Иди за мной (СИ)

Приятного чтения!
  
19
 
19
Услышав о торжественном ужине и взяв обещание с Лариона найти музыкантов, Амелия и Тови, казалось, позабыли о сборах к походу и сосредоточились на нарядах. Я складывала вещи в походный мешок, а вокруг меня летали ленточки, бантики и рюшечки. Девочки никак не могли определиться с нарядами. Мне было проще, у меня только одно красивое платье. То самое, шёлковое с кружевом, из торговых рядов.
— А может, если музыка всё-таки будет, тебе пригласить Рофальда танцевать? — спросила Амелия у Тови.
— Что ты, как можно? Дама не должна приглашать кавалера.
— Предрассудки. И мы не на бал во дворец идём, а всего лишь на ужин в трактирчике. Я думаю, небольшие вольности нам позволительны. Лиатрис, доставай свои травки, давай мазаться.
Амелия хотела использовать все маски и отвары, что я могла предложить, поэтому почти весь день только этим и занималась. Даже обед мы попросили подать нам в комнату. Не оставлять же её одну, с ног до головы облепленную травяной кашицей.
Вечером Амелия в красном платье из дорогого атласа, которое ей очень шло, красила губки алой краской и хмурилась, придирчиво разглядывая результат в зеркале. Тови подбирала украшения к расшитому мелкими жемчужинами платью из тёмно-серого, как грозовое небо, плотного бархата. Наряд она выбрала очень удачно, он стройнил и удлинял фигуру, придавая изящности и грации.
Я уже давно собралась, помаленьку привыкала к прекрасному изумрудному платью и чувствовала себя уже свободнее. Я не умела делать сложные замысловатые причёски, да они мне и ни к чему, поэтому ограничилась лёгкими локонами и низким узлом из волос. Тови предложила ободок с большим зелёным турмалином, но мне не хотелось брать чужую дорогую вещь. Я украсила волосы белой гортензией, с разрешения мари Орсо взяв несколько цветов с куста во дворе. Это больше подходило к моему нежному платью и маминому кулону, который я никогда не снимала.
Пока собирались, Тови развлекала нас живыми картинками — по комнате порхали бабочки и мерцали золотистые звёздочки. Ей удалось даже создать маленькую, размером с ладонь, копию Блохастика.
Когда мы спустились в большой зал, нас уже ждали. Играла музыка — Ларион выполнил обещание. Кит учтиво пригласил нас к красиво накрытому, щедро уставленному едой и напитками столу. Мари Орсо даже не поскупилась выставить хрустальные бокалы и подать серебряные столовые приборы. Свечи, которых сегодня зажгли больше чем обычно, и букеты цветов придавали ужину романтическую атмосферу.
Кит усадил меня рядом с собой. Он, высокий и стройный, в тонкой белоснежной сорочке, идеально сидящем чёрном с серебром кафтане и строгих брюках выглядел очень представительно. Рядом с ним я снова почувствовала себя деревенской простушкой. Собственно, я ею и была. Но непринуждённая беседа и вкусная еда скрашивали вечер, и моя скованность быстро ушла. Приглашённые музыканты вовсю старались. Другие постояльцы с радостью воспользовались возможностью и устроили веселье.
— Думаю, мы можем к ним присоединиться и потанцевать, — глядя на них предложила Амелия.
— Это потому, что мар Григор так внимательно к тебе приглядывается? — Тови лукаво глядела на подругу.
Амелия метнула быстрый взгляд на Лариона, поправила алые ленты в волосах, схватила меня за руку и потянула на половину зала, свободную от столов.
— Я не умею танцевать! — запротестовала я.
— Я тебя научу. Запоминай. Сначала мужчина протягивает тебе руку. Это он так тебя приглашает на танец. Ты в ответ изящно киваешь и легко подаёшь свою руку. — Она показала как. — В начале танца кавалер кланяется, а ты отвечаешь реверансом. Вот так. А потом всё просто — мужчина всегда ведёт в танце. Поэтому если что-то не так, это он виноват.
— Даже если я оттопчу ему все ноги?
— Тем более. Тогда он виноват, что вообще пригласил тебя на танец. Мог бы ограничиться светской беседой.
Амелия показывала как двигаться.
— И не смотри себе под ноги. Смотри на партнёра, веди приятный разговор и очаровывай.
 
