Невеста света для стража тьмы

В подвале оказалось несколько тюремных камер, которыми не пользовались, должно быть, со времен правления Лоуренса. Эйнор заметил, что Магистр все же надел браслет Основателя и теперь явно слышал и видел летающее привидение.
— Вон там, — указал он в угол решетки, за которой сидел Коул.
— Кто ж его так, — удивилась тихо Рокс.
— Сейчас узнаем, — отозвался Эйнор, решительно распахивая дверь в камеру.
Коул выглядел так, будто был не в себе. Долговязый ученик щурился в темноте, взмахивал руками и что-то бормотал себе под нос.
— Коул! — попытался Эйнор привести его в чувство.
— Мессир, — пробормотал мальчишка и бессильно свалился на пол со слабым подобием улыбки на лице.
— Вашу мать, — выругался Марк и пнул какой-то камень под ногами.
— Да что же с ним? — присела на корточки Роксана.
Эйнор быстро коснулся сонной артерии, убедился, что ученик дышит и вполне себе жив, и выдохнул. Но ни на какие шлепки по щекам и прочие способы привести в чувства Коул не откликался, только что-то мычал.
— Его словно чем-то опоили, — высказалась Рокс.
— А на счет каждая минута, — прорычал Марк.
Магистр ожесточенно тер подбородок.
— Кто мог его запереть и зачем?
— Наш вездесущий призрак случайно не в курсе? — уточнил Эйнор.
— Он был в зале обряда в это время, — отмахнулся Магистр. — Говорит, что не заметил ничего подозрительного, все стражи были на месте. Патриша только пришла позже других, но она женщина и…
— И ничего это не значит, — сердито добавила Рокс, уставившись в предположительное местонахождение Лоуренса.
— Вообще я бы не списывал ее со счетов, — задумчиво добавил Эйнор.
— Впрочем, она, конечно, может быть права, — медленно поднялась Роксана и замерла напротив него. — Когда отговаривала меня выходить за тебя замуж. Уж кому как, как не вдове стража тьмы знать, что это такое. Наше с тобой взаимодействие очень взрывоопасно. Рано или поздно такими темпами мы разнесем половину города!
— Ты преувеличиваешь, — невольно усмехнулся Эйнор. — Это не только я постарался.
— Ну конечно, еще свалившаяся нам на головы тьма, я понимаю. Но тем не менее — нам с тобой опасно быть вместе. Даже не хочу представлять, что произойдет, если…
Роксана, слава богам, не договорила и заметно покраснела, что вкупе с ее сосредоточенным и сердитым выражением лица выглядело особенно забавно.
— Оттащите Коула в мои покои, — приказал Эйнор, повернувшись к слуге. — Никому не входить. Найдите лекаря. И доложите, если хоть одна живая душа вознамерится покинуть замок в это время.
“Живая душа” при наличии рядом неупокоенного Основателя прозвучало особенно иронично. Осталось только представить, чем на это ответил Лоуренс.
Магистр устало потер лицо. Марк тоже поник: ученик был самой прямой нитью, что могла привести к заговорщикам, а теперь он лишен речи и, похоже, памяти — судя по ничего не выражающим глазам. Да и обилие свалившихся на Марка тайн явно не вдохновляло.
— Допросим Патришу? — спросила с сомнением Рокс. — Пока Коул не в себе. Кстати, мессир Основатель должен хорошо чувствовать эмоции и может быть полезен в этом деле.
Эйнор переглянулся с Магистром и кивнул.
Слуги забрали Коула — не без труда — и все четверо принялись подниматься наверх вслед за Марком, который ворчал что-то про призраков и деятельных невест.
— Мне жаль, что всё снова пошло не по плану, — перехватил, поднимаясь по лестнице, Эйнор пальцы идущей впереди Роксаны.
Та тихо ойкнула: он забыл про легкий порез на обряде. Но руку свою забирать не стала.
— Я и не думала, что удастся просто повеселиться на свадьбе.
— А я еще немного надеялся.
— Пора привыкнуть, Эйнор, — серьезно сказала Рокс. — Я-то уже поняла, что с тобой рядом спокойно не бывает.
— Надеюсь, это комплимент.
Рокс бросила на него быстрый взгляд, и захотелось остаться с невестой, еще не ставшей женой, наедине. Но впереди допросы, разговор с Магистром и поиск врагов. И остается только просить Святых, чтобы к вечеру все остались живы и невредимы.
