Босс на блюдечке (СИ)
На меня смотрят. Да, я прекрасно выгляжу, у меня замечательная фигура и гордая осанка, а еще шея, которой я особенно горжусь — но изучают меня не из-за этого. Каждый мой шаг сопровождают взгляды и шепотки, и я как на сцене, а раз так, то значит, нужно соответствовать: моя походка становится более плавной и чувственной, взгляд более мягким и выразительным, сама я — воплощенная нежность и грация. Вот тебе, к примеру, девчушка с осуждающим взглядом, и в следующей жизни не стать хоть вполовину такой привлекательной, как я. Вышагиваю как по подиуму, цокаю каблучками, миную проход со столами, уже добираюсь до раздачи, как совсем рядом раздается:
— Кажется, кто-то любит внимание?
Так и есть: Адам. Стоит в позе хозяина жизни, ноги вширь, руки в карманах, взирает сверху вниз. Охранникам пристало-бы вести себя поскромнее — о чем я и не замедлила ему сообщить. Ответ прилетает не совсем такой, как я ожидала:
— Ох, куколка, любишь ты ходить по острию ножа.
— Пока ничего острее твоего самомнения я здесь не видела, — парирую я, — а теперь будь любезен: либо вставай в очередь, если пришел сюда поесть, либо посторонись, чтобы не мешать другим.
Я указываю пальчиком на место, куда, по моему мнению, ему следовало бы отойти. Его глаза хищно сужаются. Будь он медведем, отгрыз бы мне не только палец, но и всю руку. Хотя нет, не медведем: он больше похож на большую пантеру с обманчиво завораживающими движениями — но суть та же: загрызет и не подавится. Уж ему-то я чем не угодила?..
9
Мы бы еще долго играли в гляделки, но позади нас раздался деликатный кашель. Выразительно задираю брови, мол, слыхал? Адам сверлит меня взглядом, но затем делает шаг в сторону, и я, наконец, получаю возможность пройти.
Проходит несколько дней. Я все также пытаюсь разобраться в документации, и когда скоропалительно решаю, что уже ознакомлена с основными сделками, Бессонов выгружает на стол еще одну кипу. В два раза больше предыдущей.
С Бессоновым у нас складываются напряженные отношения. Он не может мне простить выволочки от босса, я ему — его пренебрежения к моей просьбе, в итоге мы находимся в состоянии холодной войны и едва ли обмениваемся десятком слов в день. Что не мешает ему сплетничать обо мне во всех уголках этого здания. Сама я была бы не против познакомиться со своими коллегами из контрактного отдела, сидящими в опенспейсе, но Бессонов по вполне понятным причинам не торопится меня с ними сводить, первой же протягивать руку для знакомства я не желаю. Однажды, конечно, мне придется налаживать с ними контакт, но пока моя изоляция вполне терпима.
На четвертый день моей работы я наталкиваюсь на нечто необычное. Я несколько раз читаю название компании — она уже не раз фигурировала в качестве подрядчика ранее — но отчего-то сейчас название цепляет мой взгляд как заноза кожу. Я разгребаю завал прежних контрактов и сравниваю названия: вот оно! Если в предыдущих договорах компания называлась ООО «Rosno», то в последнем договоре сторона звучит как ООО «Roсno». Я внимательно сравниваю тексты далее, но нет, дело не в опечатке. При этом генеральный директор — одно и то же лицо. Сверяю реквизиты — они не сходятся. Нахожу пункт «Порядок оплаты», пробегаю его глазами — сроки еще не подошли, но…
Мне нужно в бухгалтерию.
Я хватаю оба документа и выхожу из кабинета, оставив Бессонова хмуро коситься вслед. Внутри меня бушует азарт, я словно гончая, что напала на след, и теперь мне не терпится найти и ухватить добычу за хвост. Бухгалтерию я нахожу быстро, а вот дальше возникают проблемы.
— Добрый день, — я подхожу к щуплому парнишке в очках с самой милой улыбкой, на которую я способна, — меня зовут Ксения, я новенькая из контрактного отдела. Я бы хотела уточнить кое-какую информацию по выплатам поставщикам, это возможно?
— Я… Добрый день, это… Вам к Ольге Никифоровне, главный бухгалтер — она.
