Заложница монстра (СИ)

Водитель делал вид, что его тут вообще нет. Сидел неподвижно и смотрел прямо перед собой. Если его босс применит в отношении меня грубую силу, он и пальцем не пошевелит. Потому что знает, что с ним может сделать Новак, если его разозлить.
Романа вывели из кафе, словно приговоренного к смерти из темницы. Он пытался сопротивляться, что-то кричал, но все было тщетно. Его подвели к машине. Матвей опустил стекло, придвинулся чуть ближе к двери. Посмотрел на Никонова, будто увидел его в первый раз, и понятия не имеет, что это за букашка перед ним трепыхается.
Я не видела лица Ромы, но судя по тому, что его одежда была измята, потрепать его успели. Хотела было пододвинуться к Новаку и посмотреть, что с лицом Никонова, но меня остановили, не сильно отпихнув обратно рукой.
— Надеюсь, что до тебя быстро дошло то, что я хотел тебе сказать, — безразлично заговорил мой персональный мучитель. — И ты не станешь больше тянуть руки к тому, что принадлежит мне. Иначе, лишишься своих конечностей. Я понятно объяснил?
— Д-да, — запнувшись, пробормотали в ответ.
А у меня от этого короткого диалога мороз по коже побежал. Матвей же ненормальный. И в самом деле способен на что-то подобное.
— Он больше ко мне не подойдет, — проговорила тихо. — Отпусти его.
— Ты думаешь, мне есть дело до того, что ты говоришь? — медленно повернув голову ко мне, спросил Новак. Взгляд его был черный и злой. Он еле сдерживался, чтобы не ударить меня. Я поняла это четко. Но и трястись от страха не собиралась.
— Нет, конечно, — сама не ожидала от себя такой смелости. — Но тебе, я думаю, не нужны лишние проблемы. Поэтому просто его отпусти. Повторюсь, он больше ко мне не подойдет.
Матвей прямо смотрел на меня. Буравил темным взглядом, будто хотел испепелить на месте. Но я никуда не исчезала. Продолжала принимать его вызов, несмотря на то, что прекрасно знала, чем он мне аукнется.
— Отпустите его, — все-таки решил прислушаться к моим словам Новак. — Надеюсь, этот идиот не будет и дальше испытывать судьбу. У меня нет достаточного количества терпения.
— Но, босс… — хотел было возразить один из бугаев, но его перебили:
— Ты хочешь поспорить? — Новак медленно повернул голову к окну и снова посмотрел на своих подчиненных. — Надеюсь, у тебя хорошая память. И ты помнишь, как пару месяцев назад, выведя меня из себя, собирал по полу зубы.
— Помню, — тут же стушевался мужчина.
Рому таки отпустили и он, не теряя времени даром, помчался прочь от машины, не оборачиваясь. Ему было больно, я прекрасно это видела. Прихрамывал на левую ногу, да и за бок держался.
— Завтра он не выйдет на работу, — сказал Новак, тоже смотря парню вслед. — И послезавтра. Можешь распрощаться со своим дружком.
— Он мне не дружок, — процедила раздраженно. — Мы вообще редко общались до сегодняшнего дня.
— А теперь вообще не будете.
Хотелось сказать что-нибудь едкое. Но я еще сохранила в себе хотя бы капли благоразумия. Поэтому промолчала. Чувствовала, что Новак готов к тому, чтобы снова меня унизить. И при этом он не будет испытывать ничего, кроме удовлетворения. Ему нравилось меня мучить. И с каждым днем, кажется, все больше. Зачем давать ему повод продолжать пытку, которую я всеми силами пыталась избежать.
— Я разузнал о состоянии твоей матери и брата, — после непродолжительного молчания, сказали мне.
Машина уже тронулась с места, оставляя позади немного растерянных мужчин, которые, судя по всему, планировали поехать с нами, но Новак решил иначе.
— Что с ними? — снова насторожилась я.
Если про брата мне почти ничего не было известно, то о состоянии матери я знала. Пока что оно было, мягко скажем, не очень.
— Скажем так, если твой брат в ближайшее время не выкарабкается, то мать пойдет вслед за ним. Стресс, болезнь, невроз… Все это сказалось на ней. Не сказал бы, что она вменяема. И станет ли вменяемой потом.
— Врачи ничего мне про это не говорили, — пробормотала. По спине побежали противные холодные мурашки. Если то, что говорил Новак, правда, то все еще хуже, чем я думала. А ведь казалось, что все начало потихоньку налаживаться. Пусть чуть-чуть, но все же.
 
