Руки, полные бури

Амон устал, но уснуть так и не смог. Он понятия не имел, что происходит в Подземном мире или с другими богами. Чатики молчали, а от него самого, вымотанного и потратившего силу, мало толку.
Он думал, как там Эбби в Дуате и не стоило ли ему поговорить с ней.
В итоге Амон оставил крепко спящих Анубиса и Гора и присоединился к Нефтиде на кухне. Она завалила стол травами, отмеряла что-то на маленьких кухонных весах и сортировала по пакетикам. Виновато глянула на Амона:
– Мне надо занять руки.
Амон кивнул, прекрасно её понимая. Забрался на стул и, подперев руками голову, начал рассматривать, как Нефтида работает. По крайней мере, если бы что-то случилось с Сетом, она смогла ощутить.
Амон вызвался помочь, но повязки на ладонях мешали. Он рассыпал несколько пакетиков, после чего Нефтида отобрала и попросила следить за новостями в телефоне.
Первые начали приходить к четырём утра. Они больше походили на сводку погибших и раненых: боги открывали интернет и осторожно рассказывали о нападениях. Многие не отвечали, и остальные их не обсуждали. Надеясь, что появятся к утру, а не стали жертвами.
Положив телефон на стол, Амон устало вздохнул:
– Завтра надо собраться в клубе, обсудить, решить…
– Амон, иди спать, – мягко сказала Нефтида. – Иначе завтра ничего не сможешь.
Она поднялась, прошелестев юбками, подхватила один из пакетиков с травами и заварила.
– Не волнуйся, это не снотворное, но поможет отдохнуть.
После чая со вкусом терпких ягод Амон ощутил, как мысли стали утихать, успокаиваться. Он не сомневался, его разбудят, когда будут какие-то новости.
Он шёл в полумраке коридора, освещаемого с кухни, когда движение в ванной привлекло внимание. Амон щёлкнул выключателем и с удивлением уставился на спину Анубиса. Тот стоял неподвижно.
– Инпу?
Он вздрогнул и обернулся, моргая от яркого света, как будто только проснулся. Первым делом посмотрел на свои руки, перевёл взгляд на Амона:
– Что я здесь делаю?
– Ты меня спрашиваешь?
– Кажется… я спал.
– Инпу, – осторожно сказал Амон, – мы с тобой знакомы тысячи лет. Во сне ты не ходил.
Анубис нахмурился, задумчиво провёл рукой по взъерошенным волосам.
– Тот же сон? – понял Амон. – Кронос не ограничился одним разом?
– Тот же, – кратко подтвердил Анубис.
Амону очень не понравилось, что теперь Анубис не проснулся и умудрился встать с постели и прийти сюда. Внутри заворочалось беспокойство.
– Эбби, она… – неуверенно начал Амон. – Было больно?
Анубис покачал головой:
– Скорее неприятно. Как будто кто-то забрался внутрь меня грязными руками, пошебуршал там и ушёл. Очень… мерзко.
Нефтида говорила, что сталкивалась с подобным, и раз сама божественная сущность Анубиса в порядке, значит, это касание не опаснее кошкиных царапок.
Амону показалось, он слышит какой-то звук из комнаты Гадеса. Он выглянул, а следом за ним и Анубис.
Дверь распахнулась едва ли не с ноги, и первым на пороге возник Сет. Потрёпанный, вполне вероятно, злой. Где-то позади слышался голос Зевса. Следом за Сетом прошмыгнула Луиза, волосы падали ей на лицо, и она старательно его прятала.
– Что случилось? – спросил Анубис.
Сет нашёл взглядом Нефтиду, застывшую в дверях кухни. Подтолкнул к ней Луизу:
– К тебе новый пациент.
Луиза испуганно подняла голову, и Амон увидел на её лице явно промытые, но всё равно уродливые набухшие царапины.
Значит, чудовищ Подземного мира они нашли.
Когда появился Гадес с Персефоной на руках, Амон понял, что ничего хорошего ждать не придётся. Гадес выглядел мрачнее смерти, а Сеф у него на руках не казалась раненой, но и не шевелилась.
Потом Амон осознал: она не выглядела живой, её грудь не вздымалась, дыхание отсутствовало.
– Её убил не монстр нашего пантеона, – быстро сказал Гадес. – Божественная сущность в порядке.
Гадес недоговорил, но Амон и так понял: неизвестно, Персефона вернётся или запущен новый цикл её перерождения.
– Он хотел этого, – выплюнул слова Гадес. – Кронос направил чудовищ ради этого в Подземный мир! Убить Сеф и запустить цикл.
 
