Наследник (СИ)

Один раз она встретила панголина из загона, хотела его оседлать, но животное, испугавшись, ринулось через кусты.
Минут через десять Исидора увидела вдалеке белое пятно и остановилась, тяжело дыша.
— Тучка...
У одной из рощиц стояла лама Мидори.
С Тучкой Исидора встречалась не раз и даже порой гладила её по морде и приносила сена, но никогда не садилась на неё верхом, хотя Мидори как-то предлагала покатать.
— Ту-у-учка... — Исидора вытянула руку и осторожно пошла к ламе. — Тучка, иди сюда. Это я, Исидора. Ты же помнишь меня, крошка?
Лама замерла, перестав жевать, и с подозрением уставилась на неё.
Шерсть на одном её боку немного опалилась, но в целом Тучка не пострадала.
— Тучка... иди сюда... ну...
И лама пошла. Она узнала Исидору.
— Хорошая девочка...
Животное подошло ближе и, вытянув шею, уткнулось Исидоре влажным носом в ладонь.
Погладив ламу, Исидора кое-как вскарабкалась ей в седло и ухватилась за поводья. Мидори немного объясняла, как ими управлять, хотя Исидоре тогда было не особо интересно, и она слушала вполуха.
— Мне нужно в чайный домик, — прошептала она зачем-то. — Он во-о-о-н там, за тем холмом.
Лама вдруг повернула голову туда, куда показывала Исидора, будто услышала и поняла её.
— Мой друг в опасности, — продолжила шептать Исидора. — Я должна успеть помочь ему... это приёмный отец твоей хозяйки...
Тучка встрепенулась, чуть пригнулась и набычилась, будто рассчитывая нужную скорость, а потом рванула с места, да так рьяно, что Исидора чуть не свалилась с её спины.
Лама неслась, как ужаленная.
Она преодолела расстояние до чайного домика за считанные минуты, но когда тот показался вдалеке, Тучка резко остановилась и встала как вкопанная. Домик горел.
Исидора натянула поводья.
— Вперёд! Мы должны успеть! Там отец твоей хозяйки, Тучка! Ну! Давай, вперёд!
Лама фыркнула, снова пригнулась и помчалась дальше, в сторону домика.
Исидора была около него уже через пару минут, и то, что она увидела, повергло её в ужас. Десятки убитых на верхолётной площадке. Погибла вся охрана, выставленная Кириллом, но не только. Погибли и те, кто пришёл. Это были люди в красной форме Дома Ланне.
Осознание вдруг обрушилось на Исидору ледяным морозом.
Военный Дом Ланне!
Значит, это они решили убрать Дом Волкова, пока его глава штурмует Тафалар! А ещё это значит, что и самому Кириллу угрожает смерть. Его убьют прямо там, во время штурма, а вместе с ним — и всех его бойцов, все восемь боевых групп, включая Патона Саблина.
Исидора замерла в ступоре, но треск огня и искры над горящим домом вернули её к реальности.
— Господин Галей! — отчаянно позвала она. — Гале-е-е-е-й!
Исидора побежала к домику.
— Госпожа Волкова! Ольга Михайловна!
Никто из них не отзывался.Ни Галей, ни мать Кирилла.
В панике Исидора выкрикнула в небо:
— Отзовитесь! Кто-нибу-у-у-у-удь!
И тут в треске огня она услышала всплеск воды.
Озеро!
Исидора бросилась туда, на берег, утонувший в тумане, и маленький причал, а когда добежала, то увидела ещё более жуткую картину.
На берегу, измазанный в грязи, наполовину в воде, лежал Бажен Орлов. Он еле дышал и еле моргал, глядя в утреннее небо. Из его груди торчал окровавленный меч Фуми Галея. Этот легендарный меч Витязя Белого Ордена сложно было не узнать. Исидора столько раз видела его на тренировках, что помнила каждую деталь.
Только теперь часть его клинка была разбита, хотя это не помешало Галею вонзить меч в противника.
— Господин Гале-е-е-е-й! — опять позвала Исидора, оглядывая берег, окутанный густым молочным туманом.
Услышав её голос, Орлов повернул голову и, будто не веря глазам, посмотрел на Исидору.
Его губы задрожали.
— Ты... пришла... — По грязной щеке Орлова покатилась слеза.
Исидоре показалось, что он спутал её с кем-то другим, но потом Орлов произнёс её имя:
— Исидора... девочка моя...
Она шагнула к нему ближе.
