Первый шаг

«Вот и всё», – подумал Ан и закрыл глаза. Сознание его померкло.
– Испытание окончено, – произнёс спокойный женский голос, – снимите обруч.
– Какое испытание? – Ан открыл глаза.
Он находился в зале за столом перед компьютером, на чёрном фоне которого жёлтыми буквами горела надпись: ИСПЫТАНИЕ ПРОЙДЕНО. СНИМИТЕ ОБРУЧ.
– Как я мог забыть! Я же на экзамене! Это было простое испытание. Сердце радостно встрепенулось. Но почти сразу же её сменила тоска, сжавшая грудь, на глаза навернулись слезы.
Он снял обруч.
***
Все два дня, которые школа дала выпускниками на восстановление после экзамена, он проспал, вставая только для того, чтобы поесть, выпить лекарство, которое тётя усиленно пихала ему в рот, причитая что-то про зверства учителей, да добежать до туалета.
Постепенно Ан приходил в себя. В ночь перед оглашением результатов он не спал. Включил компьютер и зашёл на их с Линдой канал связи. Двадцать непрочитанных сообщений! С волнением прочитал их все и успокоился, у Линды всё нормально.
Взглянул на часы – половина первого ночи. Почти не веря в отклик, все же нажал на иконку вызова. Через пару минут белая иконка «не в сети» загорелась весёлым зелёным цветом. У Ана радостно стукнуло сердце, когда на экране появилось взволнованное заспанное лицо девушки. Всклокоченные волосы, полурасстёгнутая ночнушка, за Линдой Ан увидел разобранную постель и раскинутые по полу тапочки.
– Линда! Привет! Прости, что так поздно.
– Ан! Ну, наконец-то! Как ты? Я вся испереживалась. Хорошо, что стукнул. Я специально не отключала комп. Заждалась уже тебя. После экзамена ты выглядел так ужасно, что я испугалась. У тебя всё хорошо?
У Ана потеплело на душе:
– Всё хорошо.
– Трудное было испытание?
– Ну да, нормальное. А ты-то как? Всё сдала? Где психологическую адаптацию проходила?
– Ты не представляешь! – Линда тихо засмеялась в кулак. – Я замещала отца, возглавляла совет директоров Хлебопекарного союза.
Ан улыбнулся:
– И как понравилось?
– А то! Здорово! Хорошо, что я ходила на финансовые семинары, что-то хоть понимала. Знаешь, а это классно, оказывается, принимать решения и рулить людьми.
– Ну, конечно, я всегда думал, что из тебя выйдет отличный рабовладелец, – засмеялся Ан.
Линда шутливо замахнулась на него.
Послышался стук в дверь. Она открылась, и на пороге показалась фигура её отца.
– Линда, ты, что не спишь? Завтра ответственный день.
– Пока, пока, до завтра, – быстро прошептала Линда и отключилась.
Ан радостный, что удалось увидеться с Линдой, забрался в постель. Лёг, закинул руки за голову.
«Вот и всё. Школа осталась позади. Завтра всё решится. Я обязательно поеду учиться в Наукоград. Я чувствую. Жаль расставаться будет с моими, они хорошие у меня. Ну, это ничего, мы всегда сможем видеться в сети, да и я смогу к ним приезжать на каникулы».
Ан уже представлял себя студентом. Вот он в аудитории слушает лекцию Беклашева Астерия. Ан зажмурился от счастья, так близко было до осуществления мечты – учиться у знаменитого профессора. Проходит время, когда Ан зачитывался его книгами об искусственном интеллекте, мысленно разговаривал с ним, делился планами, идеями и заочно уже полюбил его. Скоро, совсем скоро, он сможет делать это реально! Возможно, и страстное желание учиться в Наукограде во многом определялась именно тем, что там преподавал гениальный учёный.
С радостью на сердце Ан задремал.
***
Утром ночное радостное настроение после встречи с Линдой пропало без следа. Впервые за всё время, как Ан себя помнил, ему не хотелось идти в школу. Он боялся узнать результат испытания. Что он сдал предметные экзамены, он не сомневался. Но сдал ли он финальное испытание? Исполнится ли его мечта продолжить учёбу в Университете Наукограда? Сейчас он был в этом совсем не уверен.
– Ан! Завтрак готов! – послышался голос тёти.
