Первый шаг

– Спасибо большое, какой прекрасный букет! – Линда встала, приняла цветы.
– Рад, если понравился! Простите, не знал, какие вы любите, понадеялся, что эти.
– Очень понравился. Роскошный букет! А аромат какой, – она спрятала лицо в бутоны, вдыхая запах.
– Ты как раз к ужину, давай с нами, садись.
– Да, – спохватилась Линда, – проходите, пожалуйста, мы вам рады! Покушайте с нами, – она достала из шкафчика вазу, налила воду и поставила цветы на невысокий комод под окном. Тупи поставил на стол ещё одну глубокую тарелку и столовые приборы.
– С удовольствием, где у вас можно руки помыть?
– Вот тут можно, – кивнул Ан на раковину.
Горислав наскоро ополоснул руки, и, подержав их несколько секунд под тёплым ветром сушилки, сел к столу, на отодвинутый Тупи для него стул.
Линда сняла с большой белой фарфоровой кастрюли крышку, и аромат наполнил кухню. Он был таким знакомым и аппетитным, что Ан сразу вспомнил элизий, дом его тётушки, ставший для него родным, и себя самого, прокравшегося на кухню и уплетающего за обе щеки.
– У нас сегодня кролик с овощами, – сказала Линда, накладывая Гориславу, потом Ану и себе. – Это традиционное блюдо в нашем элизии. Помнишь, Ан?
– А то! – откликнулся тот, с удовольствием работая ложкой.
– С кроликом? – переспросил Горислав, – Интересно, не помню, когда ел крольчатину, – тыча ложкой в овощи. – Пахнет очень аппетитно.
– У-у-у, ты много потерял. У нас в элизии были фермы с кроликами, это скажу тебе та ещё вкуснятина. Давай, налегай, а то добавку прозеваешь, я тебя ждать не буду.
Линда, улыбаясь, смотрела на них, едва прикасаясь к еде.
После ужина довольные и сытые все перешли в гостиную. Тупи принёс для Ана и Горислава кофе, а для Линды – горячий шоколад.
Горислав вдруг немного покраснел и, откашлявшись, сказал:
– Я тут случайно достал билеты на премьеру в Большой на завтра.
– Да? – с интересом взглянула на него Линда. – И что дают?
– Какую-то историческую оперу. Я точно не знаю, отец мне отдал, они с мамой хотели пойти, но Антониде ещё немного нездоровится.
– Вот, – он вынул из кармана билеты, – на завтра. Пропадают. У кого есть желание сходить? У меня, как раз три билета. Отец хотел, чтобы мы всей семьёй пошли, мы так редко куда-то выбираемся вместе последнее время.
– Я с удовольствием схожу, если Ан свободен. Я ещё ни разу не была в Большом театре Элизиума! – воскликнула Линда и глянула сияющими глазами на жениха.
Ан смутился.
– Это здорово, а во сколько начало? – спросил он.
– В восемь вечера, – ответил Горислав.
Ан взглянул в глаза Гориславу, и такая просьба была в этих глазах, что он поколебавшись, ответил.
– К сожалению, завтра вечером я не смогу. Надо будет задержаться на работе.
– На работе? – Линда вопросительно посмотрела на Ана. – Ты почти всегда задерживаешься, нельзя ли в этот раз перенести работу на другой вечер.
– Нет, Линда, никак нельзя! Это как раз время, когда будут подключать ко второму контуру один из дальних элизиев, у них как раз это время рабочее, и я должен быть. Вдруг что-то не так пойдёт. Я должен подстраховать. Правда, Горислав?
– Да? – Горислав удивлённо взглянул на Ана, но тут же опомнился. – А ведь точно, как же я забыл, что по графику у нас завтра это подключение, – он хлопнул себя по лбу.
– Ну, ничего страшного! – проговорил Ан. – Да и потом, Линда, ты же знаешь, что я оперу не очень…. Каюсь! – он прижал руки к груди. – А вы сходите вдвоём в Гориславом. Я уверен, что Горислав любит оперу. Он покажет тебя театр, погуляете, развеешься, а то всё дома и дома, никуда не выходишь, как затворница.
– Я? Да, я люблю, очень люблю оперу и сочту за честь, составить такой обворожительной женщине, как вы Линда, компанию.
Линда молча переводила взгляд с Горислава на Ана, наконец, поднялась.
– Спасибо, Горислав, за приглашение, но думаю, завтра мы с Аном не сможем. Как-нибудь в другой раз.
– Ну, в другой, так в другой, – поспешно согласился Горислав и перевёл разговор на другую тему.
