Браслет Тигрицы (СИ)

— Кстати о ней! — она гладит свой животик. Закатываю глаза, понимая, что она опять начнет давать советы. — Я чувствую, что ей уже там тесно, она уже хочет выбраться.
Замираю от ее слов. Каждый день сижу как на иголках, боясь услышать, что роды начались.
— Тебе плохо? Больно? — падаю перед ней на колени.
— Нет, Ян, сейчас все хорошо! — ее ладонь ложится на мою макушку. — Просто предчувствие у меня такое! — поясняет она.
Выдыхаю спокойно, но все же понимаю, что она права — роды рядом. Меня страшит мысль, что ее не станет. Ужасно боюсь потерять ее — ведь мы недавно нашли друг друга. Не могу вынести ее спокойствия, она не борется совсем — давно смирилась.
Нельзя так! Она ведь моя! Моя единственная! Я ведь буду страдать…
Ее ладонь сжимается на моем плече, привлекая внимание. Я продолжаю стоять на коленях перед ней.
— Я чувствую тебя! — шепчет она. — Не делай мне больнее! — просит и это заставляет отрезветь.
— Кушай Алина! — встаю на ноги. — Тебе нужны силы, а мне немого побыть одному. Извини!
Уношу свои ноги, подальше от Алины, не хочу причинять ей еще больше дискомфорта. Уверен, пока меня не будет рядом, Ева позаботится о ней.
Нужно что-то решать!
Нужно каким-то образом вытащить ее невредимой из этой истории.
Вспоминаю, как она мучилась всю ночь, разрывая мое сердце на куски. В последнее время у меня не получается успокоить ее полностью. Она продолжает страдать, ведь рядом с ней нет того самого — истинного, который сумел бы забрать ее боль.
Помню, какой она была спокойной, после сновидений. Это ведь заслуга Темного, это он оживил ее, причем — побывав лишь во сне. Представляю, какое бы он действие произвел на нее, находясь рядом!
Находясь рядом! Ей нужен Темный!
Боже!
Ей нужен ее лев!
Кулаки сжимаются, выть хочется! В голову лезет странная мысль — не дающая покоя…
— Сделай это! — подбадривает волк. — Сделай это ради нее!
Тимур
Сижу в сопли пьяный на диване, на котором впервые пометил свою пару. Я в Сочи, в коттедже, который спроектировала сама Алина. Уже как неделю обитаю тут.
В последнее время я места себе не нахожу, порой задумываюсь, может, места и вовсе нет для меня? Постоянно чувствую тревогу, опасность. У меня не очень хорошее предчувствие и это убивает.
Девять месяцев. Сука, долгих девять месяцев я не держал ее в своих объятиях, не считая снов. За это долгое время, я стал монстром. Нина попросила не ходить на работу, предложила развеяться где-нибудь вдали от людей.
И вот я здесь, заливаю горе вискарем.
Где-то на столе трезвонит мой телефон, сижу, пялюсь в потолок, не обращая на него внимание. Пусть звонит — по хер не всех! Но телефон не унимается, упорно продолжая бесить меня. Подскакиваю с места.
— Разобью его сейчас на хрен! — злюсь я.
Хватаю гаджет в руки и не смотря на номер абонента, швыряю его в стену. Тот с грохотом ударяется в нее и валится на пол, но сука продолжает трещать, раздражая мои перепонки.
— Блядь! — ругаюсь, — Кто-бы это ни был, приеду и придушу скотину! — хватаю телефон и нажимаю на трубку.
— Кто посмел! — цежу свозь зубы.
— Темный! — слышу голос волка. Замираю. Сука, впервые замираю от его голоса.
— Ты? — задыхаюсь.
— Я! — спокойно отвечает этот ублюдок. Зачем он звонит? Жить надоело?
— Что тебе нужно? — окончательно отрезвев, злобно спрашиваю у него. Ведь неспроста он позвонил мне. На иронию и издевательство у него кишка тонка…
— Не мне! Алине! — теперь слышу дрожь в его голосе.
— Что с ней! — сердце перестает биться. Стою бледный как стена, в ожидании ответа.
— Ты нужен ей! У тебя мало времени. Я включил геолокацию, поторопись!
Смотрю на разбитый телефон, с которого доносятся короткие гудки, и никак не могу прийти в себя.
Что это было?
Что с моей Алиной?
Где она?
— Что застыл! — орет лев. — Шевелись!
Кажется, только сейчас организм запустил своею жизнедеятельность. Подрываюсь с места и запрыгиваю в свою машину.