  
21
 
Сет не знает Подземный мир.
Для него это не место, не пространство и не время. Для него Подземный мир – это Аид.
Сет не чувствует Подземный мир. Поэтому понятия не имеет, где могут быть впущенные Герой чудовища. Он доверяет Аиду, который прислушивается к звукам, раздувает ноздри, ощущая запахи, легонько шевелит пальцами, пытаясь почувствовать, в какой части что-то не так. Застывает натянутой струной.
Персефона и Луиза рядом. Первая нетерпеливо ходит позади мужа, и от взметающегося подола платья рассыпаются фиолетовые искры на траву. Луиза вместе с Зевсом сидит на ступеньках беседки рядом. Невозможно услышать, о чём они говорят и говорят ли вообще.
Когда Сет появился, Геру успели запереть где-то в замке Гадеса, а Зевс, бушевавший до этого, устал или сник.
Аид сразу предложил:
– Можем пойти по следу.
– Я воин, а не ищейка, – ответил Сет.
Сам Аид тоже не торопится в погоню. Гера не знала, зачем Кроносу чудовища в Подземном мире, но вряд ли для чего-то хорошего. Особенно если они до сих пор не показали себя.
Аид слушает Подземный мир, и ему ни до кого. Сет нетерпеливо вздыхает и отходит к Персефоне. Спрашивает вполголоса:
– И зачем это Гере?
Не то чтобы ему интересно, но он изнывает от безделья.
– Как и всем, – отвечает Персефона. – Гера может быть самоуверенной, но этой ночью чудовища не тронули её детей. Зато проникли в Подземный мир.
Она кидает быстрый взгляд на Аида, но он не слышит их, всё ещё сосредоточенный на ощущениях. Вздохнув, Персефона смотрит на Зевса:
– Он не хочет уходить, но надо уговорить его и перенести в замок. При борьбе с чудовищами он не будет хорошим помощником.
Сет не знает, это потому что сила Зевса здесь меньше или потому что он ещё не до конца пришёл в себя. Наблюдает, как Персефона усаживается рядом с ним, о чём-то говорит. Как Луиза поднимается и подходит, смотрит на Сета, но молчит.
Встрепенувшись, Аид опускает руку, которой до этого трогал воздух.
– Их много, – говорит он. – У границы, где когда-то случился пожар. Почему мой лес не даёт им покоя?
Вряд ли он ждёт ответа. Бросает взгляд на Персефону, которая в этот момент исчезает с Зевсом. Потом на Луизу.
– Я пойду с вами, – упрямо говорит она. Пытаясь убедить то ли себя, то ли Аида.
Он не возражает:
– Это и твой мир.
– Никогда не был моим…
– Твой. – В голосе Аида нерушимая мощь. – И если со мной что-то случится, ты будешь его держать. Ты знаешь, как это происходит.
Он имеет в виду Анубиса и Дуат. Луиза протягивает:
– Персефона же…
– Возможно. Или Подземный мир изберёт тебя.
Сет не очень хорошо понимает, как это работает, и уж точно не пытается распознать выражение лица Луизы. У Аида выходит гораздо лучше, потому что он говорит негромко, вплетая голос в негромкий шум Стикса:
– Это ты оставила Подземный мир, а не он тебя.
Сет ничего не имел против тишины, но когда она становилась угнетающей, то буквально давила на виски. Вот это он ненавидел. И, по его мнению, сейчас в квартире стояло именно такое безмолвие.
Нефтида и Амон спали, но Сету совершенно не хотелось ложиться. Он знал, через час-другой его отпустит задор битвы, но пока ему казалось, он ещё чует запах чудовищ, слышит шелест их тел, в любой момент готовый отразить атаку.
Бесшумно, сам будто хищник, Сет прошёл в комнату Гадеса и Персефоны. Она лежала на кровати, неподвижная, будто спящая, с разметавшимися рыжими волосами вокруг головы. Грудь её не поднималась от дыхания. Гадес сидел на стуле, подперев голову руками.