Яркие всполохи появлялись прямо из воздуха, облепляли сталь, и та плавилась словно воск, стекая на пол оранжевыми каплями. 
На последнем рубеже тюрьмы нас решили остановить всеми силами, которые имелись у секты. Сразу три отряда караулили вход, из которого мы готовы были появиться вот-вот.
— Алексей Иванович! — с трудом успел остановить я Императора. — Постойте! Нас постреляют!
— Они подавятся собственными пулями! — императорский гнев был огненно горяч.