Чёрная сиротка (СИ)

Покровители и хранители создали настоящий гам и, толкаясь, разбегались и переносились.
Сейчас я бреду по пути, которым мы с Найджелом добирались до этого окаянного места. Я покровитель и мне нужно перенестись в собственную сферу. Юми говорила, чтобы это сделать, необходимо иметь хотя бы какие-то сведения о пункте назначения.
Я закрываю глаза, привожу учащённое дыхание в порядок и вспоминаю расположение мебели, стены, постель, высокое начищенное зеркало…
С перемещением поменялись воздух и звуки. Ониксовая сфера жаркая, поэтому моя кожа испытывает одно лишь бодрящее тепло, которое казалось невиданным в Аметистовой сфере.
Спальня Грэма по-прежнему опрятная, но уже не пахнет свежей хвоей.
Я подхожу к его шкафу с бронзовыми статуэтками, с которых около двенадцати месяцев не стряхивали толстую пыль, тянусь к скачущей лошади, и вдруг меня одергивает голос:
— Что ты творишь, Милдред? — грубо выплёвывает Хардин. Я поворачиваюсь к нему. Этот тип тоже ни капли не изменился. Его нелепая объёмная причёска сверкает от обилия лака и это создаёт о нём впечатление порядочного парня, а не дотошного скандалиста.
— Такой же вопрос.
— Несомненно, сраная Владычица, я перед вами отчитаюсь! Я пришёл покормить голодного Мейлко, — покровитель кривит губы и цокает языком.
— Мейлко?!
Под ногами покровителя, мяукая, пробегает чёрный кот Грэма. Его янтарные глаза пристально смотрят на меня, а нос дёргается. Кот начинает громко мурлыкать, прошмыгивает мимо и запрыгивает на подушку. Его голова вяло опускается на лапы, а веки медленно смыкаются. Я сдерживаюсь, чтобы не подойти утешать тоскующего питомца.
— Грэм в темнице, здесь ты его, к сожалению, не найдёшь. Не знаешь случайно, какого беса он туда загремел?
— Прекрати нападать на меня!
— А то что? Продемонстрируешь на мне свои магические штучки? Не смеши.
— Ты не первый, кто так открыто во мне сомневается. Ещё веселее наблюдать, когда вы трясётесь, стоит мне руку поднять, — я склоняю голову и слабо улыбаюсь. — Не переживай, я здесь не за этим. Я всего лишь вернулась домой.
Махнув напоследок покровителю, я выхожу в коридор.
За углом появляются чем-то взволнованные Кой, Дона и Вермандо.
— Приветствую, — растеряно выговариваю я.
— Милдред, — произносит женщина-гигант.
— Приветствую, — здороваются Кой и Вермандо. Наставника Коши я не заметила на Посвящении. Он состриг седовласую длину до шеи и теперь выглядит моложе, несмотря на морщинистое лицо. Почему он живёт больше ста лет и продолжает оставаться в столице?
— Мне нужно поговорить с вами. — Я крепко сжимаю рукоять меча.
Переноситься — для меня чрезвычайная сложность, поэтому в бывший Владыческий центр я прибываю последней.
— Спасибо, что не оповестили Хардина, — приступаю я, усевшись на зелёный диван. Кой наливает мне виноградный сок, и я легко попиваю его между репликами: — Всем известно, кто я и каким могуществом обладаю. Каждый. Каждый ринется добыть эту силу, поработить меня. Остановить алчных покровителей может только власть, а нашей верхушке безразлично. Поэтому её пора убрать. Перво-наперво мы вызволим Грэма и Яфу.
— Милдред, — вкрадчиво начинает Вермандо, — я понимаю, ты печёшься за свою жизнь, но мы не можем рисковать. Они заключены на два года. Им осталось несколько месяцев, учитывая, что срок смягчён благодаря поступку Яфы. Таково наказание, и они его достойно приняли. Наша преграда — время. Мы будем ждать.
— Всё верно, — отзывается Дона, постучав ногтями по своей острой коленке.
— У меня двоякое мнение, но… Вермандо прав, — добавляет Кой, качая головой.
Я закипаю. Однако спокойно осушаю бокал, ставлю его на стол и скрещиваю ноги.
— Джюель начала действовать. Сегодня она явила миру свои истинные замыслы. Нам известно, что она хочет моего рабства. Владычица использует меня в личных целях и тогда несладко придётся всем, включая вас — приспешников Грэма. Она избавится от Флавиана и семьи Бодо. Как думаете, кто станет её следующей мишенью?
