Тело, душа и магия (СИ)

– Нам важно знать, кому давать благословение, – строго оборвал её Тихобор.
И снова выпил. Джант же вздохнул.
Говорить об этом лишний раз… Ничего, кроме боли, это пока не принесло. Но ведь они имели право знать правду.
– Я сын нимфы огня и лесничего, – коротко отозвался он. – Моя мать умерла, а отец продал меня в Черепаховую Академию. Так и живу.
Безопасно ли было рассказывать ещё что-либо? Да и происхождение разве не говорит само за себя?
– Так… быстро, – удивилась Верба. – Ты точно ничего больше не хочешь сказать?
– Это… не очень важно, – постарался улыбнуться Джант. – Я тогда был ещё совсем маленьким. Я мало что помню с тех времён.
Но шрамы от отцовского ремня и ожоги не уставали ему напоминать.
– Мы знаем тебя по хорошим поступкам. Значит, твои родители были хорошими пуринами, – тепло улыбнулась Верба.
Если бы… Интересно, откуда тогда в Джанте эта доброта?
– Ива рассказывала только хорошее, – натужно произнёс Тихобор. – Мы не знаем ничего, кроме того, что она писала… – Он подозрительно нахмурился. Вдруг Джант ощутил толчок. Похоже, это Верба толкнула мужа локтём в бок. – Но мы доверяем нашей дочери.
Они взглянули на Ив. Та лишь скромно потупилась, будто не она писала им все эти три года.
А Джант тем временем взглянул им в глаза. Этот знакомый блеск… Так вот, откуда он в глазах Ив.
Понимая, Джант встал и набрал в лёгкие воздуха.
– Надеюсь, сейчас подходящий момент, чтобы спросить… – Он выдохнул. – Могу ли я получить благословение на то, чтобы взять вашу дочь в жёны? Я люблю её всем сердцем, но только вам решать, достоин ли я её любви.
Джант едва мог унять бушующее пламя в душе. Ив – самое дорогое, что у него есть.
И не у него одного. Её мать и отец переглянулись. Такое тепло… Джант редко видел такие тёплые взоры. И точно не в глазах своих родителей.
– Ты неправ, – вдруг сказала Верба. – Мы не можем решить, достоин ли ты. Может решить только Ива.
Джант оглянулся. Ив сама удивилась, навострила уши.
– Мы всегда давали Иве выбор, – пояснила её мать. – И мы ей доверяем до сих пор. Несмотря на все ошибки, которые она совершила, это – её жизнь. Её опыт. Мы можем только посоветовать и поддержать.
– Если Ива выбрала тебя, мы её поддерживаем. Как всегда поддерживали, – улыбнулся Тихобор.
Джант застыл. Это было так просто и одновременно так правильно. Сколько бы Ив ни расшибалась, она всегда вставала. Потому что её родители заложили в неё право выбора. Выбора быть счастливой.
– Я благодарю вас… от всего сердца, – произнёс Джант, садясь на место. – Я позабочусь об Ив, клянусь жизнью.
– Это нам стоит тебя благодарить, – улыбнулась Верба, взяв мужа за руку. – За то, что пришёл и не испугался. За то, что нам доверился. И за то, что позаботишься о нашем солнышке.
Оказавшись на скамье, он почувствовал ногой прикосновение. На него с улыбкой смотрела Ив.
– Мам, пап… Если хотите… Вам не придётся оставлять всю заботу на Джанта.
Удивлённый, Джант сдвинул брови. Родители недоумевали не меньше него.
– Мам, пап… Мы с Джантом отправляемся на другую планету. – От её слов Джант опешил. – Мы ищем новый дом. Для всех нас. И… я хочу, чтобы вы переехали в Черепаховую Академию вместе с нами. И поехали на следующем корабле за нами.
Тишина. Джант ошеломлённо открыл рот. Как она… Ведь не она занимается отбором. Она, конечно, может предложить кандидатуры родителей…
Но не похоже, что это понадобится.
– Ива… Что ты такое говоришь? – спросила Верба, взяв дочь за плечи.
– Я предлагаю вам переехать с нами! – воодушевилась Ив. – В Черепаховой Академии вы будете в безопасности, вдали от войны!..
– Ива… Ты хоть понимаешь, что ты предлагаешь? – вдруг осунулся её отец.
– Что?.. – только и вымолвила Ив.
– Ива, мы служим великому князю. Мы поклялись ему в верности. Ты предлагаешь предать его, предать Родину, потому что ты так захотела?
На висках Тихобора вздулись вены. Джант замер, не зная, что ему делать, что сказать, как предупредить катастрофу.