Вскоре Линда ушла к себе, сославшись на усталость.
 
Ан включил телевирт и настроил виртуальную передачу о путешествии в лесах Амазонки. Они сидели и молчали. Наконец, Горислав, кашлянул, смущаясь, спросил:
– Ан, ничего, что я явился, да ещё с букетом, да ещё эти билеты?
Ан покосился на его понурое лицо.
– Это у Линды надо спросить. А я то, что? Мне ничего.
– Я буду ей звонить, – набычился Горислав.
Ан в раздражении встал.
– Слушай, а мог бы ты не посвящать меня во все твои планы по ухаживанию?
– Я хочу, чтобы ты знал.
– Да, знаю, я уже знаю. И хватит об этом.
– Ладно, извини. Я понимаю, – Горислав поднялся, взглянул на браслет. – Скоро одиннадцать, мне пора, у меня ещё одно дельце сегодня.
Ан тоже встал. Они пожали друг другу руки, стараясь не смотреть в глаза.
– Давай, Горислав, до завтра.
– Пока, – Горислав пошёл к выходу, на пороге оглянулся, – Может мне к Линде заглянуть, проститься?
Ан молчал.
– А ну да, ну да, поздно уже, она, может быть, уже спит. Пока. До завтра, Ан. Линде – привет.
– Хорошо. Пока.
Горислав ушёл.
Ан проводил его и вернулся в гостиную, залпом допил чёрный несладкий кофе и зажмурился, потом медленно выдохнул и включил компьютер, в нижнем правом углу его светилось время: 23:05.
«Через час сеанс связи. Надо собраться с мыслями».
Тихо постучали. Ан повернулся и увидел, как Линда осторожно приоткрыла дверь и заглянула в комнату.
– Можно к тебе? Не помешаю?
– Нет, что ты? Заходи.
Линда прошла и села на диван, зябко кутаясь в плед.
– Может, включим камин? Что-то холодно.
– Холодно? Сейчас включу. Ты не заболела? – он включил камин и подошёл к ней, осторожно коснулся кончиками пальцев её пылающего лба. – Да ты вся горишь! Тебе надо в постель. Давай я согрею тебе молока с мёдом?
– Ненужно мне ничего, – раздражённо ответила она. – Сядь, я хочу с тобой поговорить.
Ан сел рядом и вопросительно посмотрел на неё.
– Что-то случилось?
– Случилось! – Линда с вызовом взглянула ему прямо в глаза. – Очень даже случилось!
Ан ждал, а Линда встала и принялась возбуждённо ходить по комнате.
– Да, что с тобой? Успокойся. Расскажи.
– Ан, как я тебя ненавижу! – вдруг выпалила она, останавливаясь прямо перед ним.
Ан опешил и не знал, что и сказать.
– Ты совсем глупый? Ничего не видишь и не понимаешь? А может быть я настолько тебе противна, что ты хочешь меня сбагрить первому встречному?
Ан покраснел, смутился и забормотал:
– Какому первому встречному? Почему сбагрить? О чём ты, Линда?!
– Ты не понимаешь?! А вот, скажи на милость, какого чёрта, твой друг является к нам вечером с огромным букетом? Сидит тут с нами, ест ужин, который я для тебя приготовила и ещё приглашает меня в театр?! Меня – почти замужнюю женщину, и это всё при тебе, да что при тебе! С твоего молчаливого согласия! В чём дело, Ан?
– Линда, ну что ты. Я же обещал тебе, что у нас будет фиктивный брак, чтобы ты не беспокоилась. У тебя нет никаких обязательств. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива, чтобы знала, что вправе поступать так, как ты хочешь. Ты очень нравишься Гориславу, он мне говорил. Если он тебе тоже….
– Ещё скажи, что он попросил у тебя моей руки, – насмешливо произнесла Линда.
– Ну, руки не руки, а сказал, что влюбился в тебя. Я его знаю очень давно, поверь, он – замечательный человек. Верный друг, честный.
– Угу, и из хорошей семьи.
– А что? Да, он из обеспеченной семьи, с ним ты сможешь стать счастливой.
– Отлично! Просто отлично! Ты что, меня сватаешь за него?
– Ну, почему сватаю? Ты сама решай, как тебе лучше.
– Ты! Ты! – Линда была в бешенстве. – Да! Я сама решу, как мне лучше, слышишь ты! – она хотела выйти из комнаты, но вдруг резко обернулась, подошла к Ану и впилась жарким острым поцелуем ему в губы.