Инкуб с трамвайной остановки
Я все еще колебалась:
– Просто совсем не уверена, что хочу приглашать в дом настоящего вампира! И как ты вообще мой адрес узнал?
– Ты сама его оставила, когда вставала на учет.
Влад сделал шаг вперед, легко отодвинув меня рукой в сторону. Это изумило:
– А я решила, что ты не можешь войти без приглашения!
Он ответил, деловито осматриваясь:
– Глупенько. В этом доме двести сорок квартир по три жителя в среднем в каждой, итого – около семисот двадцати человек. По-твоему, я должен у всех разрешения спросить, чтобы в подъезд зайти? Сама-то не понимаешь, какие стереотипы – полная чушь?
– Пока не понимаю, – призналась я, но внутренне с его нерушимой логикой согласилась. – Так зачем ты здесь?
Он сразу перешел к делу – похоже, действительно спешил:
– Во-первых, передать тебе основные правила поведения существ в человеческом мире. – Он протянул мне свернутую небольшим рулончиком распечатку. – Но там ничего сложного, если ты никого не убиваешь и отмечаешь в отделении сверхполиции смену места жительства. Мы можем обращаться к тебе с просьбами, но ты имеешь право отказать, если не принесла присягу. Остальное потом прочитаешь, но там мелочевка. Во-вторых, я обязан проверить твоих родителей, чтобы и их поставить на учет. Некоторые существа со слабой силой всю жизнь не догадываются, что они – не человеки. Но это опасно, такое существо может причинить кому-то вред помимо своей воли.
Я кивнула, соглашаясь с его правом на проверку. На судилище Феникс что-то о том же говорил. Сразу попыталась объяснить:
– Не представляю, как буду родителям твое присутствие объяснять. Или это твоя задача? А маму удар не хватит?
– Я ничего не буду, – сухо отозвался вампир, осматривая проход в зал. – Спят уже?
– Как ты догадался? Неужели подобное чуешь? – в очередной раз удивилась я, покосившись на дверь родительской спальни. – У них завтра с утра смена. Они стараются синхронизировать графики с тех пор, как я выросла и могу сама о себе позаботиться. Они, кстати говоря, оба врачи! Папа – хирург, а…
Вампир перебил:
– Плевать на бесполезненькие подробности.
Он вдруг подался ко мне, склонился и шумно втянул носом воздух возле моего виска.
– Ты что делаешь?! – вскрикнула я и отшатнулась.
– Сосу, – ответил он, как будто это было нечто очевидное. – Чего ты так трясешься? Исключительно дегустаторская доза для проверки. Ты существо, потому даже слабость вряд ли почувствуешь. Твоя кровь очень сильно размыта, потому отчетливого запаха нет, но с большой вероятностью в тебе есть ведьмовской ген. Никогда не возникало желания повыть на полную луну? Нет? Тогда точно не оборотень. Для валькирии ты слишком тщедушная – те сразу рождаются комком мышц. Для тролля – слишком высокая и вежливая. Ничего опасного не чувствую – дара в тебе настолько мало, что ты вряд ли сильно отличаешься от человека. У кого-то из родителей силы может быть больше.
Я же снова впала в свое предыдущее состояние, когда любая мелочь вызывала интерес:
– Сосешь что? Ты ведь не сосал только что мою кровь, правда?! – Я прижала руку к шее, чтобы убедиться, но раны не нащупала. – Это ведь не может быть настолько незаметно?
– Вампиры незаметные, но кровь не сосут, – удивил он. – Только излишек эмоций. Для нас еда, а некоторым психопатам подобное даже на пользу. Нет, ну каким надо быть кретином, чтобы вообще придумать процесс сосания крови и возвести его в абсолютную истину? Это ж сколько грязи. Для интереса пробей себе разок сонную артерию на шее – и посмотри, можно ли такое скрыть и сколько будет заживать. У человеков никакой логики в продумывании легенд. Но сейчас не об этом.
Видимо, вампир ждал, когда я вежливо приглашу его в спальню своих родителей, но как это будет выглядеть в их глазах? Или он сможет их не разбудить? Я не успела уточнить, поскольку дверь открылась, и в зал выглянула мама в домашнем халате и с сонным видом поинтересовалась:
– Наташ, ты с кем разговариваешь? И почему дверь открыта?
