Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)
— Гарр что-то задумал и не хочет объяснить, что именно. Он очень возбужден и постоянно твердит об устройстве во Внешних Мирах собственного королевства. Он велел нам прекратить все рейды и ждать. — Хокси вздохнул. — Ребята уже устали от безделья.
Это мало что сказало Мейсону и ничуть не приблизило к цели. Он сделал еще одну попытку.
— В мое отсутствие появился кто-то новенький?
Хокси пожал плечами:
— Обычные люди, которым стало неуютно дома, и они решили сбежать во Внешние Миры. Но ничего интересного. Кроме разве что одного парня с Лиры, по имени Чейн Фейрли. Он привез с собой подружку — настоящую красотку. Все наши парни заглядываются на нее, а Файаман особенно.
Мейсон решил, что этот человек вряд ли мог быть сбежавшим с Ориона ученым.
— Когда объявился этот Фейрли?
— Да пару недель назад, — буркнул Хокси.
Дата не совпадала, так что это точно не Рилл Эмрис. Но он мог оказаться агентом с Ориона, тем самым В’ранном, которого послали за ученым. Но ни один агент не стал бы обременять себя женщиной. И все же будет лучше, если Мейсон внимательней присмотрится к этому Фейрли.
Впереди замерцали огни Куруна, и вскоре автомобиль уже ехал по мощеным улицам города.
Мейсону довелось побывать во многих необычных городах отдаленных звездных миров, но ничего похожего он прежде не встречал. Город не впечатлял своей архитектурой: вдоль разбегающихся в разные стороны улиц толпились одноэтажные здания из черного камня, ярко освещенная центральная магистраль была украшена по обочинам все теми же полипами. Здешние питейные заведения и магазины обслуживали самую разношерстную публику, какую Мейсон видел в своей жизни.
Люди и гуманоиды с сотен планет Галактики, мужчины и женщины и похожие на мужчин и женщин. Волосатые, чешуйчатые и пернатые, с клювом вместо носа и вовсе безносые, с жуткими, но почти человеческими лицами. Маленькие и примитивные аборигены Куруна, громадные, покрытые белым мехом гуманоиды с холодных планет, задыхающиеся в ночной духоте, гордые представители древней расы Ригеля, с тигриной походкой и гребнем на голове, гибкие, словно змеи, обитатели миров за Полярной звездой, не имеющие ничего общего с сыновьями Адама. Всех их объединяли две вещи: каждый из них ходил на двух ногах и влип в какие-то неприятности у себя дома.
Множество глаз — человеческих и кошачьих, черных, совсем без зрачков, и блеклых, словно слепых, — уставилось на Мейсона, когда он вслед за Хокси вылезал из машины. Его узнали, и по толпе пробежал шепот: «Бронд Холл».
— Идем! — Хокси явно предвкушал удовольствие. — Ты прибыл в удачное время. Сегодня вечером собираются все капитаны.
— Зачем? — резко спросил Мейсон.
— Я же тебе рассказывал, что ребята устали ждать, когда Гарр раскроет карты. Вот зачем.
Они протиснулись сквозь разношерстную толпу, и Хокси повел Мейсона к самому большому, судя по всему, питейному заведению Куруна. Однако изнутри не доносились смех и музыка — только громкие сердитые голоса. Следом за Хокси Мейсон вошел.
В просторном зале с каменным полом и стенами было темновато, свет криптоновых ламп не мог развеять мрак в углах помещения. Люди и гуманоиды, как сидевшие за сдвинутыми в круг столами, так и стоявшие у стен, слушали речь разгневанного оратора.
Этим оратором был Гарр Аттен. Мейсона умилило то, что этот человек собирается объявить о создании нового королевства, хотя тронным залом ему служит простая таверна в мире стоявших вне закона преступников.
— Будь я проклят, если отступлюсь от своего, а вы можете убираться к дьяволу, если вам так этого хочется! — ревел Гарр Аттен.
Это был высокий, уже далеко не молодой гидрианец, с помятым бронзовокожим лицом и песочного цвета глазами, в которых пылала львиная ярость. Он стоял, сжав огромные кулаки и грозно оглядывая толпу слушателей.
— Объясняю еще раз: я задумал серьезное дело, а доверяете вы мне или нет — это уже ваши трудности! — продолжал бушевать он.
— Гарр, мы доверяем тебе, — ответил за всю угрюмо молчавшую толпу красивый бледный мужчина с сонными черными глазами. — Но нам хотелось бы знать подробности.
