Исток (СИ)
Дети! Ужас! Точнее когда столько детей, и все они в возрасте, когда уже умеют ходить и ползать, но еще не имеет разума, понять, что опасно, а что нет. Через три часа, я уже был готов рвать на себе волосы. Детки довели меня до состояния бешенства. И ведь гады какие баб слушаются, а меня игнорируют напрочь! Пришла мысль поставить забор и сделать для детей что-то вроде загона. И я ведь ими не занимался, не играл, а просто смотрел, что бы никто никуда не уполз, и не покалечился. Но даже столь простейшие действия, отнимали все мое внимание и силы без остатка. Ну не воспитатель я! Хоть и вырастил, в том далеком времени, сына и дочь. Вырастил, но, я не учитель, не нянька и никогда не умел ими быть.
Когда осоловевшие от обжорства прошло и остальные женщины все же соизволили проснуться и сменить меня на этом посту, я уже почти утратил способность соображать. И мне все труднее было сдерживать Одыра которого дети довели настолько, что он все порывался всех их передушить, лишь бы унять их крики и суету.
Но и все проходит, прошло и это мучение. И моя злость и раздражение выплеснулись не на деток, а на взрослых женщин и юношей. О! Как я орал! В итоге мне удалось остановить обжорство и с помощью повышенных тонов и рукоприкладства заставить всех делать то, что мне надо. Я всегда был мирным человеком и редко даже кричал на кого-то, не говоря уже о физическом насилии, но сейчас не испытывал ни малейших угрызений совести. Наверно это на меня так личность Одыра влияет. Главное все же держаться в рамках и не переступать черту, за которой начнется зверство и насилие ради насилия.
Результат моего воспитательного процесса был на лицо. Юноши выполняют приказ, нарубить ВСЕ оставшееся и пригодное мясо на небольшие куски. Десяток женщин занимается детьми, а оставшиеся пять, под моим руководством осваивают урок о том, что плести можно не только корзины. А еще и короба. По моим планам мы должны были сплести три короба. Но так как я желал, что бы женщины плели сами, только следуя моим указаниям, а я лишь подсказывал и показывал, то на брак ушло треть прутьев и лыка. Через два часа все приготовления были завершены. В два плетеных короба,каждый размером полметра на метр и шириной так же полметра, были загружены куски порубленного мяса. Мясо я прокладывал сорванной травой.
Коробы были сплетены так, что расстояние между прутьями плетения было сантиметра четыре, это позволяло свободно протекать воде, но и не давало кускам мяса вывалиться из них. Начал загружать мясо и понял, что оно просто свалиться и спрессуется в одну кучу и это не позволит воде обтекать каждый кусок, что приведет к гниению основной массы. Хорошо, что в данном случае решение пришло быстро. В короба были вплетены прутья, на которые накалывали мясо, а потом их плотно закрепляли, связывая лыком. На эту кажущуюся простой процедуру ушел еще один час.
Все это время я пытался объяснять свои действия. Пытался не взирая на скудность языка, донести до соплеменников, что и зачем. Почему я заставляю их делать именно так. Иногда я даже подбирал правильные слова. Но вот, в том, что меня понимали, что мои смысл моих слов до них доходит, этого я не заметил. Зато с плетением наоборот вышло намного лучше чем я даже мечтал. Женщины настолько быстро и легко усвоили этот процесс, что пока я связывал из лозы веревку, что бы закрепить короба в камнях, Ла сумела меня удивить.
Да так удивить, что у меня чуть челюсть не упала. Эта девчушка, уловила принцип плетения веревки из лыка. И пока я занимался своим делами, сделала себе пояс! Затем она собрала отходы лозы, и сплела из них себе маленькую корзинку. Нет я понимаю, что она видела, как я делал веревку, я понимаю, что она наблюдала за тем, как я крепил веревку к коробам и проверял держит ли она вес. Но эта девчонка, сумела к тому же все это соотнести, с моим вчерашним рассказом о том, что к корзинам можно приделать лямки и их носить за спиной. Она умудрилась из двух вещей сделать одну, пояс с висящим на нем небольшим лукошом! Это что, в этом мире первые карманы появились раньше чем каменные топоры? Куда-то я не туда толкаю прогресс, эта нелепая мысль упорно засела в голове, несмотря на то, что мне надо было радоваться тому, что кто-то из племени проявил смекалку.
