Вне подозрений

На первой фотографии его засняли в роли короля Генриха в спектакле по шекспировскому «Генриху V». Он стоял в полном облачении и держал шлем с красным плюмажем, закрывавшим часть его лица. Ноги были широко расставлены, подбородок уверенно выдвинут, а завораживающие, «месмерические» глаза на юношеском лице словно преследовали вас и навсегда врезались в память. На другой фотографии он позировал в большом парике, с черными усами и, судя по костюму, играл короля Карла V. Его окружали мальчики-актеры в женских одеждах.
На последней фотографии — групповом снимке школьного общества театра — его сняли рядом с мальчиком в костюме шута. Даффи стоял с черепом в руке, давая понять, что ему доверили роль Гамлета. К счастью, на этом снимке он предстал в натуральном виде — без парика или грима.
Фотографии увеличили в лаборатории. Изображения его одноклассников, спортсменов и актеров-любителей, стерли, а два снимка, где была видна лишь часть его профиля, уничтожили.
После знакомства с фотографиями и разговоров с учителями у полицейских появилась возможность связаться с двумя его бывшими школьными приятелями, однако ни тот, ни другой не встречались с ним уже двадцать лет, то есть со времени окончания школы. А один из них сначала даже не мог его вспомнить. Третий школьный друг теперь жил в Австралии, хотя детективам не составило бы труда дозвониться и до него и вызвать на допрос. Остальные ученики, значившиеся в старом школьном журнале из архива нынешнего классного руководителя, либо умерли, либо давно переехали, поскольку их не нашли по прежним адресам.
На следующее утро фотографии были готовы, и копы прикрепили к доске снимок «Гамлета», окинув взглядами мускулистую и ладную мальчишескую фигуру, светлые волосы, резко очерченные скулы и тонкие губы. Необыкновенные глаза придавали лицу Даффи почти женскую миловидность.
Эксперту предстояло «состарить» эту фотографию на двадцать лет и создать портрет теперешнего Энтони Даффи, которому было ближе к сорока. Комната наполнялась веселым гулом, и Джин под шумок подошла к столу Анны.
— Можно мне поделиться с вами одним секретом? — прошептала она.
— Конечно, — улыбнулась Анна.
— Я просто не хочу, чтобы меня подняли на смех. Да и сама еще сомневаюсь. Возможно, я ошиблась. Вы поняли, о чем я?
— Продолжайте. Нет, не поняла. Так о чем же?
— Об Энтони Даффи.
— Я вас слушаю.
— Повторяю: может быть, я обозналась. И залаяла сдуру не на то дерево. Но эти его глаза. Они ведь необычные, правда?
— Да. — Анна ждала, что ей скажет Джин.
— Мне кажется, я его узнала. Но никто, кроме меня, не догадался, так что либо я не права, либо они не сидят столько времени у телевизора. Да и сериал этот шел довольно давно. А я была его фанаткой и не пропустила ни одной серии. Прилипала к экрану каждое воскресенье, в половине десятого вечера. Он играл там детектива. Сериал назывался «Грешный город». Так вот, Даффи похож на этого актера — один к одному. Больше он в телепроектах не участвовал и в основном снимался в кино. Нет, я все же уверена.
— Назовите его имя. — Анна вооружилась своей записной книжкой.
— Алан Дэниэлс. У них даже инициалы совпадают.
— Спасибо, Джин. — Анна поднялась со стула. — Позвольте мне передать это шефу. Интересно, как он отреагирует?
Она вошла в кабинет и застала Лангтона в его любимой позе — откинувшегося на спинку стула.
— Алан Дэниэлс? Никогда о нем не слышал. А вы?
— И я тоже. Но Джин без ума от сериалов. Она настоящая фанатка. А он стал звездой в детективном телепроекте «Грешный город».
— Что он сейчас делает?
— Очевидно, он много снимается в кино и хорошо известен.
— И она нас не разыгрывает?
— Нет, она долго не решалась о нем упомянуть. Сомневалась, нервничала и наконец призналась мне.
— «Грешный город»? Могу поручиться, тут она влипла. Ладно, Трэвис, мы все перевернем вверх дном. Побываем на студии «Иквити», просмотрим фотографии. У них там собраны фото всех, кто когда-либо снимался. А потом вы зайдете домой к Джин. Подозреваю, что она успела его «защелкать» и до сих пор любуется им.
 
