Первый шаг
На скамейке увидел соседа сверху – Сергея.
– Привет.
– Здорово, Робин, ты чего тут? К испытанию не готовишься?
– Я уже прошёл.
– А, ну да, ну да, уж день, как с испытания вернулся, – хохотнул Сергей.
Робин, насупившись, молчал.
Сергей серьёзно посмотрел на Робина:
– Не допустили что ли?
Робин кивнул.
Сергей дружески хлопнул по плечу:
– Плюнь! Да и вообще, что это за испытание? Разве это испытание? Жизнь – вот будет тебе испытание. А остальное так – детские игрушки. А ты, поди, и девку ещё не тискал?
Робин отвернулся.
Сергей заржал.
– Ладно, пошли.
– Куда?
– Испытываться будешь!
Робин отпрянул.
Сергей засмеялся:
– Да не бойся ты, никто тебя силком на девку не загонит. Пошли, отметим твоё освобождение. Двойное, получается, – он поднял вверх указательный палец. – Так и быть, раз у тебя сегодня такой праздник, я угощаю.
– Пошли.
***
На территории бараков были два развлекательных центра. Два самых крупных здания, конкурирующие между собой, но совершенно разные внешне: одно – круглое обширное приземистое здание в три этажа вверх и вглубь – «Черепаха», как его прозвали жители бараков; и второе узкое и высокое в восемь этажей высилась над бараками – «Сигара».
Оба здания принадлежали крупнейшим семьям элизия. Лебединским, владеющим «Хлебным Домом» – «Черепаха» и Захаркиным, делающим деньги на сети супермаркетов – «Сигара». И Лебединский, и Захаркин были выбраны в общественную палату, причём Пётр Степанович Лебединский её председателем. Таким достойным людям, совсем не к лицу вкладывать средства в развлекательный бизнес, больше частью подпольный, и потому оформлены они были на подставных лиц. Хранители знали, но смотрели на это сквозь пальцы: если отнять у «лишних» последнее, неизвестно чем все закончится. И потому хлебом в виде пособий, и зрелищами в развлекательных центрах, жители бараков были обеспечены.
Сергей повёл Робина к «Черепахе» Лебединского, но повёл не с парадного входа, где в красивом и уютном интерьере можно было предаться дозволенным утехам: виртуальным играм и интернет – знакомствам, если нет желания палить свой домашний IP-адрес; поиграть в казино или посидеть в баре; посетить огромный виртуальный кинотеатр или крохотный уютный старомодный неумирающий театр; поглазеть на картины в выставочных залах или потешить свои животы в кафе и ресторане – всем тем утехам, которые необходимы человеку, чтобы забыться от серых будней. Сергей уверенно прошёл мимо центрального входа, завернул за угол и по неприметной лестнице спустился к двери, ведущей в полуподвальное помещение, открыл её и, махнув Робину, вошёл внутрь.
Робин последовал за ним, чуть пригнув голову, чтобы не удариться о притолоку. Переступил порог и удивлённо огляделся: большое светлое фойе с зеркальными стенами с одной стороны и огромными стёклами, стилизованными под окна с видом на мегаполис с его сияющими огнями ночных улиц, с другой. У входа их встретил робот.
– Здравствуйте! Меня зовут Миляга. Мы рады видеть вас в нашей уютной современной развлекаловке. Наш девиз: любое желание клиента – закон. Где бы вы желали отдохнуть? Оплата наличными или браслетом?
– Ну, – Сергей повернулся к Робину, насмешливо улыбнулся, – с чего начнём?
Робин пожал плечами.
– Ладно, надо принять для храбрости. Миляга, – обернулся он к роботу, – для начала нам в бар, а там видно будет.
– Очень хорошо, очень хорошо, – засуетился робот, – могу вам предложить гида для компании, если пожелаете.
– Не надо, мы сами себе компания, пошли! – отказался Сергей и решительно двинулся к одному из настенных зеркал. Дотронулся до крохотного изображения фужера с коктейльной трубочкой в нижнем правом углу, и зеркало повернулось, впуская их.
Их сразу оглушил грохот музыки, в котором потерялись все остальные звуки огромного зала. В центре на большой сцене круговой голограммой транслировался концерт популярной группы. Зал был разделён на множества матовых кубов. Сергей повёл Робина к одному из них. От прикосновения его ладони стеклянная перегородка бесшумно открылась, пропуская внутрь.
