Кто вы, Лаврентий Берия? Неизвестные страницы уголовного дела
Период нахождения Берия в бункере штаба МВО с 27 июня по 23 декабря 1953 года, к сожалению, нигде не описан. Хотя очевидны еще есть. Ветераны вспоминают, что Берия сидел в бункере, в общем-то, спокойно. Ответственным за его содержание был порученец Москаленко полковник В. Юферов.
Штаб округа — место, конечно, историческое и уникальное, но для содержания подследственных непригодное, да и навыков у военных в этом деле не было никаких.
Во всяком случае, при заполнении анкеты арестованного Берия, которое производил следователь прокуратуры СССР Цареградский, в штабе даже не смогли сфотографировать его, Берия, как положено — в анфас и профиль. Ограничились комическим фото штабного фотографа. Дактилоскопирование, т. е. получение образцов отпечатков пальцев, — обязательная процедура в МВД при аресте — также не производилось.
В общем, тюремный режим для Берия в бункере военные создать, конечно же, не могли. Главным образом потому, что навыков и знаний по этому вопросу у них просто не было; они не могли и предположить, что держать арестованных нужно впроголодь, спать не давать, допрашивать по ночам, на болезни внимания не обращать, а при необходимости применять пытки, как это бывало в ЧК — ГПУ — НКВД — НКГБ — МГБ — КГБ — МВД.
В штабе округа для офицеров военторг на первом этаже держит столовую для простых офицеров — самообслуживание, для генералов, начальников управлений, отделов и служб — другой зал. Там работают официантки. Для командующего и его заместителей — третий, «греческий» зал. Там еще лучше. Но в общем, все хорошо. Обиженных нет. Пища хорошая и одинаковая. Как и должно быть в армии — из одного котла.
Официантки прямо из кухни столовой в сопровождении охраны носили еду Берия в бункер. Обед, как и полагается, состоял из трех блюд. Ну и, конечно, компот. Все, что было на обеденном столе командующего округом. Правда, компот Берия попросил заменить боржоми. Просьбу без труда удовлетворили.
Здесь же, в штабе, есть хорошая поликлиника. Ветераны вспоминают, что Берия на здоровье не жаловался, но один раз его посещал врач-уролог, поскольку у Лаврентия Павловича началась почечная колика. Дали хорошее лекарство.
Машинистка военного совета и ветеран штаба МВО Екатерина Алексеевна Козлова рассказывает, что на все время нахождения Берия в бункере передвижение по территории внутреннего двора штаба было сначала запрещено, а потом ограничено. Начальник штаба округа генерал-полковник С. Иванов приказал закрасить белой краской все окна на первом и втором этажах, чтобы никто не видел, как водят Берия.
Сопровождал его всегда полковник Юферов с охраной. Он практически каждый день водил Берия на допросы. Екатерина Алексеевна Козлова вспоминает, что многие офицеры в своих кабинетах тайком отчищали краску с окон, чтобы посмотреть на Берия. Интересно было.
Она, Е.А. Козлова, этого, правда, не делала, поскольку сама работала в том же главном корпусе, куда приводили Берия. Несколько раз видела его в коридоре и запомнила, что он всегда был в шляпе, горло замотано шарфом, а осенью и зимой 1953 года на нем было черное пальто.
Для работы с Берия на следствии в штабе МВО выделили кабинет члена военного совета генерал-лейтенанта Пронина. На допросы, как вспоминает Екатерина Алексеевна, часто приезжал сам генеральный прокурор Руденко в сопровождении своих работников и машинисток прокуратуры. Все документы они печатали и размножали сами, без участия машинисток штаба округа.
По моему глубокому убеждению, участие войск и штаба МВО в деле Берия — это позорное пятно в истории Московского военного округа. Гордиться, как это делали многие военачальники, получившие за эту «операцию» еще и боевые награды, право слово, нечем.
Армия должна заниматься своими делами, а все эти «тюремно-расстрельные» процедуры должны проводиться в другом месте и другими «специалистами», которые у нас всегда имелись в нужном количестве и даже с избытком. Пока же без войск МВО, и прежде всего его двух прославленных гвардейских дивизий — Кантемировской и Таманской, ни одно крупное ЧП, в том числе и ГКЧП, не обходится.