Допросы стражей и всех участников обряда потянулись один за другим. Патриша и сама оказалась растеряна и испугана, на все вопросы отвечала четко, и заподозрить в заговоре ее не удалось. Магистр с Лоуренсом дали бы знать, если бы почувствовали фальшь.
 
Дальше были стражи. Марк сначала подозревал одного из вновь прибывших, но и он не смог ответить ясно на вопросы и был скорее впечатлен борьбой против атаковавшей темной силы, чем укрывал хоть какую-то правду.
В последних двух разговорах Эйнор мало участвовал, только наблюдал за Магистром, который был явно на пределе сил, за Марком, еще полным решимости проявить себя, и за Роксаной, заметно растерявшей энтузиазм.
— Достаточно, — сказал наконец Эйнор, когда они покинули комнату последнего допрашиваемого. — Дождемся Коула, а пока… Марк, Роксана, отдохните. А нам с Магистром еще осталось, что обсудить.
— Я думала, что на правах…
— Роксана, тебе правда стоит отдохнуть.
— Проведу время в архиве, — буркнул Марк и ушел, похоже, не такой и разочарованный тем, что его не позвали. Кажется, взаимодействия с Лоуренсом ему было более, чем достаточно.
— Что теперь? — выдохнул Магистр, пока они остались одни в том же зале, в котором сидели с утра.
— Нам нужно вернуться к началу. Мы что-то упускаем, а начало — это Эйда Нордис, которая уговорила свою подругу Роксану заменить ее на обряде. Она говорила, что всего лишь на час и что они тут же поменяются обратно, но произошло нападение айгулов, и все изменилось.
— Вы искали следы Эйды?
— Да. — Эйнор помолчал пару мгновений. — Возле ее дома была ловушка. Значит, знали, что ее искать и попадемся. Потом я попал на Собрание…
— Под чужим обликом? — догадался Алан.
— Угу. И встретил тебя, канцлера и следы кровавого ритуала, где вы говорили про Эйду и разборки с “остальными стражами”.
— Я почувствовал, что что-то не то, но не успел тебя увидеть.
— Зато сегодня успел почувствовать больше, чем следовало, — мрачно усмехнулся Эйнор. — Возьмешь теперь свои слова про преемника главы Ордена Света обратно?
Алан положил седоватый щетинистый подбородок на сцепленные в замок руки и уставился на Эйнора опять с той же неведомой улыбкой в глубине глаз, но отвечать не спешил.
— Хочешь сказать, что ты и это знал? — неверяще выдохнул Эйнор.
— Ну… догадывался.
— Какой может быть глава Ордена с темной магией тьмы внутри?
— Чуткий. Опытный. Куда более сильный, чем другие.
— Абсурд!
— Абсурд, — согласился Алан. — Но иронично!
— Лучше расскажи, зачем ты передал мне дневник отца? Что я могу в нем найти?
— Откуда мне знать? Я не читал его до тебя. Не имею такой привычки.
Эйнор пролистал довольно пухлый дневник. Быстро изучить не выйдет, тем более, когда не знаешь, что искать и важна каждая строчка. Но вдруг эти записи появились сейчас неспроста и смогут навести их на след?
— Ты останешься с нами на время? — спросил Эйнор.
— Думаю, до завтра. Предупреждал, что уеду по срочному и важному делу.
— Кто еще знает, что ты был здесь на обряде?
— В этот раз точно никто. Только я и Коул, который сообщил о твоем решении.
— Хорошо, — рассеянно отозвался Эйнор. — Завтра на рассвете я приму должность Первого стража тьмы и получу все свои привилегии. И потом мы с Роксаной сможем появиться в городе и у императора.
— Рад, что ты вернешься к жизни. Даже если заговорщики уже знают об этом, твое реальное появление может нарушить их планы.
— Хочу, чтобы ты присутствовал на допросе Коула. — Эйнор захлопнул записи отца и посмотрел на Магистра. — Ты в силах? Нужны обезболивающие?..
— Думаю, справлюсь, — натянуто улыбнулся Алан. — Честно говоря, жутко устал от той гадости, что дает мне лекарь. Иногда мне кажется, что без лекарств будет даже лучше. Подумаешь, всего лишь привычная боль.
— Боль часто лишает ясности, — помотал головой Эйнор. — Я бы предпочел видеть тебя сильным. Особенно теперь. У тебя даже трости тут нет.