Ненавидеть Адама Коннора (ЛП)

Я откинулась назад, моя спина выгнулась на подлокотнике дивана. Он становился опасным. Его рот, его глаза, его тело… все в нем становилось слишком опасным, чтобы оставаться рядом с ним. Было ли этого достаточно, чтобы удержать меня от того, чтобы он был внутри меня?
Ну не совсем. Еще нет.
Как я уже говорила раньше, раз и навсегда я была готова заняться любовью, и моя киска, казалось, выбрала его своей жертвой. Я была в порядке с этим выбором.
— Нет ответа? Нет возражений?
Я пожала плечами и попыталась расслабиться на диване.
— Я тебе не верю, так что все в порядке. Ты можешь говорить все, что хочешь сказать. Я не та, кто влюбляется в слова.
Его глаза впились в меня, и я сглотнула комок в горле.
Даже если я ему не поверила, это не значит, что это не повлияло на меня.
Он расправил и поправил манжеты рубашки, привлекая мой взгляд к своим рукам.
— Оставайся там, где сидишь, — приказал он и пошел прочь.
На краткую секунду туман в моем мозгу рассеялся настолько, что я вспомнила Эйден. Вскочив с дивана, я выпалила:
— Эйден? Где Эйден?
Адам остановился, направляясь к коридору.
— Мы уезжаем в Париж, завтра, Дэн, Эйден и я. Он проведет ночь со своим лучшим другом. Он сделал паузу, его губы растянулись в неожиданной улыбке.
— Подозреваю, что один из его лучших друзей. Он на ночевке, Люси. Ты вся моя.
— Он с Генри? Сыном той британской актрисы?
— Ты знаешь имя его лучшего друга?
— Конечно, я знаю его имя.
— Не удивляйся так, Люси. Не всех волнуют эти вещи.
С этим он ушел.
Что это значит? А как же заниматься любовью?
— А как насчет секса? — Я крикнула ему вслед, так как кроме нас в доме никого не было.
Плюхнувшись обратно, я подтянула ноги, положила голову на подлокотник дивана и пробормотала себе под нос: занятия любовью?
Нерешительно я подняла руку и положила ее на живот. Почему я не чувствовала себя иначе? Разве я не должна был чувствовать себя иначе? Закрыв глаза, я глубоко вздохнула и просто позволила себе быть неподвижной.
Прежде чем я позволил своим мыслям затащить меня туда, куда я не хотела, я услышала шаги Адама. Через секунду кончики его пальцев скользнули по моим губам, и я приоткрыла рот.
Я открыла глаза и увидела, что он стоит надо мной. Он выглядел таким же горячим, когда был вверх ногами.
— Мы это сделаем или? — спросила я, сохраняя нейтральный тон. Мои глаза заметили, что его рубашка больше не заправлена в штаны, и я почти заерзала на диване. Я собиралась заняться сексом с Адамом Коннором. Я не могла показать ему, насколько я была готова избавиться от своих дурацких штанов. — Если нет, то у меня…
— Всегда романтик, — пробормотал он почти самому себе. Когда я увидела что он опустил голову, я закрыла глаза и позволила ему поцеловать меня вниз головой.
Как бы я ни обожала эту сцену в «Человеке-пауке», было странно целоваться вверх ногами. Наши зубы стучали, он прикусил мою нижнюю губу, затем скользнул языком в мой рот, и трахни меня, если то, как он меня целовал, не заставило мои пальцы ног согнуться. Когда он уже собирался отстраниться, я тихо застонала, положила руки ему на щеки и выгнулась в поцелуе.
Еще немного.
Удивительно, но он не остановил поцелуй, а замедлил его. Я догадалась, что мы подходим к части занятий любовью.
— Красиво и легко — вот практически лозунг этого проекта, не так ли? — Я почувствовала его руку на своем животе, и мои глаза открылись.
Должно быть, он почувствовал это, или мое тело дало понять, что я была удивлена, когда его руки оказались на мне, потому что его губы перестали двигаться, и он отстранился, чтобы встретиться со мной взглядом. Затаив дыхание, я ждала, что же он собирается делать.
Его рука скользнула дальше. Заинтригованная, я подняла бровь, прежде чем посмотрела вниз и увидел его большую красивую руку. И это предплечье… оно было прямо передо мной, умоляя, чтобы его погладили.