* * *Итак, Берия арестован и без каких-либо документов, которые составляются в таком случае самым плохим участковым, посажен в подвал. Арестовано и его окружение. Изолированы, по-военному — блокированы, войска МВД, назначено новое руководство спецслужб — Круглое и Серов. Заменили генерального прокурора — вместо Г. Сафонова с Украины приехал 45-летний Р. Руденко, готовый выполнять любые команды руководства страны, особенно команду — «вперед».
Но это лишь начало. Маленков, Хрущев и другие руководители понимали, что без создания общественного мнения здесь не обойтись. Нужно обязательно создать в народе вокруг Берия ореол негодяя. И началась невиданная в нашей истории идеологическая акция.
26 июня 1953 года, в день ареста, издается Указ Президиума Верховного Совета СССР «О преступных антигосударственных действиях Берия». Указ подписывают председатель Президиума Верховного Совета К. Ворошилов и секретарь Н. Пегов.
Копию этого документа позже подшили в уголовное дело, в том № 1.
Указ говорит о многом. В частности, о том, что власть еще не разобралась в объеме обвинения, еще не ясно, виновен Берия или нет, должен нести уголовную ответственность или не должен, еще уголовное дело-то не возбуждено (оно будет возбуждено только 30 июня 1953 года), а машина правосудия уже закрутилась.
Особый интерес вызывает преамбула указа: [13]
«Ввиду того, что в последнее время вскрыты преступные анти-государственные действия Л.П. Берия, направленные в подрыв Советского государства в интересах иностранного капитале. Президиум Верховного Совете СССР, рассмотрев сообщение Совета Министров СССР по этому вопросу…»
Какие же меры предлагаются в указе для принятия к Л. Берия за «подрыв Советского государства в интересах иностранного капитала».
Меры уникальные.
«1. Лишить Л Л. Берия полномочий депутата Верховного Совета СССР.
2. Снять Л.П. Берия с постов заместителя Председателя Совете Министров СССР и с поста Министра внутренних дел СССР.
3. Лишить Л.П. Берия всех присвоенных ему званий, в также орденов, медалей и других почетных наград.
4. Дело о преступных действиях Л.П. Берия передать на рассмотрение Верховного Суда СССР».
Особенно характерен пункт 4. Еще следствие не вели, а уже собрались передавать дело в Верховный суд. А может быть, на стадии предварительного расследования выяснится, что Берия невиновен? Тогда как быть? Тоже направлять дело в суд? Вот она, демократия, образца 1953 года! Напомню, что Сталина уже нет.
Этому документу предшествовало сообщение Совета Министров СССР, составленное в том же духе.
Теперь нужно организовать следствие. Это уже задача генерального прокурора. По Конституции в этих делах он никому не подчинен. Но это только по Конституции. 29 июня Президиум ЦК КПСС издает постановление «Об организации следствия по делу о преступных антипартийных и антигосударственных действиях Берия».
В этом постановлении читаем:
«1. Ведение следствия поручить Генеральному прокурору СССР.
2. Обязать т. Руденко Р.А. в суточный срок подобрать соответствующий следственный аппарат, доложив его персональный состав Президиуму ЦК КПСС и немедленно приступить, с учетом данных на заседании Президиума ЦК указаний, к выявлению и расследованию фактов враждебной антипартийной и в негосударственной деятельности Берия через его окружение (Кобулов Б., Кобулов А., [14] Мешик, Саркисов, Гоглидзе, Шария и др.)».
Тоже документ интересный. Особенно в той части, где речь идет насчет «данных на заседании Президиума ЦК указаний». Указания эти даны, напомню, не кому-нибудь, а генеральному прокурору страны.
Теперь нужно идти дальше. Как? Путь старый и известный. Провести Пленум ЦК КПСС, а затем его решения спустить вниз, «в массы», в парторганизации для обсуждения «на местах», охватив тем самым всю страну, от севера до юга и от востока до запада. И задача будет решена.