Ненавидеть Адама Коннора (ЛП)

Сонный секс. Я люблю сонный секс. Я могла бы заняться сексом с сонным сексом, я так это люблю.
В частности, я должна сказать, что люблю сонный секс с Адамом Коннором. Просыпаться от его рта на мне, чтобы задыхаться в его руку, когда он пытается заставить меня замолчать, чтобы мои стоны и вздохи не были услышаны идеальным маленьким человеком в конце коридора… чтобы проснуться от волшебного члена, входящего в меня.. Волшебный член Адама, на случай, если вы этого не поняли… Я одобряю такой секс каждый раз.
Так как я так люблю сонный секс, это был идеальный звонок для пробуждения в лучший день в моей жизни. Я проснулась от того, что большая рука сжимала мою грудь, сжимая и оттягивая сосок. Я застонала, и он мягко шикнул на меня. Его губы были на моей шее, целуя, облизывая и кусая.
— Что делаешь? — ошеломленно спросила я, легкая дрожь пробежала по моему телу, когда он мягко укусил мою кожу. Я все еще была где— то между миром снов и реальным.
Его рука прошла весь путь от моей груди до бедра, и он потянул мою ногу вверх и через свое бедро. Я улыбнулась, все еще с закрытыми глазами, и помогла ему, соскользнув назад, пока моя голая задница не уперлась в его очень твердый пресс.
Моя нога закрепилась на его бедре, его рука накрыла мое бедро, и он немного потянул меня вниз.
— Адам, — сонно пробормотала я, чувствуя его твердый член между своими ногами.
Мое тело уже покалывало от возбуждения от того, что эта штука была так близко.
Я покачала бедрами, насколько могла, когда он был позади меня, и повернула голову назад, чтобы получить утренний поцелуй.
В ту минуту, когда мои губы оказались достаточно близко, он медленно взял меня в соблазнительном поцелуе. Я застонала и просто позволила моему телу стать мягким в его руках, когда его тепло проникло глубоко в мои кости. Постепенно все исчезло, и я не чувствовала ничего, кроме любви между нами.
Его губы никогда не отрывались от моих, я чувствовала, как его рука раскрывает меня, и я могла сказать, что он убеждается, что я готова принять его. Затем он медленно вошел в меня, его бедра двигались так чертовски медленно. Когда этого было слишком много, я оторвалась от его поцелуя и задержала дыхание. Последний дюйм, и он был весь в деле. Полностью мой.
Он скользнул своей рукой под мою и обвил пальцами мое плечо, удерживая меня неподвижно для своих ленивых толчков.
— Доброе утро, Люси, — прошептал он, когда я как можно тише выдохнула.
Я была совершенно не готова что— то сказать.
— Хм, — только и смогла выдавить я.
Он вырвался, не оставив во мне ничего, кроме толстой головки, а потом медленно толкнул его обратно, пока я пыталась схватить его бицепс правой рукой.
— А— а— а, — пробормотала я, не находя слов.
— Мне нравится будить тебя вот так, — как— то прошептал он мне на ухо, умудряясь держать свои толчки устойчивыми. — Ты такая мягкая, так готова сделать все, что я говорю, когда ты просыпаешься утром.
Он поцеловал меня в плечо и дал точно рассчитанный по времени жесткий толчок.
Иисус!
— Когда я не хотела лечь с тобой в постель?
— Никогда, но в тебе есть что— то другое, когда я беру тебя первым делом с утра. Думаю, тебе это тоже нравится.
Мне нравилось все с ним, и точка, но да, мне нравилось смотреть, как он это делает всю работу, пока он держал меня на руках и позволял мне смотреть на него сонными глазами. Иногда по утрам я просыпалась раньше него, и если и когда это случалось, я всегда следила за тем, чтобы его утро начиналось хорошо… очень хорошее и расслабляющее начало.
— Я люблю твой член, и точка, — призналась я. — Неважно, который сейчас час, я хочу его во мне в любое время дня.
Мне удалось раздвинуть ноги шире, и я начала вращать бедрами вниз, призывая его двигаться быстрее.
— Всегда такая жадная и нетерпеливая, — пробормотал он, прежде чем всосать мочку моего уха в рот. — Я люблю тебя, Люси.
С его словами я сжалась вокруг него и улыбнулась сквозь его стон.