— Сколько сложностей!
Я старалась как могла, но сбилась, споткнулась и рассмеялась из-за своей неуклюжести.
— У тебя неплохо получается. Может, тебе попрактиковаться с кем-нибудь из мужчин? Например, с Китом? Почему бы и нет?
Я погрустнела.
— Боюсь, я слишком простовата для него.
— Неправда. Кит, конечно, себе на уме. Он жёсткий с теми, кто ему не нравится, молчалив с посторонними, приветливо держится с друзьями. Но что-то мне подсказывает, тебя он относит к совсем другой категории. Совсем-совсем другой. — Амелия улыбнулась своим мыслям.
— Что ты имеешь ввиду?
— Ничего особенного, — быстро ответила она. — И смотри-ка, кажется, я напророчила. К нам идут Кит и Ларион.
Я взволнованно оглянулась, а Амелия легонько толкнула меня навстречу Киту. Он галантно наклонил голову и протянул мне руку. Я, как учила Амелия, медленно кивнула в знак согласия и вложила руку в его ладонь. К счастью, музыканты играли вальс, танец, который я хоть с горем пополам, но умела танцевать. Кит двигался легко и непринуждённо, тактично подстраивался под мои шаги. А я боялась даже вздохнуть. Только бы не сбиться.
— Трис, всё хорошо. Не надо так переживать. Это просто танец. Сегодня такой прекрасный вечер, наслаждайся и отдыхай.
Я благодарно улыбнулась.
— Где же ты выучился танцевать?
— В Академии. Танцевальное искусство обязательно к изучению.
— Тебе нравилось в Академии?
— Да. За исключением некоторых моментов.
— Таких, из-за которых у профессоров волосы дыбом?
— Не без этого, — усмехнулся Кит и покачал головой.
— Расскажешь?
— Ну… В мой третий год обучения в Академию привезли злющего медведя. Он, огромных размеров, хитрый, кровожадный, повадился нападать на деревни, ловко обходил ловушки и обманывал охотников. Медведь представлял серьёзную опасность, многие пострадали. Когда его, наконец-то, отловили не без помощи магов, то доставили в Академию для изучения. Ходили слухи, что маги-выпускники даже смогут попробовать сразиться с медведем, дабы на своей шкуре прочувствовать как может быть опасен дикий зверь. Но потом от этой идеи, даже если она и была, отказались и решили передать медведя в королевский зверинец. Мне, Лариону и Рофальду показалось несправедливым, что нам не покажут медведя. Особенно Рофальду. Он был уверен, что легко справится со зверем, благо в его родных краях они не редкость. Но нашим мнением, конечно же, не интересовались. И случилось так, что медведь вырвался из клетки и сбежал. По счастью, мы были рядом. Правда, как только увидели его, уверенность Рофальда в быстрой победе мгновенно улетучилась. Медведь оказался просто громадный, раза в два крупнее, чем обычный. Хорошо, что был поздний вечер и хозяйственный двор, где держали медведя, пустовал. Мы пытались сдержать зверюгу, использовали все магические приёмы, которые на тот момент знали. Но на наши атаки он почти не обратил внимания, вырвался и с бешеным рёвом понёсся по коридорам Академии. Мы за ним. Ну и переполох начался. — Кит глубоко вздохнул. — Но с горем пополам нам удалось загнать его в тупик и обездвижить. А подоспевшие профессора и маги-выпускники помогли вернуть его в клетку.
— Ого! Какие вы смелые. Я боюсь медведей. Хорошо, в Лесу их мало. Я бы точно за медведем не побежала. Даже владей я магией.
— Угу. Вот и нас все хвалили за отвагу. Но, видишь ли, соль истории в том, что мы сами выпустили медведя. И он чуть не разнёс пол Академии.
— Кит! Ты серьёзно? — я во все глаза на него смотрела.
— Ага, — Кит улыбался. — Случайно. Пришли тайком смотреть медведя, исследовали магический замок и невзначай отомкнули. Профессора до сих пор ломают голову, как медведь открыл зачарованный замок. Но мы сами выпустили, сами поймали. Так что мы всё равно молодцы.
— Кит! — я засмеялась. — Ах ты, хулиган! Я теперь понимаю профессоров. И сколько лет вы в Академии учились? Семь? Преподаватели, наверное, поседели за это время от ваших проделок. Как вас только не отчислили.