Злодейка для ректора. Книга 1 (СИ)

Четыре кристалла двигаются, соединяются, и в месте их соприкосновения загорается огонёк.
— Велена? — слышится слегка искажённый мужской голос. — У тебя уже кончились деньги? Ты что-то натворила?
— Нет, всё хорошо… папа, — вспоминаю ректора, но мой голос меня почти не выдаёт.
— Тогда в чём дело? — раздражается отец Велены. — Говори быстрее, ты же знаешь, сколько стоят магические кристаллы!
— Мне надо сменить академию, — тараторю я. — Я не могу тут учиться.
— Ты хочешь замуж? — удивляется отец Велены.
— Нет. Я хочу другое учебное заведение, — повторяю я, подумав, что он не расслышал.
— Мы уже об этом говорили. Я не собираюсь отправлять тебя слишком далеко от наших земель, других вариантов нет.
Я хватаюсь за другую надежду:
— Я могу пропустить годик, а потом вернуться?
— Ещё раз, Велена Эйрис, — строго говорит он. — Ты или заканчиваешь Даркфилд и выходишь замуж за достойного нашему положению человека. Или вылетаешь и выходишь замуж за дядю Филипа, нашего соседа. У него много шахт и низкий титул. Он сватается к тебе с твоих двенадцати лет. Помнишь его?
Разумеется, не помню, но точно не хочу за него замуж.
— Я поняла, — обречённо вздыхаю я.
— Есть третий вариант: найди себе мужа в стенах академии. И после бросай учёбу. Раз ты всё поняла, я прощаюсь.
Белый огонёк на пересечении кристаллов тухнет, они разъезжаются по местам. Я с неприятным чувством в груди вынуждена признать, что план провалился. Остаётся или сбежать в полную неизвестность, или менять сюжет. Может, если я просто не буду трогать Катарину, то ничего со мной и не случится?
— Хэй, не грусти, — раздаётся мужской негромкий и расслабленный голос рядом.
Я вздрагиваю. Это женское крыло. И я не слышала, чтобы кто-то входил. Тут никого не должно быть.
Но он есть. Молодой мужчина в белых штанах и рубахе сидит на стуле, закинув ноги на мой рабочий стол.
— Вы кто? — нервно сглатываю я.
Маг? Призрак? Почему я не замечала его, пока он не заговорил?
— Я бог.
 Глава 7. Медвежья услуга 
Я молчу и только хлопаю глазами, не зная, как реагировать на такое заявление.
— От скромности не умрёте, — наконец, говорю я.
— И вообще не умру. А вот сколько тебе осталось — вопрос открытый, — задумчиво отвечает он.
Эти слова меня пугают. Он что, не врал? Нет, просто не может быть. С чего бы богу мне являться. Я встаю и подхожу прямо к сидящему на моём стуле мужчине.
— Если это какая-то шутка, то пора заканчивать, — отодвигаю стул, и он опускает ноги. — Это женская комната, уходите, а то позову… кого-нибудь.
Хватаю его за плечо, чтобы заставить подняться. Рука проходит сквозь него.
— Ай, полегче, — он морщится и трёт плечо. — Я очень чувствительный.
Вот теперь я верю, что я окончательно сошла с ума. Испытываю шок сродни тому, когда только оказалась в этом мире.
— Да расслабься, Вера, — тянет он. — Я пришёл помочь. Скоро уйду.
От этого небрежно брошенного моего имени холодок пробегает по спине. Он знает. Он и правда бог? А я его со стула выпихнуть пыталась…
— Простите, — сдавленно говорю я. — Как к вам обращаться?
— Хэлли. Один из трёх богов баланса этого мира. И можно на “ты”, я считаю, что все души по своей сути равны.
Я киваю и жду, что он скажет. Он встаёт со стула. Только тогда я понимаю, насколько он высокий — мне приходится задирать голову.
— Ты веришь в духов?
— Теперь да, — бормочу я. Теперь я готова поверить в кого угодно.
— Они могут тут иногда появляться. Особенно в местах скопления энергии, — будничным тоном, как будто рассказывает прогноз погоды, говорит он. — Так вот, не обращай внимания. Они безобидны, и люди из этого мира их не видят. Смотри, чтобы не решили, что ты сошла с ума.
Я активно киваю: полезная информация. Он продолжает.
— Постарайся выжить. Скоро тут будет твоя соседка, мне пора.
— Подождите, и это всё? — беспокоюсь я. — Может, подскажете, кого мне надо избегать? Или куда мне идти? Что делать?
