Воин Ордена Теней. Том I и Том II (СИ)

Рябинина такое отчитывание, как мальчишки, привело в чувства. Он решительно выпрямился и подошел к нам. Взглянул на девушку с жалостью, стараясь не смотреть ниже лица, где виднелась засохшая кровь. Кивнул, подавая мне знак.
Я ощутил как он призвал силу и она наполнила всё помещение. Мощный мужик.
Воевода немного отошел, чтобы не мешать. А я с сожалением прикоснулся к ледяному лбу. Мне нужен был физический контакт. Дух её уже ушел, как и вся жизненная энергия. Моя задача была в том, чтобы уловить слабый след последнего воздействия. Поймать затухающую искру и передать её в виде образа для поиска.
Тени отозвались недовольно. Когда поняли, что им предстоит хорошенько поработать, а не подкрепиться, пусть и неживой, но плотью в большом количестве. Те ещё жадные твари. Но каждый выживает, как умеет.
Неприятно. Смерть мгновенная, если повезет, но вот после неё остается осадочек. Иногда эмоции отделяются в отдельную сущность и остаются рядом, донимая окружающих. Смотря как человек умер. Девушка умерла плохо. Пусть в последний её миг ей подарили избавление от боли и покой, но до этого...
Слава богам, что я не соприкоснулся с духом, лишь эхом эмоций. Развеял их, чтобы никого больше не зацепило. Нашел даже не нить, а ниточку паутинки. Черная, отвратная, она тянулась далеко за пределы видимости. И уже растворялась. Мы едва не опоздали. Кто бы это не сотворил, силы у него было очень много. 
Я бережно подхватил след и передал Рябинину. Князя пошатнуло, но он справился. Магия загудела, переплелась со Тьмой и раскинулась поисковой сетью вокруг. Всеволод Митрофанович работал на пределе, неистово сплетая линии, укрепляя их и отправляя на поиски. Сеть накрывала город, разрастаясь с невероятной скоростью.
Я позабыл все мерзкие ощущения и наблюдал с восторгом. Вот это впечатляет! Князь удивил. Приступив к работе, он полностью сосредоточился и выкинул все ненужное из головы. Я следил за его действиями, удерживая темный след. И с досадой понимал, что до такого уровня мне придется долго расти. Посвяти я себя только этому, возможно и быстрее справлюсь. Но когда у меня было достаточно времени...
Отклик я и сам почувствовал, объединившись с князем. С трудом сориентировался по расстоянию. И сначала подумал, что ошибся. Но Рябинин хрипло подтвердил:
— Цитадель. Он прямо в сердце Цитадели. Боже, спаси нас. Он в главном храме, Вася...
  
Глава 19. Есть два стула... И оба дизайнерские, ля...
 
В холодном помещении сразу стало как-то жарковато. Князь, отпустив магию, немного осел, устало опираясь на стол. Воевода же наоборот оживился, как гончая, почуявшая свежий вкусный след. Да и у меня было такое же состояние. Враг близко и мы точно знали, где он.
— Сева, мы возьмем твою машину, — не спросил, а констатировал факт Бутурлин, даже не глядя на Рябинина. — Я вызову тебе такси.
Как отреагировал князь на такое, никто из нас не посмотрел.
Мы, не сговариваясь, вместе рванули на выход. Князь на прощание оставил слабую связь, связующую нить, ведущую к цели. Удерживать чужую магию, ярость и желание разорвать кого-нибудь на мелкие части боролись во мне, подгоняя. Я не думал о месте, только о возмездии.
Водитель послушался без отдельного указания от хозяина. Хватило наших перекошенных рож, чтобы он газанул с места. Нас вдавило в кожаные сидения. Я опустил стекло, вдыхая чуть похолодевший к вечеру воздух. Воевода застыл каменным изваянием, в нем тоже бурлило и стремилось наружу столько чувств, что я ощущал их физически.
— Макс, — заговорил он спустя несколько минут. — Если он в храме, то тебе придется пойти туда одному. Выманить наружу.
— Почему? — я не возражал против такого плана, но был удивлен.
— Я... Витязи не могут войти туда. Нам... Да чтоб тебя. Я тебе выдаю одну тайну за другой, а даже клятвы не взял о неразглашении. 
— Я могила! В смысле ничего... А, воевода, давайте уже без прелюдий. Вы знаете мои тайны, я ваши. Причем, заметьте, я гораздо меньше. Так что не будем время терять на реверансы.
 