Ан сел и увидел аккуратно разложенный на стуле костюм. Темно-синие брюки и пиджак с серебристой искрой, серебристого цвета рубашка и черные туфли с носками в тон костюма. На рубашке под воротником, над первой пуговицей искрился массивный на вид, но очень лёгкий амулет – символ школы: раскрытая древняя книга, обрамлённая цветущими зелёными ветвями яблони. Рядом с ним, такие же, только очень маленькие, сверкали запонки.
 
Ан посмотрел на всё это великолепие. Натянул домашние брюки, кофту и пошёл в ванную.
– Вот и вырос наш мальчик, – сказала тётя, вытирая слезу, когда Ан свежий и разрумянившийся после холодного душа, вошёл на кухню.
– Доброе утро!
– Доброе! Живой? – улыбкой встретил его дядя, сворачивая газету и бросая её на подоконник.
Ан ничего не ответил, только покраснел.
– Ну, и нагнал ты страху на свою тётушку. Она чуть в обморок не упала, когда увидела тебя после испытания, говорит, был бледный аж до синевы и шатался, как выходец с того света.
– Интересно было бы взглянуть на нас со стороны, – засмеялся Ан, – толпа бледных зомби. А где Сандра?
– Побежала увольняться, – хмыкнул дядя. – Не терпится освободиться.
– Здорово! Избавится от своего дурака–начальника, – он вспомнил, что происходило на кухне тогда в праздничный вечер, и густо покраснел под испытующим взглядом дяди.
– Да уж, приятного мало.
– Это всё благодаря моему отцу и его наследству, царство ему небесное за доброту! – тётя поставила на стол любимые сырники Ана. – А ведь мог всё отписать Хранителям. Ему бы поставили бюст из чистой бронзы там, где родился, и увековечили бы в Дарственной книге, а он о нас вспомнил.
– Угу, – только и мог произнести Ан с полным ртом творога.
– Ты, Ан, главное, не переживай. Если что, то теперь ты сможешь и в элизии прекрасно устроиться. Откроешь своё дело. Мы поможем. Правда, отец?
– Не вопрос. Ты чем хотел бы заниматься?
Ан чуть не поперхнулся. Медленно вытер губы тыльной стороной ладони:
– Программированием.
Тётя с дядей переглянулись.
– Ну, где ж ты тут сможешь программистом-то работать? – дядя задумчиво почесал подбородок. – Компьютеры и программы поставляют Хранители, они же и забирают их в случае поломки, хотя я что-то не припомню такого. Только, если модернизируют.
– Да вряд ли они. Скорее Творцам передают, – вмешалась тётя.
– Ну, да. Я к тому, что компьютеры все под контролем Хранителей. Стратегический вид связи, – поднял он вверх указательный палец.
Тётя фыркнула:
– Ешь давай, «стратегический вид связи». Сметанки подложить?
Дядя недовольно взглянул на неё:
– Хватит, – отломил половинку сырника, обмакнул его в сметану и, жмурясь от удовольствия, начал пережёвывать.
– Не переживай, Ан. Я уверена, что все будет хорошо, и уже сегодня ты станешь Творцом. Не забывай нас тогда, – сказала тётя грустно. – Ну, ладно, давайте быстрее. Через час начало.
***
Ан, облачённый в парадный костюм, убежал вперёд искать Линду. Он торопился, хотя до начала объявления результатов было ещё полчаса. В его душе творилась кутерьма. Надежда и радость от осознания того, что возможно уже сейчас он станет Творцом и сбудутся его мечты, растворялись в тоске по Линде, которая сегодня станет Созидателем и останется в элизии навсегда. Творцы и Созидатели, как день и ночь. И хотя разрешались смешанные браки, но это происходило очень редко, так различен был их путь.
«Что будет дальше с нами? И могу ли я отказаться от Творца ради Линды и стать Созидателем? Даже, если я стану Созидателем, вряд ли её отец согласится на наш брак. Скорее ему будет лестно, если женихом его дочери станет Творец», – эта мысль немного успокоила его, и он уже увереннее подходил к заветной беседке.
Она была пуста, и Ан направился к школе.
Во дворе, как и в день испытания, собралось много народа. На этот раз среди присутствующих были и гости–элизийцы, пришедшие порадоваться за друзей или просто поглазеть на праздник. И если в день испытания его поразила напряжённая тишина, то сегодня он опешил от шумной всеобщей радости. Ан почти оглох от радостных возгласов, переливчатого смеха, громкой бравурной музыки. Он подошёл к стоящим недалеко от ступенек, ведущих в школу, одноклассникам. Ребята обменялись приветствиями, и, ожидая комиссию, делились впечатлениями об испытании.