— Ш-ш-ш, — он медленно подносит палец к моим губам. Я чувствую прохладу и не более того. — Тихо. Она уже здесь. Не разговаривай со мной. Веди себя естественно.
 
Дверь в комнату распахивается, и входит Тиона. Я понимаю, как странно выгляжу: стою столбом рядом со столом, смотрю куда-то в пустоту, задрав подбородок.
Хэлли медленно пятится, машет на прощание рукой и исчезает в стене. Сказать, что я всё ещё в шоке — ничего не сказать. Он меня бросил, так ничего и не объяснив!
— Всё в порядке? — спрашивает Тиона.
— Да, — нервно хихикаю я. — Задумалась. День был тяжёлый.
Медленно иду к своей кровати и снова утыкаюсь головой в подушку. Тиона разумно решает меня не трогать, хотя наверняка у неё много вопросов.
В остальном вечер проходит без сюрпризов. Я прихожу в себя, переписываю лекции. Рассказываю Тионе, что умею рисовать давно, просто скрывала. Якобы стеснялась. Она меня заверяет, что зря и что мне срочно надо всем хвастаться. Я не поддерживаю её энтузиазм, и она закрывает тему.
Перед сном я думаю о том, что надо держаться подальше от ключевых героев, и всё будет в порядке. В том числе и от ректора. От него особенно — ведь если я не хочу замуж за некоего Филипа, надо продержаться здесь.
Утром лекции, и на удивление они проходят спокойно. Я не встречаю в коридоре ни Дебиона, ни Катарину, и считаю, что день будет удачный. В обед я иду в столовую с Мадлен.
— Кстати, — вспоминаю я. — Я переписала лекции, спасибо. Могу вернуть.
— Как? — она аж останавливается. — Ты же никогда их не возвращала.
— Вообще никогда? — теперь я тоже несказанно удивлена.
— Да. Я пишу их за тебя, — хлопает она глазами.
— То есть, ты их не одолжила, а отдала? — уточняю я.
— Ты ведёшь себя странно в последнее время, — косится на меня Мадлен.
Я нервно улыбаюсь. Меня поймали. Она не должна догадаться, что вместо Велены с ней разговаривает уже кто-то другой.
— Я решила взяться за учёбу, — придумываю я, чем это объяснить. — Со вчерашнего дня.
— То есть, моя помощь тебе больше не нужна? — она хмурится.
— Нужна, — заверяю я. — Но лекции отныне я буду писать сама.
Мадлен молчит и о чём-то думает. Но уже вроде бы не считает меня странной. Я выдыхаю.
В столовой “подруга” спрашивает, что бы я хотела, и идёт за едой, оставляя меня за столиком. Мне некомфортно, кажется, что Мадлен выполняет роль служанки. Я бы лучше тоже постояла в очереди.
Успокаиваю себя тем, что свободный столик тоже надо сторожить, и принимаюсь разглядывать студентов. Точнее, адептов. В одном месте они кучкуются больше, и мне становится любопытно, что же там такое. Вытягиваю шею.
А там всего лишь парочка главных героев. Дебион показательно кормит с ложечки Катарину пирожным. Она мило жмурится и с наслаждением, как в рекламе, жуёт.
Я морщусь и отворачиваюсь. И ведь не смущаются совсем. Даже наоборот, будто напоказ это делают. А может, так и есть, ведь Катарине по книге важно закрепить своё положение.
Ко мне подходит Мадлен с подносом, и я забываю про эту парочку. Почему-то “подруга” выглядит очень довольной. Ухватила вкусное пирожное?
— Я всё сделала, — загадочно улыбается она. — Можешь не волноваться.
— О чём? — не понимаю я.
В следующий миг раздаётся взрыв, и я вздрагиваю. Кто-то вскрикивает, все смотрят в одно место. Туда, где сидела “сладкая парочка”. На их столике весело пляшет маленький огонёк.
Катарина стоит возле стола, закрывая лицо руками. Вся её верхняя половина туловища спереди покрыта чем-то зелёным. Вдобавок, видны ошмётки пирожного на шее и платье. Дебион кидается к ней на помощь, огибая стол. Он тоже зелёный, но меньше.
— Возьмите, это поможет Дебу. Вы его просто спасёте, — шепчет Мадлен и впихивает мне в руку флакончик.
Я даже не знаю, что ей сказать. Уже, в общем-то, поздно говорить, что не надо было вмешиваться. И не посчитает ли она опять такую резкую смену поведения Велены странной и подозрительной.