— А что они тебе скажут? Окончательный диагноз пока не поставлен. Но у меня, как тебе известно, свои связи. И при мне никто увиливать от прямого ответа не станет.
— Босс, куда едем? — спросил водитель, когда мы выехали на главную дорогу.
— Домой, — бросил Матвей.
Мне сразу стало понятно, что он задумал. И если надеялась, что сегодняшний день закончится спокойно, то глубоко ошибалась. После того, как Новак увидел меня с Ромой, он бы не оставил меня в покое так просто. И сегодня он, судя по всему, в очередной раз решил на мне отыграться.
— Матвей… — неуверенно заговорила, все-таки надеясь воззвать к его разуму. Про сочувствие и сострадание умолчу. Он не знал таких слов. Что уж говорить о чувствах.
— Заткнись, куколка, — отрезал нервно Новак. — Я испытал из-за тебя жуткий стресс. И теперь тебе нужно его снять. Поэтому сегодня тебе снова придется отрабатывать. Надеюсь, ты в чулках? Если они на тебе — это заводит гораздо сильнее, чем если бы ты была в короткой юбке.
К щекам прилил жар. Нет, никакие чулки сегодня я не надевала. Но намек поняла. И он чертовски мне не понравился. Ясно, кем меня воспринимает Матвей. Еще немного, и я сама начну в это верить. Тогда мне самой от себя станет противно.
Машина мчалась по дороге, подрезая другие автомобили. Нам сигналили вслед и точно слали проклятия. Потому что водитель Новака решил поиграть в шашки. Я же просто хотела выбраться из машины. И было уже откровенно плевать, куда меня везут. Лишь бы вообще доехать. Зато Матвея, кажется, все устраивало. Сидел себе спокойно, смотрел в окно и о чем-то размышлял. На лбу появилась глубокая морщинка, взгляд прищуренный.
Я молчала до самого дома Новака. Даже смотреть на мужчину старалась вскользь, лишь случайно зацепившись взглядом. Но и этого хватало, чтобы мне каждый раз становилось не по себе.
— Вылезай, — приказали мне, и сами вышли из машины.
Мне ничего, уже в который раз, не оставалось делать, как последовать за Матвеем. И да, помалкивать. Потому как, если разозлить его еще больше, он наплюет на то, что я его игрушка, и таки точно мне что-нибудь сломает. Пока что каждый раз трещала моя душа, вот-вот готовая буквально осыпаться пылью под его ноги. У меня оставалось все меньше сил сопротивляться. Пусть внешне я и старалась оставаться невозмутимой.
Как только я выбралась из автомобиля, меня ухватили за руку, и потащили к нужному подъезду. Дорогу я уже знала. И лифт был мне знаком. Да и дверь, которая вскоре замаячила перед перепуганным взглядом, тоже была узнаваемой. А как хотелось забыть. Вообще все, хотя бы на день. Просто стереть себе память. Стать никем, не зная, кто я такая и что со мной сейчас происходит.
  
Глава 5. Куклы не плачут
 
На негнущихся ногах вошла в квартиру. Услышала, как за спиной захлопнулась дверь, и в замке провернулся два раза ключ. Вот и все, я снова в ловушке. И единственным моим выходом было — сигануть в окно. Обладала ли я такой смелостью, чтобы вот так лишиться жизни? Нет, в этом плане я была жуткой трусихой. А ведь кто-то именно в этом и видел единственный выход.
— Разденешься сама или мне подключиться? — спросили у меня.
Судя по звукам, Матвей уже стаскивал с себя пальто. Потом и ботинки сбросил. Меня же руки слушались плохо, поэтому пришлось приложить усилия, чтобы снять верхнюю одежду и обувь. Оборачиваться не хотелось. Я чувствовала, что Новак смотрит на меня, будто что-то выжидая. Решил, что я сама сделаю первый шаг? Словно провинившийся щенок, подползу к хозяину, поджав хвост?
— Ну что, детка, — снова заговорил Матвей, подходя ближе и кладя руки мне на плечи. Сжал сильно пальцы, причиняя боль. Я зашипела, но и тогда не сдвинулась с места. — Я надеюсь, сегодня ты будешь смелее. Язычок у тебя острый. Так покажи, насколько.