Дело о покушении на Чёрного карлика (СИ)

— Запишите всё это в протокол, — распорядился Марк и обернулся к сыщику. — Гранден, отправляйся в казармы и пригласи сюда капитана Дюбуа. Посмотрим, узнает ли он младшего брата.
— Стойте! — отчаянно закричал узник и дёрнулся, зазвенев цепями. — Не впутывайте сюда мою семью! Я давно не имею с ними связи и за всё отвечаю сам!
— Кто дал тебе приказ следить за Делвин-Элидиром? — процедил сквозь зубы Марк.
— Монсо, его зовут Жерар Монсо! Все приказы я получал от него и плату за услуги тоже!
— Где он живёт?
— На улице источника короля Анри. В доме купца Лудена на втором этаже.
— Гранден, продолжай допрос, и не забудь расспросить его об обстоятельствах убийства Монтефьоре. А я навещу этого Монсо. Надеюсь, он дома.
Улица источника короля Анри находилась чуть в стороне от Королевской улицы напротив площади, на которой возвышался, блистая белым портиком, храм Святой Лурдес. Она была довольно чистой и достаточно широкой, чтоб по ней могла проехать карета, потому что здесь жили состоятельные люди, богатые купцы, нотариусы и судьи королевского суда. Среди домов выделялись особняки знати, украшенные лепниной и выточенными из желтоватого песчаника полуколоннами. Завершалась эта улица маленькой круглой площадью, в центре которой стоял обнесённый белой каменной оградой источник, который стекал в круглую ванну из розового мрамора. По легенде именно из этого источника напился могучий король Марк Великий, а также напоил из шлема своего коня перед тем, как идти на битву, в которой он одержал первую победу над алкорцами, закрепив за собой равнину. На ней он построил первую крепость и нарёк её Сен-Марко в честь своего небесного покровителя. Однако именно его потомок Анри Золотое копьё, отстроивший новую крепость вокруг разросшегося города, обустроил этот источник и дал ему своё имя. Теперь из этого источника всё ещё черпали воду хозяйки из окрестных домов и, по слухам, она излечивала от кожных болезней и слабого желудка, если умываться ею и пить в течение месяца.
В час, когда по брусчатке этой улицы прогрохотали сапоги стражников, сопровождавших нескольких сыщиков и шедшего впереди барона де Сегюра, было ещё темно, хоть в небесах над острыми черепичными крышами уже зародилось глубинное сапфировое сияние. Свет от многочисленных фонарей, укреплённых на стенах домов и над ступенями лестниц, ведущих к дубовым резным дверям, падал на их суровые лица, а холодный ветер, проносившийся мимо, развевал их плащи и длинные волосы.
Марк знал, где находится дом Лудена, и потому уверенно прошёл по улице и, быстро взбежав по выщербленным ступеням крыльца, заколотил в дверь левой рукой, затянутой в замшевую перчатку. Ему открыла молодая женщина в сорочке, на плечи которой была наброшена шаль. Оттеснив её в прихожую, он вошёл и осмотрелся.
— Где Жерар Монсо? — рявкнул он так, что она испуганно присела, и невольно бросила взгляд на лестницу.
Не дожидаясь ответа, он направился туда, а за ним двинулись сыщики. Стражники привычно встали у дверей. Женщина, наконец, пришла в себя и кинулась следом за вошедшими с криком:
— Туда нельзя! Его нет дома!
Его действительно не было. Уютная квартирка состояла из крохотной гостиной, её большую часть занимал камин, в котором слабо тлели угли, маленькой спальни, куда вмещалась только старинная кровать под громоздким балдахином и большой сундук для одежды, и кабинет, где на столе, на полках, на этажерке и даже на подоконнике лежали книги. Не обращая внимания на причитавшую в отчаянии женщину, сыщики разошлись по комнатам, а Марк прошёл в кабинет и зажёг свечу на столе.
Осмотревшись, он увидел стопку исписанной бумаги и, взяв верхний лист, сразу узнал этот ровный красивый почерк с изящными завитками. Он принялся просматривать бумаги и вскоре нашёл папку, из которой извлёк рукопись. Прочитав первые строчки, он понял, что это черновик того самого памфлета, печатный вариант которого хранился в его сейфе. Он отложил его и взял со стола тетрадь в сафьяновой обложке. Она была исписана стихами и довольно неплохими. Он невольно принялся листать её, наугад выбирая стихотворения, а начав их читать, уже не мог оторваться, пока не доходил до конца. С желтоватых страниц на него повеяло щемящей грустью и сожалением об утраченном счастье.