— Я ведь твой отец... — ещё громче произнёс он, дёрнувшись всем телом. Его ноги булькнули в воде. — Исидора, я твой родной отец... ты слышишь меня?
 
Исидора замерла.
Волна ужаса охватила её сознание. Это чудовище не может быть её отцом!
— Я поручился за тебя в Академии... потому что хотел тебе успеха... ведь ты моя дочь, Исидора... скажи что-нибудь... Исидора...
Его грязная рука скомкала мокрый ил берега.
— Ты не спасёшь меня? Ты так и оставишь умирать своего отца? Исидора... скажи что-нибудь... Исидора... скажи...
Она ответила холодно и брезгливо:
— У меня уже есть отец. Его зовут Илья Гран. А вы для меня никто, господин Орлов. Никем и останетесь.
— Исидора... Исидора... — Его шёпот смешался с плеском волн и гулом пламени, в котором догорал чайный домик. — Исидора... Исидора...
Она повернулась к нему спиной и снова вгляделась в туман берега.
Судьбы Фуми Галея и Ольги Волковой были для неё дороже судьбы того, кто назвался её отцом.
В белой дымке Исидора наконец увидела тёмный силуэт — там, на правом берегу — и рванула туда, так и не обернувшись больше на Орлова.
Этот человек не был достоин того, чтобы она на него смотрела, лишь его умоляющий шёпот «Исидора... Исидора...» всё звучал в её сознании, и чтобы его заглушить, она снова позвала:
— Господин Гале-е-е-е-ей!
— Он здесь! — крикнули из тумана.
Это была Ольга Волкова.
Утопая по щиколотку в вязком иле берега, Исидора рванула на голос, и добежав, увидела наконец их обоих: Галея и Ольгу.
Женщина склонилась над телом учителя, колдуя над ним руками и приманивая волны озера. Над Галеем кружились капли воды, будто блестящий жемчуг. Они то прикасались к коже учителя, то снова взлетали вверх и создавали воронку.
— Милый Фуми... — шептала Ольга. — Прошу вас... боритесь... боритесь, что есть сил... я продержу вашу жизнь недолго, насколько смогу, но вы должны бороться... прошу вас...
Исидора опустилась на колени рядом с Галеем.
Она не хотела видеть, как умирает легенда Янамара, великий воин и целая эпоха. Умирает от руки бывшего ученика, который предал его когда-то, а теперь предал ещё раз.
Это было настолько несправедливо, что Исидору затрясло от гнева.
— Не-е-е-ет!!! — вскочила она. — Не-е-е-т! Мы не позволим ему умереть!
Она снова оглядела берег и крикнула:
— Тучка! Тучка, я нашла его!
Из тумана проверещали, а потом показалась лама.
В молочном тумане Исидора её не сразу разглядела.
— Тучка! Мы должны перевезти его в безопасное место!
Животное глянуло на умирающего Галея, видимо, оценивая его габариты, после чего фыркнуло и взвизгнуло на всю округу. Эхо прокатилось над озером, прогудело в лесу.
Через несколько секунд из тумана вышли два броненосца-панголины. На одном из них верхом сидела Юмико, сестрёнка Мичи. На втором — Шаман Ю. 
Юмико быстро соскочила с животного и бросилась к Галею. Девочка была Божественным Врачом, как Джанко, и подавала большие надежды в целительстве. На бегу её ладони покрылись всполохами зелёного огня.
— Учитель! — отчаянно позвала Юмико. — Нет, нет, нет!
Она приложила ладони к колотым ранам Галея на груди и со слезами прошептала:
— Учитель, миленький... учитель, это Юмико... вы нам ещё конфеты приносили... учитель...
Она всхлипнула. Её ладони вспыхнули ярче. Юмико старалась изо всех сил, но не могла остановить кровотечение.
И тогда к ней присоединилась Ольга.
— Давай, помогу.
— А вы умеете? — усомнилась Юмико.
— Я врач.
— Я тоже.
Они переглянулись и объединили усилия: Юмико смешала свой божественный огонь с водными каплями Ольги, и это было невероятное зрелище. Над Галеем разлетелись бисерины воды, горящие зелёным пламенем, завертелись в воронке, а затем опустились на его раны.
Исидора тем временем молилась о том, чтобы учитель выжил.
Она стояла на коленях и думала обо всех. О Платоне Саблине, о Кирилле Волкове, о Мидори Арадо, о Раде Бородинской... обо всех.