Дерьмо!
Зачем тебе вообще предплечья, Люси?
Благодаря тому, как я развалилась на его диване, я прекрасно видела его руку. Я схватилась за подушку под собой и смотрела, как кончики его пальцев приподнимают мою рубашку и проходят прямо под мои леггинсы.
 
Это… эта территория была тем, что я знала.
Я поерзала на месте и почувствовала дыхание Адама рядом с моим ухом. Затем его рука обхватила мою киску, и он, даже не колеблясь, ввел в меня два своих толстых пальца.
— Так влажно для меня, Люси, — пробормотал он, его язык высунулся, оставляя влажный след на моей шее.
Я издала тихий стон, выгибая шею. Почти дрожа от возбуждения, я крутила бедрами, умудряясь рисовать этими умелыми пальцами глубже во мне.
— Ты промокла, Люси. Мой член скользнет прямо в тебя.
— Это именно то, чего я хочу, — мечтательно сказала я.
Он вытащил пальцы, и я отпустила подушки, чтобы схватить его за руку. Он застыл надо мной, и я ждала, что он сделает. Конечно, я хотела его член, но на случай, если он не сможет заставить меня кончить, я хотела, чтобы его пальцы сделали эту работу. Он начал меня гладить. Сначала мягко, едва касаясь, его скользкие пальцы скользили по моему клитору и вокруг него. Затем он погрузил пальцы внутрь меня, делая несколько глубоких толчков, когда я практически обнимала его руку, как коала. Затем он вынул их и повторил пытку.
— Ты играешь со мной, — выдохнула я, когда он убрал пальцы. — Мне это не нравится.
Я чувствовала его зубы на своей шее, мочке уха.
— Ой? Я думал, ты хочешь, чтобы я с тобой поиграл. — Еще один вихрь вокруг моего клитора, а затем три пальца вошли в меня.
Я застонала и раздвинула ноги.
— Являются ли пытки частью занятий любовью? Либо заставь меня кончить, либо давай перейдем дальше.
— Ты не можешь устанавливать все правила, Люси. Либо мы делаем это по-моему, либо не делаем вообще.
— И ты говоришь это после того, как заставил меня гореть?
— Твой выбор.
Он был сумасшедшим. Это было единственное объяснение, и именно поэтому он мне не нравился. Однако я хотела его, и мне казалось, что я хотела его больше, чем когда-либо хотела чего-либо в своей жизни. Черт, даже моя киска приготовилась к сексу с Генри Кавиллом.
— Отлично. — Я фыркнула и громко застонала, когда он сильно надавил на мой клитор и заставил мои глаза закатиться.
Его невероятно сексуальная рука? Он все еще был в моих руках, и я гладила его вверх и вниз, пытаясь разозлить так же сильно, как он раздражал меня, проводя пальцами по волосам на его руках, царапая его, когда он подводил меня к краю.
— Пожалуйста, заставь меня кончить, — умоляла я, вне себя от безумия от горячего и тяжелого оргазма, который танцевал прямо на кончиках его пальцев.
Несмотря на все мои возражения, он вытащил из меня пальцы и провел по моему животу, волоча за собой рубашку, пока она не оказалась у меня под грудью. Затем он вырвал руку из моей хватки и подошел ко мне.
Мои глаза следили за каждым его движением, и я изо всех сил старалась не отводить взгляд подальше от области промежности.
Не говоря ни слова, он поднял меня с дивана и снял с меня рубашку. Мое сердце бешено колотилось, я позволила ему снять с меня всю одежду.
Когда я была полностью обнажена, его взгляд скользнул по мне и все мое тело дрожало внутри только от одного только выражения его лица.
— У тебя есть одна минута.
Не дожидаясь очередного предложения, я начала расстегивать его рубашку. Это было именно то, что я хотела сделать, когда шпионила за ним через стену в тот первый раз. Он поднял руки ко мне, и я слой за слоем развернула манжеты. Прежде чем я скинула с него рубашку, наши взгляды встретились, и по моей спине пробежал холодок.
Такой раздражающе красивый. Голодный. Мощный.
Потом я провела руками по его широкой груди и этим сильным плечам.
— Тебе следует больше заниматься. — сказала я, приподняв губы. Ему вообще не нужно было заниматься. Он был совершенен таким, какой он есть, и это чертовски раздражало.