Злодейка для ректора. Книга 1 (СИ)

— Дайте вашу руку, — тянет он ко мне открытую ладонь. — Когда у вас проявилась магия?
— Только что, вы видели.
Ректор кивает, и сосредоточившись, гипнотизирует взглядом мою руку. Интересно, что он делает? Видимо, проверяет мою магию, но я абсолютно ничего не чувствую. Только тёплую руку ректора. Засматриваюсь на его ладонь с аристократически красивыми длинными пальцами. Прихожу в себя, только когда слышу его голос вновь:
— Я проведу проверку ещё раз, вы не против?
— Нет, делайте что нужно, — спокойно соглашаюсь я.
Рабочую атмосферу рушит неприлично громкое урчание из живота. Моего. Сейчас время обеда и, видимо, организм Велены не привык пропускать приёмы пищи, о чём и намекнул только что.
— Похоже, проверку придётся отложить, — говорит ректор, чуть улыбнувшись.
Я смущаюсь.
— Всё в порядке, я могу пройти её и сейчас, — настаиваю.
— Давайте сделаем по-другому, — ректор нажимает на странного вида кнопку, расположенную на столе. — За обедом вы мне расскажете все подробности. Что-то же помогло вашей магии “дозреть”.
Спорить дальше не рискую. В кабинет входит секретарь, и ректор просит принести обед сюда. Две порции. Мадам Битрикс бросает на меня осуждающий и обжигающий взгляд, но молча уходит.
Пока не принесли обед, я благодаря наводящим вопросам ректора рассказываю обо всём, что могло повлиять на магию. Он заинтересовывается случаем с артефактом.
— Я могу на него посмотреть? — спрашивает ректор.
— Конечно. Думаю, он ещё у Мадлен, но я заберу его и передам вам.
Ректор кивает и молчит.
— Может, вы мне расскажете чуть больше, — невинно хлопаю я глазами. Любопытно же. — Почему моя магия не огненная? Что мог сделать артефакт?
— Это именно то, что предстоит выяснить. Я ещё не видел такую магию, как у вас, — серьёзно смотрит он на меня.
Сильнее прижимаю к груди сумку. Пока не понимаю, хорошо это или плохо. Не хотелось бы привлекать к себе лишнее внимание. С другой стороны, меня не отчислят.
— Кстати, — как бы между делом говорит ректор, но взгляд на меня бросает цепкий. — Зачем вам понадобился этот артефакт?
Я не знаю, что ответить. Похоже, придётся сказать правду, вот только звучит она неправдоподобно. Набираю в грудь воздуха, но тут меня спасает открывшаяся дверь. Мадам Битрикс заносит поднос с обедом и относит на отдельный пустой стол, стоящий в кабинете. Она раскладывает тарелки и приборы, я вслед за ректором сажусь за тот стол. Благодарю секретаря.
— Приятного аппетита, — говорит ректор.
Немного смущает вот как обедать напротив него. Я решаю не задумываться об этом и утыкаюсь взглядом в тарелку с жареной картошкой. Но вдруг понимаю, как сильно на самом деле попала. Блузка всё ещё мокрая. Чтобы есть, мне придётся положить сумку. А в вещах Велены я так и не нашла бюстгальтера…
Решаю, что вполне могу и справиться одной рукой, а второй продолжаю придерживать сумку у груди. Медленно беру вилку.
— Вы так и не ответили на последний вопрос, — говорит ректор, плавным движением поднеся чашку с кофе к губам. — И эта сумка мешает. Что же вы не оставили её на том стуле?
Прежде чем я успеваю пискнуть, ректор движением пальца при помощи магии поднимает мою сумку в воздух, лишая меня последней защиты.
 Глава 22. Видеть то, чего нет 
Ректор закашливается, поперхнувшись кофе, поворачивает голову и отводит от меня взгляд.
Я смотрю на грудь, чтобы оценить масштаб трагедии. Может, уже немного высохло? Но нет. Всё осталось примерно так же. Закрываюсь пиджачком насколько могу.
— Вам по спинке постучать? — сочувственно спрашиваю я ректора, который всё ещё кашляет.
Вены на его шее вздулись от напряжения, а лицо слегка покраснело. Смотрит он куда-то вбок, но то и дело иногда искоса поглядывает на меня… на определённую часть меня.
— Адептка, вы… — начинает он и замолкает, прочищает горло.
