Уроки развращения (ЛП)

Нам просто нужно было пережить следующие два месяца, и мы могли бы быть вместе по-настоящему. Я не позволяла себе слишком много думать о том, что это значит, учитывая, что почти все в Энтрансе думали, что я встречаюсь с Зевсом, а его сын — всего лишь мой студент. Как они отреагируют, когда узнают, что я на самом деле встречаюсь с Кингом, я не могла знать, и, честно говоря, мне уже было все равно. Менталитет байкеров, очевидно, был заразен.
Я размышляла обо всем этом, пока мой класс младших школьников на четвертом уроке проходил контрольную работу, когда в коридоре поднялась суматоха. Сразу же вспомнилось, как две недели назад я нашла Бенни, корчившегося на полу. Эта картина все еще преследовала меня в минуты безделья, и я представляла, что так будет еще долгое время.
Луиза ворвалась в дверь, ее огромные голубые глаза расширились от ужаса.
— Там драка!
Тут же в классе начался хаос: все повскакивали со своих мест, заблокировав дверь, и помчались в коридор.
Я последовала за ними.
Карсон Джентри лежал на полу, а другой футболист, Том Артон, бил его по лицу двумя огромными кулаками.
— Ебаный пидор, — рычал он.
Ярость взорвалась во мне, но прежде чем я успела двинуться вперед сквозь толпу, Кинг оказался позади Тома, оттаскивая его от Карсона так же легко, как кто-то снимает ворс с пиджака. Затем он оказался на нем, прижав Тома к шкафчикам и схватив его за горло.
— Какого хрена? — прохрипел он, пытаясь оттолкнуть Кинга.
Кинг наклонил свое тело в недосягаемости и сжал сильнее, так что голос Тома прервался на хрип.
— Какого хрена? Вот о чем я тебя спрашиваю, ублюдок. Если тебе не нравится, что мужчине нравится другой мужчина, держи это в своей фанатичной голове и держи свой невежественный рот на замке. Не можешь этого сделать, в наше время, блять, ты найдешь его закрытым для себя.
Я не могла понять, что я вижу. Казалось невозможным, что Кинг защищает того же самого парня, которого всего несколько месяцев назад он отшвырнул к стене примерно так же, как сейчас отшвырнул Тома.
— Ты думаешь, у него дома не так уж и плохо? Что он, блять, не страдает от этого после того, что случилось с Бенни? Ты гребаная грязь, мужик. — прорычал Кинг.
— Ладно, разнимайте, — приказал Уоррен, вступая в драку, Гарри Рейнард, как никто другой, за ним.
— Отпусти ребенка, Кинг, пока нам не пришлось отстранить тебя за геройство и полностью испортить момент. — приказал Гарри своим мягким британским голосом.
Вся эта ситуация была до странности забавной.
Кто-то схватил меня за руку, и я обернулась, чтобы увидеть Бенни. В тот день он только вернулся в школу, но я навестила его на каникулах и узнала, что Карсон начал попытки по его возвращению. По всей школе ходили слухи, что Карсон, абсолютный красавчик и дамский угодник, был геем и влюблен в Бенито Бонанно. Большинство людей считали это восхитительной сплетней и довольно милым, хотя и немного ужасным фактом, что Карсон чуть не убил Бенни.
Были и те, кто считал, что Карсон внезапно стал больным.
Том Артон, один из его лучших друзей, явно относился к их числу.
Бенни смотрел на меня грустными глазами, и я сжала его руку в знак поддержки.
Кинг отпустил Тома, чтобы повернуться к двум мужчинам-учителям и объясниться. Это было ошибкой. Том размахнулся так быстро, что никто не успел выкрикнуть предупреждение. Он ударил Кинга прямо под левую часть челюсти и отбросил его назад.
Моя ладонь судорожно вцепилась в ладонь Бенни, когда я боролась с желанием броситься вперед и свернуть шею этому маленькому придурку.
— Ты бы защищал этого членососа. Наверное, чувствовал бы вину за то, что именно ты продал ему наркотики в первую очередь. Все знают, что ты и твой папаша-головорез толкаете плохое дерьмо. — прорычал Том.
Гарри стоял позади Кинга, крепко взяв его руки за спину, прежде чем он смог напасть, а Уоррен взял Тома в почти такой же позе.