Я пытаюсь не подать виду, какая досада охватила меня в тот момент: с женщинами нереально сложно иметь дело! Обвожу взглядом сидящих в кабинете, натыкаюсь на высокую сухую женщину со строгой прической. Зуб даю, она и есть. На всякий случай уточняю у парнишки и, получив утвердительный ответ, вновь рвусь в бой.
— Здравствуйте, — я повторно представляюсь и по второму уже кругу озвучиваю свою просьбу. Ольга Никифоровна бросает на меня насмешливый взгляд поверх очков, и я мгновенно понимаю, что мы с ней не сработаемся.
— По-вашему, мне нечем заняться, Ксения из контрактного отдела? — произносит она. Ей нет нужды повышать голос, но она это делает, и я знаю почему — змеиный клубок тут же отрывает свои головки от мониторов и навостряет ушки. Королевская кобра должна самоутвердиться, чешуйчатые рангом пониже должны это освидетельствовать.
Однако я тоже умею шипеть по-змеиному:
— Забавно, — притворно удивляюсь я, — вместо того, чтобы ответить мне «да, я могу вам помочь» или «нет, я крайне занята», вы интересуетесь моим мнением о том, есть ли у вас свободное время. Какой-нибудь неразобравшийся в ситуации человек решил бы, что да, вы действительно незаняты, раз находите время углубляться в такие вопросы с незнакомцем, — я делаю паузу для того, чтобы для всех дошел смысл сказанного, — но, к счастью, среди нас нет людей, которые делают выводы, не разобравшись в ситуации. Ведь так?
Дама багровеет. Я нажила себе еще одного врага — как хорошо, что во всем мире мне нужна только Эмилия, а уж она-то всегда будет на моей стороне, что бы я ни сделала или сказала.
— Так что насчет моей просьбы? — я добиваю Ольгу Никифоровну. — Или вам нужно поинтересоваться еще чьим-либо мнением? Я подожду.
У меня плохо получается налаживать контакт с женщинами. Вот и сейчас поверх линз плещется злость, пальцы на клавишах судорожно дергаются, явно отвечая импульсу мозга вцепиться мне в волосы.
— Пошла вон отсюда, прошмандовка! — рявкает вдруг главный бухгалтер. Я неподдельно округляю глаза: мне казалось, что в предприятия подобного уровня не набирают людей с рынка. Какое упущение с моей стороны. Она явно желает добавить что-то еще, — какое-нибудь сочное, особенно пикантное оскорбление, — но в последний момент одергивает себя.
10
Чертовски неприятно. И где мне теперь добыть нужную информацию? Я размышляю об этом до самого обеда — пока не вижу в кафе того самого паренька в очках. В голове мгновенно формируется новый план — но сначала нужно убедиться, что змеиного клубка рядом нет. Да, отлично.
Я забираю свой поднос и уверенно сажусь за стол напротив парнишки. Тот ошарашенно смотрит на меня с вилкой, не донесенной до рта. Повторяю свой фокус с улыбкой: у меня невероятно очаровательные ямочки на щеках и этим просто грех не воспользоваться.
— Я подумала, что мы даже не представились друг другу по всей форме, — скромно потупив глаза, сказала я, — я Ксения.
— Володя, — парнишка заливается краской и суетливо отодвигает со стола свои тарелки для того, чтобы я могла удобно разместиться.
— Спасибо, — благодарю я, — и… приятно познакомиться. Сегодня так неловко получилось в бухгалтерии…
— Да уж, — Володя издает короткий нервный смешок, — они потом после вашего ухода долго еще вам кости перемывали.
— Вот как? И… давай на ты. Надо же, — я «расстраиваюсь», — наверное, мне следовало держать язык за зубами? А так… обидела человека ни за что, ни про что.
— Так уж ни за что! — вскидывается парнишка. — И это она вас обидела, а не вы ее!
Говорю же, с мужчинами работать легче.
— Ты правда так думаешь? А то я уже хотела пойти извиняться.
— Не вздумайте! Тогда она решит, что была права и у нее есть полное право издеваться над окружающими!
— Что же мне тогда делать? Мне действительно нужна эта информация!
Володя сникает, и я понимаю, что сейчас можно перейти к другому этапу: вовлечению.
— Видишь ли, — я быстро осматриваюсь и склоняюсь вперед. Володя машинально повторяет мои действия, и я шепотом делюсь с ним своими подозрениями, — мне кажется, кто-то пытается обмануть руководство.