— Это мы и без тебя знаем, взрослая девочка, — бросает Дона.
 
Я удерживаю её взгляд, таким образом показывая, что ей грозит, если она ещё раз унизит меня.
— Мне так не кажется. Сидеть бездействуя — слабо. Джюель уже всю сферу перебьёт. Мы нуждаемся в цельной команде, чтобы противостоять игу обеих сфер. Ожидаемо, что Бад Ауман займёт трон. Он ненавидит меня, понимаете? Тогда три сферы ополчаться против кучки покровителей. Если вы ничего не будете делать, я сделаю всё самостоятельно.
— Не лезь в игру, которая ведётся два десятка лет, — вновь подначивает женщина.
— Я вас поняла, — твёрдо заявляю я и поднимаюсь.
— Я надеюсь, ты не будешь предпринимать меры прямо сейчас? — интересуется Вермандо. Хотелось бы мне верить, что он сожалеет, но для меня это кажется очередным притворством.
— Нет. Но процесс пошёл, когда вы мне отказали. С завтрашнего дня я начну действовать. На счету каждая секунда. Сука ходит за нами по пятам.
Я ушла, зная, что они станут осуждать моё «глупое незрелое решение». За год учёбы я научилась двигаться вперёд, а не стоять на месте.
Я стучусь в громадные двери тронного зала — посыльные быстро справляются со своей работой и широко раскрывают их. После Испытания я выгляжу как настоящий мясник, но дьявол не заметит на мне крови, когда она целиком заливает его глаза.
— Приветствую, Владыка. Мэри, Генри, — здороваюсь я. — Алисия.
Флавиан скучающе отворачивается и громко выдыхает, надувая толстые щёки. Мэри и Генри теперь смотрят на меня не как на избалованную девчонку, а как на врага: страх, недоверие, высокомерие.
Под глазами Алисии издалека виднеются синие мешки, вздутые губы, и зардевшееся лицо. На ней нет чёрно-коричневого макияжа, а волосы неряшливо завязаны в слабый хвост. Её взгляд прикован к полу, ладони скрещены на животе. С момента Посвящения она успела выплакать все слёзы и превратиться в старую овдовевшую деву.
— Чего заявилась? — спрашивает Мэри, рассматривая меня так, словно я её жертва.
— Я осмеливаюсь просить вас о свидании с Грэмом и Яфой. Надеюсь, вы поймёте меня и позволите увидеться с ними, — я как можно ниже склоняю голову и говорю наипокорнейшим тоном. Сейчас мне нужно раздавить свою гордость так, чтобы она ни звука не издала.
— Нет, — буркает Владыка. Он достаёт из-под трона бутылку, делает глоток и ставит обратно. — Они приходили на твоё Испытание, продлили себе срок на шесть месяцев. Там вы и виделись. Довольно. Проваливай.
— Как ты… смеешь приходить сюда с такими просьбами? — звучит надтреснутый голос младшей Бодо.
— Молчать, Лис. — Девушка покорно слушается и опускает плечи после веления матери.
— Возможно, нам удастся договориться? — негромко предлагаю я.
— Тебя только пинать и ничего больше! — встревает Флавиан, брызгая слюной.
— Пожалуйста, Владыка, — едва выговариваю я. — Я останусь в долгу перед вами.
— Иди уже, мерзкая!
— Спасибо, — я склоняюсь почти вполовину.
— Но Владыка… — начинает Генри и тут же смолкает. Приказы не обговариваются. Алисия холодно оглядывает меня и снова роняет голову, будто та тяжела как свинец.
Теперь я должна исполнить любую прихоть грязной власти.
Я переношусь к темницам. Меня встречает пухлый сторож с рыжей бородкой над губой.
— Владыка позволил мне навестить Грэма Коши и Яфу Бейтмен.
— Жди здесь.
Сторож исчезает и через короткое мгновение возвращается. Он велит следовать за ним. Мужчина звенит ключами и, наконец, открывает сто тридцатую камеру, следом отодвигает несколько мощных засовов.
Камера поглощена мраком. Я оглядываюсь: где здесь могла прятаться Яфа? В глаза бросается крупная вентиляция. Мне вдруг становится душно. Каково оказаться в этом тесном месте, сковывающем движения?
Со стула вскакивает мужчина средних лет с кривой ухмылкой и выбитым глазом.
— Кто такая?
— Где они? — не церемонюсь я.