— Вот умеешь же ты выражаться прилично. Сумбурно, но прилично, — взял короткую философскую паузу Бутурлин. — Если кратко, то витязей, скажем так, магически модифицируют. Алхимия, артефакты и зелья. Это дает силу, даже неодаренному, такую, что с ней мало кому справиться можно. Пусть это предназначено для нечисти, но люди...
— Люди всегда боятся силы, — закончил я, когда воевода замолчал, подбирая слова. — Вам запрещено входить в храмы?
— Не запрещено, невозможно. Защита не пропускает. Чисто теоретически, я могу. Будет громко, больно и с поднятием тревоги. Но я никогда не пробовал, так что точно не знаю. Да и, честно говоря, не хотел бы даже в данной ситуации вступать в прямой конфликт с церковью.
Он говорил отрывисто, пытаясь фильтровать сказанное, но торопился и выдавал всё, как есть. Мне это понравилось. Хорошо, когда говорят прямо. Ещё бы до конца...
— То есть мне можно вступать в этот конфликт? — уточнил я серьезно.
— Какой? — кажется, испугался он, но тут же опомнился: — А, нет. То есть у тебя конфликта не должно возникнуть. По идее...
— Хмм, поясните, воевода.
Нет, конечно патриарх сам приглашал зайти и поговорить. Но вроде не в таком контексте... Ладно, в божественной магии, которой был пропитан весь город, я не чувствовал ничего враждебного. Но вломиться в церковь и обвинить её в укрывательстве темного? Мне показалось, что это идея не очень. Проще говоря, херовая это идея.
— Патриарх уже проверил тебя. И, если бы было хоть малейшее сомнение, поверь... Конфликт уже завершился бы.
Нда, а если во время проверки во мне было ноль магии? Чёрт, это нехорошо. Глава церкви сильный менталист, судя по тому, что он со мной проделал. Эмпат ещё мощный, наверняка. И это помимо божественной силы. Стоит ли того затея?
Перед моими глазами всплыло лицо девушки. Застывшее, словно высеченное из мрамора. Истерзанное тело и витающие эмоции... Да пошло оно всё! Я поговорю с патриархом, пусть сосчитает меня, я не стану сопротивляться. А если это не поможет, то значит я в нём сильно ошибся. 
— Вы можете с ним связаться? — я с усилием вернул хладнокровие.
— К сожалению, не напрямую. Если тот, кого мы ищем, внутри, значит ему помогли. А значит...
— Значит никому доверять нельзя.
Вот на этом рушится многое. Самая выверенная система начинает шататься, как только возникает капля недоверия. Малейшее сомнение в людях и всё, покатилось в бездну. Надо было номерок у патриарха взять. Зараза, телефон!
Мы мчались по улицам, солнце сверкнуло последними яркими лучами и прыгнуло за горизонт. У меня был план, но в нём участвовало столько неизвестных, что проще разнести Цитадель. Позволив себе внутренне оторваться и сравнять всё с землей, я немного успокоился и собрался.
Воевода нервничал. Первый раз я видел его в таком состоянии. Все эти крики, красные рожи и ругательства, что были до этого момента, ерунда. Часть образа жизни и поддержание репутации. Сейчас он молчал, что гораздо хуже. Просчитывал, как обойтись без жертв, огласки и последствий. И не оскорбить церковь.
Вдвойне плохо, что в этом мире не было ментальной связи. Орнул мысленно и тебя сразу поняли. Тоже непростое дело, но упрощающее ситуацию вот как раз в подобных моментах. Пусть мой наставник и говорил всегда, что мне нельзя это делать. Люди седеют, видите ли. Ну так он ещё до меня седой был. А остальные... Не видел я их до этого, так что не факт.
— Давай только осторожно, — попросил воевода. — Насколько это будет возможно. Макс, я так же, как и ты, видел с кем мы имеем дело, но церковь...
— Да не трону я её, — поморщился я. — Воевода, клянусь свя... Короче, что не сделаю ничего, кроме необходимого. Закрыли тему.
Я злился, он злился, нормально. Сделать то, что нужно — вот это мне понятно. Я переключился на азарт, хорошее чувство. Найти и обезвредить, пока не пострадал кто-то ещё. Вокруг моих рук сплетались Тени, вызванные жаждой действия. Вот это им было по нраву, сейчас они питались мной. Тем, что я ощущал, чего хотел.