Мейсон быстро взглянул на говорящего, хорошо известного ему по воспоминаниям Бронда Холла. Этого человека из королевства Дракона звали Файаман, и за ним был нужен глаз да глаз.
— Ага, твой старый друг тоже здесь, — хихикнул Хокси и добавил: — А рядом с ним тот новичок, Чейн Фейрли. Скажи честно, разве его подружка не та еще штучка? Ее зовут Луа.
Мейсон с любопытством рассмотрел внушительную фигуру лирианца, его голубоватую кожу, иссиня-черные волосы и квадратное лицо. За спиной у него стояла молодая женщина, прекрасная, какими могут быть только голубокожие лирианки. Она с беспокойством и даже испугом прислушивалась к шумному спору.
Следующим заговорил крупный большеглазый гуманоид с Бетельгейзе, покрытый эффектным ярко-желтым мехом. Он сверлил Гарра Аттена взглядом, однако слова его были спокойны и безобидны:
— Теперь, Гарр, когда ты объяснил, что задумал создать во Внешних Мирах свободное королевство, мы готовы сказать, что пойдем за тобой.
— Мы просто устали от безделья, — заявил высокий гуманоид с Ригеля, расправив гребень из перьев.
Гарр Аттен не желал успокаиваться.
— А что вам хотелось бы — снова нападать на Лиру и Кассиопею? — взревел он. — Добиться того, чтобы полдюжины звездных королей наконец объединили свои силы и стерли нас в порошок? Попробуйте, и кончите так же, как…
Мейсон вышел из-за спин слушателей. Гарр заметил движение в зале, повернул голову и уставился на Мейсона, открыв рот от удивления.
— Как Бронд Холл? — с любезным видом поинтересовался Мейсон. — Ты ведь это хотел сказать, Гарр? Твой пример успел прокиснуть. Фальшивая монета всегда возвращается, вот и я тоже вернулся.
За спиной у него загудели, послышались удивленные возгласы, но Мейсон не удостоил их вниманием. Он должен точно изображать Бронда Холла даже в мелочах, если не хочет, чтобы его разоблачили. Держать себя иначе с грубыми и жестокими капитанами Внешних Миров было бы опасно.
Внезапно побледневший Файаман впился взглядом в Мейсона и с приглушенными проклятьями вскочил на ноги. Его рука потянулась к спрятанному под рубашкой оружию.
Мейсон ожидал чего-то подобного.
— Давай, Файаман, — спокойно произнес он, сжимая рукоятку своего пистолета. — Я уверен, что это ты навел на меня кассиопейцев. Давно собирался пристрелить тебя, и сейчас самый удобный случай.
На миг все застыли в молчании, затем Гарр Аттен с поднятым пистолетом шагнул вперед.
— Если вы откроете стрельбу, я сам убью того, кто останется в живых! — яростно проревел он и добавил, мрачно глядя на Мейсона: — У тебя есть доказательства, что это сделал именно Файаман?
— Никто не желает мне смерти сильнее, чем он, — огрызнулся Мейсон.
— Это еще не доказательство, — возразил гидрианец. — Значит, Бронд, ты вернулся. Не могу сказать, что счастлив видеть тебя снова. Ты вечно начинаешь какие-то склоки. Но Внешние Миры всегда готовы принять любого беглеца. Только запомни: если ты учудишь еще что-нибудь теперь, когда мы задумали такое великое дело, — тебе крышка!
Глава 4
Мейсон стоял насупившись, словно решая, стоит ли бросать вызов Гарру Аттену. На самом деле он почувствовал лишь облегчение, когда гидрианец предотвратил поединок. Меньше всего ему хотелось бы сейчас разбираться с врагами Бронда Холла, отвлекаясь от собственного задания. Но он обязан был вести себя как настоящий пират.
Он убрал руку с пистолета и угрюмо проворчал:
— Хорошо, я не буду чудить. Но я все еще не знаю, по чьей милости гнил в сириусианской тюрьме.
— Вбей наконец себе в башку, Бронд, что времена изменились, — с нажимом сказал Гарр Аттен. — Если ты снова отправишься в пиратский рейд, я сам сообщу об этом звездным королям.
— И что нам теперь делать — становиться фермерами? — буркнул Мейсон.
— Можно неплохо нажиться на торговле с гуманоидами Внешних Миров, — предложил Гарр. — Займитесь этим, а не грабежами.