Они очутились в маленькой комнатке: уютные диванчики расположились вдоль стен, драпированных мягкой тканью, а центр её занимал низкий, но широкий столик. Сюда не долетали звуки зала, а мерцающий свет, скользящий по складкам ткани, создавал ощущение уюта и полной изолированности.
– Если хочешь, можем включить группу или подобрать что-нибудь другое.
– Давай группу.
– Давай.
Сергей нажал на столе квадрат со стрелками, идущими от центра наружу, одна из стен, стала прозрачной на ней появилась голограмма, в голову ударил звук.
Робин с интересом разглядывал столешницу. В центре неё большой чёрный квадрат, разделённый на шестнадцать поменьше: по четыре квадрата в длину и ширину. На каждом из квадратов одного ряда был свой символ и цифра от одного до четырёх, а по краям стола, с четырёх сторон, вделаны плоские металлические пластины.
– Ну, с чего начнём? – в предвкушении потирая руки, спросил Сергей.
Робин промолчал.
– Тогда я заказываю. Делай, как я. Твоё место – 2, моё – 1, – он нажал на квадрат с изображением напитков и цифрой 1. Пластина перед ним втянулась в стол и через пару секунд встала на место. На ней лежала плоская коробочка, наполненная множеством микроскопических бутылочек. Робин повторил за ним.
– Ну, выбирай, что будешь.
Робин дотронулся до одной из бутылочек, и под ней загорелась надпись «Водка русская» – мгновенно язык обожгла горечь, сладким послевкусием разлившаяся по языку. Робин опешил. Сергей рассмеялся.
– Может для начала что-нибудь помягче? – посоветовал он. Сам же решительно нажал сверху на бутылочку, на которой было написано «Коньяк. Полночь Элизия». Коробочка ушла вниз и через пару секунд пластина встала на место. На ней снифер и небольшая пузатая бутылка темно-коричневого искрящегося напитка. Сергей медленно налил четверть бокала. Поднёс к лицу, вдыхая липовый аромат, глаза от предвкушения закрылись. Он медленно отпил, подержал обжигающую жидкость во рту, перекатывая, и проглотил, удовлетворённо кивнул и долил бокал до половины.
Робин смотрел, как постепенно краснеет его лицо, влажно блестят глаза, а рот растягивается в улыбке.
Сергей откинулся на спинку.
– Ну, что, брат, выбрал себе?
– Даже и не знаю, может быть это? – Робин нажал бутылочку, на этикетке которой было написано: «Молинари экстра». Коробочка ушла вниз и вскоре оттуда показалась запотевшая прозрачная бутылочка. Робин налил напиток в фужер и отпил. Вкус – сладковатый с приятной анисовой нотой, понравился ему. Приятно потеплело в груди, и он засмеялся.
Сергей одобрительно кивнул.
– Молодец! Надо закусить, а то с непривычки быстро опьянеешь.
Выбор блюд был во втором ряду панели.
Вызвав меню, он задумчиво рассматривал закуски.
– Ты голодный?
– Ну, съел бы картошечки с хорошим куском мяса.
Сергей хмыкнул:
– На хороший кусок мяса у меня вряд ли наскребётся, а вот на куриные биточки с макарошками, за милую душу, – он заказал, и через пару минут перед ними стояли две тарелки с биточками и макаронами, политыми ароматным соусом.
Поели. Робин весело поглядывал вокруг. Его руки отбивали такт на столе в унисон звучащей музыки. Он ещё пару раз наливал себе в фужер, и, зажмурившись, бросал обжигающую влагу в горло. Наконец, Сергей насмешливо взглянул на него и сказал:
– Ну, что, брат, готов мужиком стать?
Робин с вызовом взглянул на него:
– А я тебе, что ли, не мужик?
– Пока бабу не понюхал – телок, – припечатал Сергей.
– Чего её нюхать-то, ты что, придурок? Я бы лучше понюхал травку, у тебя есть? – Робин круглыми глазами, в глубине которых притаился испуг, посмотрел на Сергея.
Сергей посерьёзнел.
– Вот это выброси из башки. Наркотики найти легко, отказаться от них потом будет трудно. Лучше не испытывать судьбу.