Пока я с парнями занимался насадкой мяса на пруты и размещением этого запаса внутри коробов, Ла насыпала в сове поясное лукошко орехов из запасов племени и пошла следить за детьми. Время от времени девчушка опускала ладонь в лукошко и доставала оттуда орех, съедая его сама или угощая детей. И на все это, с огромным любопытством, смотрели все остальные женщины. Но я был слишком увлеченный своими трудами, что бы акцентировать на этом свое внимание.
Подгоняя мальчишек, мне все же удалось осуществить свой замысел. И вскоре короба были полностью укомплектованы, осталось их только закрепить погруженными в бурный поток. Это действо оказалось чуть ли не труднее предшествующих приготовлений. Короба все норовили сорваться или под действием течения всплывали на половину. А когда пробовал это исправить догружая их камнями, то они ложились на дно, и бились о камни, что грозило быстрым их разрушением. В итоге конечно все получилось как надо. Если не сдаваться, искать решения, то подобную примитивную задачу решить можно. Просто времени на её решение методом тыка нужно много.
Оглядев результат своих трудов с облечением вздохнул. Несколько часов мучений и водный охладитель готов. Короба погружены в воду, их не бьет о каменюки. До мяса не доберутся крокодилы и крупная рыба, а мелочь не сможет съесть много. Тем более теперь, имея опыт такого рода действий, повторение всего процесс не займет у меня в дальнейшем столько времени и сил. Правда оставалось непонятным, принесет ли вся эта затея дивиденды или окажется провальной. Это могло показать только время.
Отправил парней вычищать крокодильи кости до блеска. Себе же я нашел не терпящее отлагательств занятие.
Глава 9.
Солнце уже перевалило через зенит, а я в место того что бы двигать прогресс, вынужден заниматься тем, что срочно нужно племени. Сейчас такая нужда была в каменном инструменте. Все запасы рубил закончились. Последними скребками юноши сейчас чистят кости.
Мне предстояло озаботится изготовлением инструмента в замену поломанного. В принципе,этим мог заняться кто угодно от мальчишек, до женщин. Но я хотел заготовить инструмент сам.
Нет, я пока был далеко от мыслей о совершенствовании орудий труда, сейчас надо было просто восполнить запас. Но все равно собирался приложить знания цивилизованного, обученного в школах и институтах человека. Моя уверенность в том, что изготовленный с помощью моего разума инструмент будет намного превосходить все, что было сделано до этого дня, эта уверенность была непоколебима.
И она истаяла очень быстро. На этапе подбора подходящей для обработки каменной гальки. Я вот был твердо уверен, что сейчас найду кремень и наделаю не примитивных скребков и рубил, а острые каменные лезвия и прочее. Ага, щаз-з-з-з. Кремня не было. Вообще все попадающиеся мне камни, делились на два вида. Похожие на гранит, их было больше всего и камни с какими-то разводами, этих было поменьше.*
/*ГГ не опознал в этих камнях яшму/
Эти цветные камушки вообще не подвергались обработке. Их было не расколоть. Я пытался цветную гальку разбить о скалу, но добился только того, что эта скала начала крошится в месте ударов. Пришлось забраковать эти явно полудрагоценные плоды земли. Оставался гранит или то, что я за этот гранит принял.
Через час мне только и оставалось, что горько усмехаться. "Примитивные скребки", "древние рубила", ага, не спорю я так и думал, еще некоторое время назад. Но, теперь, сам попробовав понимаю, что ничего лучшего на этой базе "полезных ископаемых", сделать просто физически невозможно! И может быть, будь тут поблизости выход кремневых пород, древние давно бы уже щеголяли каменными ножами. Но с этим "гранитом", ничего совершеннее сделать было просто невозможно. Он раскалывался где хотел, а не там, где я желал. Ровную кромку получить было невозможно. Мелкие сколы удавались в одном случае из десяти. И техника ретуши, когда получив приемлемый скол, можно сбивать дальше мелкими кусочками, тут не годилась. Материал для этого оказался не тот. Мягко говоря совершенно не подходящий материал.