— Хватит, Том, — прошипел Уоррен.
— Ты разрушаешь жизни людей этим дерьмом. — кричал Том. — Ты думаешь, что ты какой-то герой, но все вокруг знают, что ты и твоя гребаная семья — отбросы.
 
— Хватит! — крикнула я, отступая от Бенни и вступая в драку.
Я подошла к Тому и с усмешкой сказала:
— Только трусы прибегают к обзывательствам и насилию без провокации. Ты так хочешь перевести стрелки на всех остальных, может, нам стоит присмотреться к тому, что ты скрываешь, Том?
Мальчик побелел как лист.
Я отрывисто кивнула.
— Так я и думала. А теперь молчи и следуй за мистером Уорреном и мистером Рейнардом в кабинет.
— Приведи Кинга, — сказал Уоррен Гарри через плечо, когда начал сопровождать Тома в кабинет.
Гарри колебался.
— Он не сделал ничего плохого, Уоррен. Он защищал мальчика.
— Он был подстрекателем. Его тоже нужно наказать.
— Нет. — Бенни шагнул вперед, в одну линию со мной. Его полная нижняя губа задрожала, но он вздернул подбородок и сказал: — Кинг был одним из тех, кто нашел меня. Он спас меня. А теперь он спас Карсона от отвратительного хулигана. Если тебе не нравится, что он байкер или что-то еще, это не значит, что ты можешь наказывать его, когда он просто ведет себя как порядочный человек.
Внутри я громко захлопала.
Внешне я закусила губу и наблюдала.
Студенты начали роптать, выражая свое согласие, пока кто-то не начал скандировать: — Кинг, Кинг, Кинг. — Вскоре зал вибрировал от этого призыва, и когда они не остановились, даже когда Уоррен приказал им это сделать, он насмешливо хмыкнул и ушел, а Том потащился за ним.
Группа разразилась аплодисментами, и я вовремя поймала взгляд Кинга, чтобы увидеть, как он с благоговением смотрит на своих сторонников, словно удивляясь, что кто-то может быть на его стороне.
У меня защемило сердце при виде этого, но я решила тогда и там всегда быть рядом с ним, даже и особенно когда это шло вразрез с общепринятым мнением.
Правда заключалась в том, что он был молод, слишком дик и безрассуден, до краев наполнен сексом и энергией. Его глаза обещали сжечь меня заживо, испепелить мои запреты, превратить мою мораль в пепел, а душу — в золу. Он держал факел, угрозу всему, за что я когда-либо выступала, и у него хватило смелости подойти ко мне ближе. Но почему-то я повиновалась, с готовностью положив себя на костер у его ног с распростертыми объятиями. Потому что если мне суждено сгореть, то я хочу быть уверена, что мы сделаем это вместе.
— Блять, ты знаешь, как заставить мужчину почувствовать себя богом, — прорычал Кинг, когда я вобрала его в горло.
Его руки сгибались в моих волосах, когда он медленно, но уверенно тянул меня вперед и назад на своем члене, так что каждый толчок был путешествием, на которое я покупала билеты, чтобы прокатиться снова и снова.
Он вышел из моего рта, и я тут же открыла его для него, мои губы были мокрыми и распухшими от почтения к нему.
— Ты так хорошо сосешь мой член, детка, — похвалил он меня, проводя большим пальцем по моей пухлой нижней губе.
Я втянула его в рот и сосала, пока он не хрюкнул и не отстранился, чтобы заменить его твердым толчком своего члена.
Боже, я не могла насытиться его вкусом, соленым и чистым, ощущением его шелковистой кожи на стальной плоти, испещренной толстыми венами, которые так и просились на мой язык. Я застонала, обхватила руками его бедра, чтобы ухватиться за его упругую задницу, и толкнула себя дальше по его длине.
— Блять! — крикнул он, ударив рукой по кафельной стене.
Мы были в ванной комнате «У Юджина». Я привела его в ванную с удобным доступом, когда поняла, что Кинг все еще напряжен и взвинчен после столкновения в школе. Я вспомнила слова Скелла о минете и решила, что сейчас самое время проверить это на практике.
Похоже, это сработало.
Я провела языком по нижней стороне его ствола, провела им по чувствительной головке и хмыкнула, почувствовав вкус его спермы.