— Котов! Быстро отследи последний звонок и подготовь «Колибри».
— Минуту! — говорит друг, не разрывая связи. — Майами! — отвечает он. Блядь! Я ведь был в этом городе! — Что там? Новая наводка?
 
— Нет, это ее действительное местоположение… — отвечаю с радостью в голосе.
— Как узнал?
— Волк звонил — это его номер… Направь туда Каролину срочно и по возможности сам прилети.
— Хорошо!
Несколько дней чувствовал опасность, и не мог найти причину беспокойства, но теперь все стало ясно. С Алиной беда! Меня потряхивает от волнения, но не могу понять от чего больше… Либо от того что я ее скоро увижу, либо от того что ей плохо…
Блядь! Что могло случится с ней?
Держись малышка! Я совсем рядом! Потерпи немного родная, и я скоро обниму тебя, прижму к своей груди…
Алина
Уже поздний вечер, а Ян все еще не вернулся. Начинаю переживать за него, мы не разлучались с ним на такое долгое время. Куда он ушел?
Наконец слышу позади медленные шаги, оборачиваюсь. Ян стоит бледнее стены.
— Что случилось? — испуганно спрашиваю его.
— Прости! — шепчет он.
Мое дыхание учащается, я еще никогда его таким не видела. Подключаю эмпатию и прихожу в ужас.
— Что ты наделал? — спрашиваю дрожащими губами, подскакивая с кресла.
Сходу ощущаю резкую боль в районе паха, и тут же чувствую как по ногам стекает жидкость, опускаю вниз голову — кровь.
— Господи! — колени подгибаются, и я падаю на пол.
— Алина! — кричит Ян. — Я рядом! Я с тобой! — его руки ложатся на мой живот. — Ева! — орет он.
— Ян, зачем ты сообщил ему? — спрашиваю сквозь боль. — Он же убьет тебя!
— Я не боюсь этого! — он приподнимет меня, а я корчусь от боли. — Черт! — ругается он, укладывая обратно. — Где болит? — его глаза бегают по моему телу.
— Везде! — признаюсь, потому что это действительно так. Я чувствую, как слабеет мое тело. Из меня будто жизнь выкачивают.
Роды начались.
— Алина! — Ева падает передо мной на колени.
— Все тетя! — сообщаю ей. — Это началось!
— Нет, нет, нет! — она берет меня за руку. Я чувствую под собой лужу крови.
— Все как в твоем видении, да? — спрашиваю ее. — Я именно так умру?
— Так, успокойся! — говорит она мне. — Живо возьми себя в руки! Это еще не конец! — успокаивает она и разводит мои ноги. — Ян! Не отрывай своих рук с ее живота и приложи все усилия, успокоить малышку! — тетя куда-то удаляется.
— Как блядь? — теряется Ян. Он в панике, его тело дрожит. — Спеть ей колыбельную? — спрашивает испуганно, но его руки не покидают моего живота.
Тая начинает сильнее пинаться, причиняя ужасную боль. Кричу во все горло. Черт! Я такого не выдержу…
— Ааа! — стону, сгибаясь.
— Чшш! — Ян склоняется надо мной и целует мой живот. — Малышка успокойся! Ты ведь причиняешь боль своей мамочке, а мы ведь не хотим ее потерять, да! — его ладони продолжают гладить округлость, успокаивая дитя. — Хочешь, забери мои силы, но оставь мамочку в покое, дай ей шанс подержать тебя на ручках, она ведь так тебя любит! — продолжает говорить он.
Это трогательно, мои щеки мокрые от слез, и его слова действительно работают. Мне хотя-бы дышать удается.
Неожиданно распахивается дверь, и я слышу рычание Темного. Он тут! Боже!
— Алина! — его дыхание перехватывает от увиденного.
Тем временем тетя возвращается с полотенцами и кувшином воды. Не обращая внимания на Тимура, приступает подготавливать меня к родам.
— Боже! — он падает на колени. — Что ты наделала? — его лицо бледнеет. По мимо своей боли, я начинаю чувствовать и его. Это не выносимо!
— Ааа — всхлипываю выгибаясь. Ужасные рези просто убивают меня. Ничего не вижу, дышать не могу…
— Алиночка дыши! — просит Ян. — Пожалуйста, детка дыши, я рядом! — он гладит мое лицо.
— Ян, верни руки на место! — требует тетя. — Продолжай разговаривать с ребенком. Темный! — теперь обращается к мужу. — Так и будешь у двери валяться? Или поможешь своей паре?