С утра Анна отправилась в офис студии «Иквити» и просидела там не один час, перелистывая страницы толстого справочника «Прожектор», в котором был зарегистрирован каждый актер. Алану Дэниэлсу уделили в нем полстраницы. Его возраст не указывался, но на фотографиях он выглядел примерно лет на тридцать пять. Его агентство называлось «А.И.» — «Артисты Интернешнл» — и являлось крупнейшей менеджерской компанией в Англии. Анна обратила внимание на подробности. Внешность Дэниэлса описывалась так: «Рост шесть футов один дюйм, голубые глаза». Покинув здание студии, она тут же позвонила в отделение, с трудом сдерживая нервную дрожь.
— Это Трэвис. Мне нужно срочно поговорить с шефом.
Она немного подождала.
— Это он, — негромко сообщила Анна.
— Что? Вы уверены?
— Это его глаза. И я абсолютно уверена. Что мне, по-вашему, нужно делать? Чего вы хотите?
— Никому не рассказывайте. Возвращайтесь поскорее, и мы решим, как дальше себя вести.
— О’кей.
— Анна, послушайте меня. Если он гребаная телезвезда, нам нужно действовать крайне осторожно. И в особенности избегать любых контактов со СМИ.
Анна повесила трубку и глубоко вздохнула, тщетно пытаясь успокоиться.
А в ситуационной Джин чуть было не стало плохо с сердцем. Лангтон взял ее лицо ладонями и с чувством поцеловал в губы.
— Значит, я была права?
Лангтон приложил свой палец к ее губам.
— Тс-с. Никому ни слова. Вы меня поняли, Джин?
Она торжественно кивнула. Когда Лангтон отправился к себе в кабинет, Джин поглядела сперва на фотографии жертв, а затем долго не отводила глаз от мальчишеского смеющегося лица Энтони Даффи.
  
ГЛАВА VII
 
Анна стояла в маленьком кабинете, плечом к плечу с детективами Льюисом и Баролли, а поднявшийся из-за стола Лангтон смотрел на них в упор. Сегодня он показался ей очень элегантным и подтянутым — ему были к лицу серый строгий костюм, накрахмаленная белая сорочка и синий галстук. «И наконец-то он гладко побрился», — подумала Анна, заметив отсутствие привычной тени на подбородке.
Она прислушалась, когда Лангтон отрывисто произнес:
— Мы приведем его сюда сегодня днем. Все согласны, что обращаться с ним нужно будет мягко и осторожно. Начальница хочет, чтобы Дэниэлса допросили тайком, без какой-либо публичной огласки. И только если дальнейшие свидетельства подтвердятся, мы сможем его арестовать. Запомните: на первых порах он просто помогает нашему расследованию.
Лангтон улыбнулся.
— Я не желаю, чтобы вы говорили об этом вашим женам или подружкам и… хм… в вашем случае, Трэвис, приятелю, вы меня поняли? Когда журналисты налетают, как стервятники, на эти дела со знаменитостями, нам всегда труднее работать, а часто даже невозможно. Пока что в шести первых случаях у нас одни косвенные улики, но с Мелиссой дело обстоит немного лучше. И если большинство преступлений совершил Алан Дэниэлс, то их-то нам и нужно раскрыть — все семь убийств.
Анна ощутила воцарившуюся в комнате напряженную атмосферу. На столе Лангтона громоздилось пятнадцать или более видеокассет — фильмы и телесериалы с участием Алана Дэниэлса. Она также обратила внимание на разложенные рядом кино- и тележурналы.
Лангтон указал на видеокассеты.
— Я уже просмотрел большую часть и рассчитываю, что вы займетесь тем же самым. Включите видеомагнитофон в комнате брифингов. Но не увлекайтесь разными фильмами: дело не в них, а в Дэниэлсе, просто отметьте, кого он играет, и поставьте следующую кассету. Запомните: нам нужен он, а не фильмы от начала до конца. Не упускайте из виду, что он — актер. Надеюсь, вы понимаете, с кем нам придется иметь дело. О нем есть кое-какие статейки в «Хелло» и в «О’кей». Советую вам их проверить. Догадались почему? Там описано, как он живет. Вот, например: «У него огромная, дорогая квартира на Куиннз Гейт в Кенсингтоне. И он обитает в ней один. Вход только через парадную дверь, и никакого черного хода в доме нет. Нижний этаж занимают четыре студента из Королевского колледжа искусств. А две женщины из Виктории и музея Альберт проживают на верхнем этаже, над его апартаментами. Однако в настоящее время, кроме него, в доме никого нет».