— Опять скажете, что у меня неподобающий вид? — перехожу я в нападение. — Ну простите, не было времени привести себя в порядок, это вы провели меня вот так через пол-академии. Так торопились затащить меня в свой кабинет?
 
— Велена Эйрис! — он злится и наконец-то смотрит мне в глаза.
— Верните мне сумку, — дуюсь я.
— Вы могли бы сказать, — укоряет он меня.
Взгляд при этом смещается ниже, на губы. Ректор нервно облизывает свои.
— Как именно? — хмыкаю я. — Господин ректор, мою грудь видно, сделайте что-нибудь?
Он молчит. Я тоже. Очень неловкая ситуация, но меня она больше злит, чем смущает. Я надеялась изменить впечатление о Велене, в том числе у ректора. Хотела, чтобы он относился ко мне, как к надёжной и ответственной… Но теперь он по-любому при звуке моего имени будет вспоминать это…
Не везёт мне в последнее время. Из-за того, что я в теле злодейки?
— Хорошо, Эйрис, так уж и быть, — наконец, говорит ректор. — Раздевайтесь.
— Что? — тихо выдыхаю я.
Краснею почти до ушей и ищу путь к отступлению. За дверью секретарь, она же услышит и поможет, если я буду кричать? Ректор, конечно, горяч, но мне не нравятся мужчины, которые пользуются своим начальствующим положением.
— О чём вы думаете, адептка Эйрис? — прищуривается он и еле заметно улыбается.
— А вы? — осторожно спрашиваю я.
— Если я буду сушить вашу одежду прямо на вас, то кожа получит ожог. Будет больно, — объясняет он как маленькой.
И я бы поверила в его серьёзность и отсутствие дурных намерений, если бы он смотрел мне в лицо. До этого случая ректор не давал повода усомниться в нём. Могу ли я и сейчас ему доверять?
— Вы же отвернётесь? — не очень уверенно уточняю я.
— За кого вы меня принимаете? — на миг уголок его губ поднимается. — Идёмте, я покажу, где переодеться.
Ректор встаёт и показывает мне неприметную дверь у стены. Пропускает меня вперёд. Это оказывается санузел с душем. Прямо напротив двери зеркало, и я отлично вижу себя, точнее, Велену и ректора за спиной. Он задумчиво смотрит на меня через зеркало, снимает свой пиджак и набрасывает мне на плечи. Сразу оказываюсь прикрыта.
Он чуть дольше положенного задерживает руки. Это маленькое действие заставляет сердце забиться чаще, а в груди появляется странное волнение. Я утопаю в пиджаке ректора, чувствую терпкий аромат его одеколона. Мне приятно наконец почувствовать чью-то заботу. Да, всё дело именно в этом…
Ректор выходит, и только тогда моё напряжение спадает. Я снимаю блузку, запахиваю посильнее пиджак ректора, и выхожу. Передаю вещи. Глаза ректора на миг темнеют, когда он оглядывает меня. Кажется, зрачок снова вытягивается.
— Прежде всего я хотел бы попросить прощения, — говорит он. За то время, пока я переодевалась, видимо, он остыл и подумал. — Я должен был проверить состояние студентов после магической стычки. И помочь с одеждой.
Возникает ощущение, что раз он признал свою вину, то я могу попросить что-то в качестве компенсации. Только что?
— Адептка, вы можете пока поесть. А я высушу вашу одежду.
Киваю и сажусь за стол. И всё равно мне приходится придерживать одной рукой пиджак, чтобы он не распахнулся. Но с этим я справляюсь. Ректор возвращает одежду, и я быстро переодеваюсь в ванной. Друг на друга всё это время мы старательно не смотрим.
— Я опоздала на занятие, — скромно потупив глазки говорю я, когда он отпускает меня. — И это снова произошло из-за вас.
— И на что вы намекаете, адептка? — тон его голоса холодеет. — Вам напомнить, что магические бои запрещены и промокли вы именно из-за стычки с другими адептами.
— Тут нет моей вины, — возражаю я. Хотела как лучше, а в итоге только разозлила его. Не хватает мне умений Велены манипулировать. — А намекала я на то, что вы можете компенсировать то, что я пострадала сегодня. Раз уж признали, что тоже виноваты.
— И как? — он всё ещё недоволен.
— Помогите мне освоить магию, — поднимаю я на него невинный взгляд.
Ректор выдыхает. Изначально я хотела попросить снять самое первое предупреждение. Но поняла, что он не согласится.