Я попыталась судорожно придумать хоть что-то внятное:
– Да тут ко мне знакомый пришел, из универа… Извини, что разбудили! Мы это… он сейчас…
– Ну если уже ушел, то дверь закрой – по полу тянет, – попросила она и пошла на кухню, чтобы налить себе стакан воды.
Я вытаращила глаза на ее спину. Она просто прошагала мимо, вообще не обратив внимания на постороннего в нашей прихожей! Влад пояснил:
– Она меня не видит и не слышит. Говорю же – вампиры незаметные. Особенно чистокровные, а чище моей крови ни в одном мире не найдешь. Иногда ощущаю себя пустым местом.
Он прошел вслед за ней, тоже наклонился ближе к шее и будто принюхался, прикрыв глаза от удовольствия. Выпрямился и уверенно покачал головой – мол, не она. Хотя скорее всего это было понятно уже по тому, что мама его вообще не заметила, он просто не смог отказать себе в желании перекусить. Затем нагло пошел через зал в спальню, но уже через минуту вернулся ко мне. Мама на обратном пути едва с ним не столкнулась – Влад вовремя отступил на шаг вправо. Вновь остановился передо мной и произнес:
– Поздравляю. В смысле, себя поздравляю с отсутствием лишней работы – никого больше на учет ставить не нужно. Ни один из них не является существом. Прощай, Талья. Напомню, что дар в тебе все-таки имеется – его можно развить только в академии, а у нас на службе жесткая нехватка ведьм. Потому подумай еще раз, если собираешься действительно защищать кого-то, а не ерундой всю жизнь заниматься. Спокойной ночи.
– На этом все? – Я прошептала этот вопрос только потому, что мне теперь хотелось его расспросить обо всем на свете, но Влад явно спешил.
Вампир уже в дверях замер и обернулся:
– А, хорошо, что напомнила. В квартире водятся паразиты?
Я усмехнулась:
– Пока только я, но после получения диплома слезу с шеи родителей.
Вампир шутку не оценил:
– Я про тараканов, крыс и змей.
– Змей? – Меня передернуло, но за голосом я следила, чтобы мама не услышала. – Нет, конечно. А тараканов я лет десять уже не видела.
– Хорошо. Но на всякий случай будь внимательна.
– Почему это? – запереживала я. – Что это означает?
Влад медлительно пожал плечами и пояснил:
– Всем понятно, что ты перешла дорогу Диминику Эйму. А его вряд ли можно назвать душкой, который спускает все на самотек. Выйти из Вахарны инкуб теперь не способен, но у него могли остаться тут альтеры. Вряд ли, конечно, но по сторонам посматривай.
– Что еще за альтеры?! – даже в моем шепоте зазвучала паника.
– Ну, разделенные сущности. Типа как у вампиров летучие мыши, знаешь же.
– Не знаю!
– Теперь знай. Некоторые существа могут разделять свою суть с кем-то еще. У оборотней – волки и собаки. У наяд – рыбы, у дриад – растения. У ведьм – любое существо, на которое силы хватит. Для инкубов и суккубов – это разные противные гады, которые могут жить в домах и следить за их жертвами. Безвредные, но вездесущие. Удобненько.
– Противненько! – возразила я. – А про наяд и дриад я вообще впервые слышу!
– Это потому что в Вахарне их нет, – он произнес с некоторым сожалением. – Симпатичные девчонки с мягким характером, но они выбрали жить в другой цивилизации. К эльфам и экологии поближе. В Москве нет портала в Зорирту, но ты об этом и по запаху воздуха можешь догадаться. У нас с ними вообще сообщение плохо налажено.
Ну вот, и эльфы существуют! То-то Маринка порадуется. И сразу расстроится, что до них нам дальше, чем до Парижа через Вахарну. Я бездумно выскочила за вампиром и в подъезд:
– Влад, подожди, у меня к тебе еще миллион вопросов!
– Миллион? Странно, – он ответил, уже спускаясь вниз по лестнице. – Сейчас должен быть только один.
Я попыталась угадать:
– Хочу ли я стать настоящей ведьмой?
– Нет. Меня на твоем месте заботило бы, кто мои настоящие родители, раз в спальне спят какие-то приемыши.
– Что?! – я забыла о шепоте и закричала почти в полный голос. – Ты на что намекаешь?!