 
Перелистнув очередную страницу, он вдруг заметил, что в дверях кто-то стоит и смотрит на него и, подняв глаза, увидел на пороге высокого мужчину в чёрном суконном кафтане с широким воротником из белого полотна, отороченного грубоватым кружевом. Мужчина был уже немолод, хотя его возраст можно было определить только по морщинам на гладко выбритом лице и усталому взгляду спокойных умных глаз. При этом он был совершенно лыс, и сжимал пальцами помятый берет из чёрного бархата.
— Отличный мадригал, господин Монсо, — произнёс Марк, взглянув на него.
— Вы же пришли не для того, чтоб читать мои вирши, ваша светлость, — негромко ответил тот и вышел в гостиную.
В камине разгорелся огонь, завораживая взгляд своим бесконечным танцем. Двое мужчин сидели в креслах, глядя на него и на то, как пляшут быстрые рыжеватые искры в хрустале старинного графина, в котором рубиново отсвечивало вино, и двух парных бокалах. Вино уже было разлито, но к нему никто не прикасался. Из кабинета и спальни слышались приглушённые голоса сыщиков, проводивших обыск и упаковывавших найденные доказательства.
— Я признаю, что это я нанял Артузо Монтефьоре и Этьена Дюбуа, чтоб следить за маркизом Делвин-Элидиром и кавалером Дэвре, — наконец, после долгого молчания произнёс Монсо.
— Зачем? — спросил Марк, не отводя взгляда от пламени в камине.
— Чтоб убить одного и свалить всё на другого. Это была только моя идея, и я платил этим двоим. Больше никто в этом не участвовал.
Марк перевёл на него задумчивый взгляд.
— Зачем вы это сделали?
Монсо сунул руку в карман и достал оттуда круглый медальон на золотой цепочке. Отцепив её от колечка на поясе, он положил медальон рядом с графином.
— Ради него.
Марк взял золотую безделушку и нажал на кнопку на ободке. Крышечка с тихим щелчком отскочила, и он увидел под ней искусно выписанную миниатюру — портрет юноши с кудрявыми каштановыми волосами и красивыми карими глазами.
— Это Альфред, мой единственный сын, — пояснил Монсо. — Моя надежда, свет моей жизни. Он так мечтал стать рыцарем… Но как может стать рыцарем сын книжника? Только став оруженосцем, совершив подвиги и заслужив свои золотые шпоры в бою. Я так молил его остаться, но он ушёл и погиб там, где-то далеко на востоке. Так далеко, что я не смогу даже навестить его могилу. Свет моих очей угас, и сердце моё умерло. С тех пор я мог думать только о нём и о том, что он так и остался неотомщённым. Из-за этого мира с алкорцами.
Марк положил медальон на столик между креслами.
— Он участвовал в последней кампании короля Ричарда?
— Да, он был оруженосцем рыцаря по имени Труве-Данон. Тот приехал ко мне после окончания похода и всё рассказал. Я был благодарен ему за участие, но разозлился на то, что он оставил убийц моего сына без возмездия. Теперь они стали друзьями и союзниками короля. Я не мог с этим жить. Кто-то должен был ответить за смерть моего сына.
— Почему Делвин-Элидир?
— Это он отвёл мечи наших рыцарей от алкорцев.
Марк какое-то время размышлял.
— Я не совсем понимаю, — наконец, произнёс он. — Война с алкорцами закончилась, так и не начавшись. Под луаром погибли всего двое, они были всадниками де Мерсера, родными братьями. Ни один из них не мог быть вашим сыном.
— Он погиб раньше, в восточных скалах. Его сразила стрела, когда войско проходило под стенами цитадели Девы Лардес.
— Тогда при чём здесь алкорцы и, тем более, Делвин-Элидир? Ваш сын погиб в первом походе, который происходил ещё до окончания перемирия с луаром. Направляясь в восточные скалы, мы старательно обходили земли алкорцев. Целью короля Ричарда был замок Повелителя теней и спрятанное там Алмазное сердце. Цитадель Девы Лардес преграждала нам дорогу к нему. Эта цитадель построена для того, чтоб защищать Алмазное Сердце, что и делали её рыцари. Никакого отношения к алкорцам они не имеют, альдор лишь номинально является их покровителем, но они ему не подчиняются.