– Это не я так захотела! Мама, папа, неужели вы не понимаете? Это не ваша война!..
 
– А чья ещё, Ива? – с напором спросила Верба. – Берское Царство – наша Родина. Мы обязаны её защищать до последней капли крови.
– Кому обязаны?! – язвительно процедила Ив. О, Эллиада… – Царю? Да он вас за зверолюдей не считает, вы для него – лишь игрушки!
– Ива, это не важно! – воскликнула её мать. – Мы защищаем не великого князя. Мы защищаем нашу Родину от захватчиков!
– Каких захватчиков? Это безумие! – Ив вскочила с места. Верба встала следом. – Вся эта война – лишь игра властолюбцев с чужими жизнями! Вашими жизнями!..
– Это не отменяет того, что войска стоят у наших границ, и кто-то должен эти границы защищать, – спорила мать. – Ива, послушай…
– Вы не понимаете…
– Это ты не понимаешь! – Вдруг Тихобор ударил кулаком по столу. – Пока вы в Черепаховой Академии прохлаждались, беры умирали! Умирали на настоящей войне, здесь, под Грань-рекой! Наши друзья, наши соседи, все…
– Мы пытаемся найти выход!.. – отчаянно воскликнула Ив.
– Всех не спасти, – выдохнула Верба. – Ты это прекрасно знаешь.
Ив застыла. Она сглатывала. Джант почти чувствовал влагу её слёз.
– Поэтому я предлагаю вам спастись… Пожалуйста, – заскулила Ив.
– Спастись и предать? Никогда, – отрезала Верба. В её глазах тоже стояли слёзы, но она была тверда, как скала. – Ива, если твой выбор бежать – так тому и быть. А мы с отцом будем защищать наш дом до последнего. Уважай и наш выбор тоже.
Стоило последнему слову раствориться в воздухе, как растворилась в воздухе Ив. Она в одну секунду оказалась у дверей, захлопывая их за собой. Джант вскочил с места, глядя то на выход, то на родителей Ив.
– Прости, что так вышло, – печально улыбнулась Верба, вытирая слёзы. – Но…
– Я приведу её. А пока… успокойтесь, пожалуйста.
Выйдя из избы, Джант увидел, как Ив стояла совсем рядом с крыльцом. В дожде. Подпитываясь родной водой.
А его влага неумолимо тушила. Тем не менее Ив ждала его. Как он мог отвернуться?
Джант медленно, осторожно вышел. Капли больно ударялись о затылок. Ив не обернулась, но навострила уши в сторону скрипящих половиц. Джант осторожно подступился сзади и нежно заключил её в объятия.
Он слышал её тяжёлое дыхание. Чувствовал запястьями биение сердца.
Она развернулась. Во взгляде он видел только слёзы. И сам закусил губу.
– Джант…
– Ив… Что случилось? Почему ты убежала от меня?
– Я… не от тебя… ото всех, – устало выдохнула она.
– Ив… Я – не все. Я помогу и пойму. Всегда. А теперь – расслабься и объяснись.
На миг она замерла. Посмотрела в его глаза. И вдруг, громко всхлипнув, обернулась к нему и уткнулась в рубашку.
– Джант… Я предательница.
Он понятия не имел, что отвечать. Кроме Черепаховой Академии, у него никогда не было Родины. Не было родни.
– Ив, ты вовсе не предательница. Ты никому не давала клятв и…
– Я… Я бы никогда не участвовала в войне, – сквозь дрожь протараторила она. – Я ведь трусиха… Я хочу жить.
Не трусиха, Ив. Ведь никто не хочет умирать.
– То, что я сделала, хуже… Я предала родителей. Я их оставила. Совсем одних. Стареющих. И их всё равно призвали, вместо меня…
Отправлять на войну тех, кому и так вскоре предстояло умереть, было низостью. Но великий князь не знал пощады.
В политике Джант почти не разбирался. Единственное, что он знал наверняка: он обязан успокоить Ив во что бы то ни стало.
– Ив, ты никого не предала. Ты сделала свой выбор, – произнёс он, утыкаясь в её затылок носом. От её ушей пахло сыростью дождя.
– Этот выбор… Это просто ошибка. Я не достойна таких понимающих родителей.
Снова громко всхлипнула. Джант чувствовал, что и сам едва держится. Сердце выгорало.
– Прошу, не плачь… Всё хорошо… Они тебя всё ещё любят, я уверен…
Он говорил всё, что вспоминал. Он слишком устал. Даже думать не мог. Её слёзы убивали.