— Я люблю тебя, Адам. — Не было ни минуты колебания больше. — Мне особенно нравится, когда я могу кончить на тебя первым делом с утра.
 
— Хочешь кончить на мой член? Прошлой ночи было недостаточно?
— Прошлой ночью это было всего два раза. Ты устал — Я повернулась к нему лицом. — Это твоя вина, — прошептала я, глаза мои наконец поймал его. — Я не чувствую удовлетворения, пока ты не заставишь меня кончить три раза подряд. Такое ощущение, что чего— то не хватает.
— Хммм, значит, теперь я должен заставить тебя кончить три раза?
Я улыбнулась ему, и тихий стон вырвался из моих уст, когда он изменил угол наклона и попал в мою любимую точку. Он знал все мои углы, теперь все мои углы.
— Ш— ш— ш, — успокоил он меня, продолжая вводить в меня свой член, подталкивая меня к чему— то, к чему я была не совсем готова. — Ты же не хочешь, чтобы Эйден услышал тебя и пришел тебе на помощь, не так ли?
Я покачала головой и схватила его за предплечье, до чего могла дотянуться.
Эти ленивые поглаживания давно ушли в прошлое. теперь у него была миссия заставить меня кончить, и он точно знал, как это сделать. Я любила Эйдена всем сердцем, но его приход, чтобы спасти меня от отца, был последним, чего я хотела. Я хотела, чтобы его отец разорил меня, хотя на самом деле он уже это сделал.
Он привел меня именно туда, куда хотел. О, это было все. Я схватила его руку и потянула ее ко рту, когда я кончила вокруг него, и он не переставал работать со мной, пока моя нога не начала трястись, и ему пришлось потянуть ее вниз, чтобы она оставалась неподвижной. Даже после этого он мягко толкнул меня на живот и расположил ноги по обе стороны от моих бедер.
Новый угол, более плотное прилегание, все еще медленные, но более глубокие толчки. В то утро он отдал мне все свое, и я все забрала.
— Ты сводишь меня с ума, Люси, — пробормотал он мне на ухо в какой— то момент, пока я пыталась не потерять сознание от всех ощущений. — Ты делаешь меня счастливым.
Если вы думаете, что эти слова не задели самый глубокий, самый темный уголок моего сердца, подумайте еще раз.
В то утро он доставил мне четыре оргазма, а я ему два, потому что да, я тоже была хороша.
***
— Доброе утро.
— А— а— а— а, неееет.
— Доброе утро, Эйден.
— Нет. Еще немного, Люси.
— Но ты должен проснуться.
— Почему? Почему? Я очень хочу спать, Люси. Я не чувствую, что должен просыпаться пока что.
— Но я действительно хочу блинчиков, Эйден. Я просила твоего отца, но он мне не поможет. Я думала, что ты это сделаешь, но…
Он повернулся и открыл те глаза, которые выглядели точно так же, как и у его отца.
— Он не поможет?
Я покачала головой и попыталась выглядеть очень грустно.
— Ты правда хочешь блинов? Типа очень— очень их хочешь?
Я кивнула.
— Боюсь, что так. Я очень— очень хочу блинчиков с кленовым сиропом. Много кленового сиропа.
Эйден страдальчески вздохнул и хлопнул по кровати маленькой ручкой. Всего месяц назад ему исполнилось шесть, но в моих глазах он был еще таким маленьким. Неприятно было видеть Аделину на вечеринке по случаю его дня рождения, но она была мамой Эйдена — по крайней мере, насколько он знал. Видя эту большую, большую улыбку на его лице, когда он видел своих друзей, все воздушные шары и игрушки, и огромный, красочный прыгающий дом на заднем дворе… его радость стоила того, чтобы быть в одной комнате с ней.
Справедливости ради, после того, как Адам сделал ее заявление, в основном извиняясь передо мной, она не сделала ничего, что могло бы меня сильно разозлить.
Поскольку Адам купил секс— видео, которое мне было любопытно посмотреть, но я знала, что он его уже уничтожил, она не была такой стервозной. Она даже подписала бумаги, которые давали Адаму единоличную опеку.
О, Эйден по— прежнему проводил с ней время, по— прежнему проводил у нее несколько ночей, но он всегда был счастливее, когда его отец был рядом. Прямо как я.