Чужая дочь (СИ)

- Дерись! Отвечай мне, как мужчина!  Почему ты  не даёшь сдачи? – воскликнул Эйнар. – Я не могу бить того, кто просто опустил руки!
- Потому что ты прав: моя вина, что Русану похитили, - глухо ответил Колин. – Я должен был подумать о её безопасности. И когда отправлялся в рейд, должен был послать в Замок охрану. Пусть это противоречило обычаю, пусть! Зато моя Ана  осталась бы невредима. Бей, сын, я заслужил.
- Ты врёшь! Если её украли, почему за столько лет ты не нашёл маму?  Почему не пришёл за нами???
- Я искал! Вся Страна искала, -  ответил Колин. – Мы перевернули каждый камешек, заглянули под каждую ветку! Ни малейшего следа, Эйнар! Ни одной эманации! Словно Ана просто растворилась в воздухе. Как мы выяснили недавно, по сути, так и получилось: реал унёс мою жену порталом, который втянул за собой остатки магического отпечатка. Я виноват, мне в голову не пришло, что Ану могли украсть имперцы!
- Ты врёшь! Зачем империанам красть  дэвасс, если их с большой охотой поставляют в Империю сами дэвсы?? Ты продал мою мать в алеи! Чем она тебе не угодила?  - и Эйнар снова набросился на отца с кулаками.
Ингвар еле сдерживался, понимая, что не имеет права вмешиваться в происходящее.  Наверное, Колину так легче – физическая боль притупляет боль сердца. Но насколько было бы проще оглушить парня, унести его в Страну и там, постепенно, рассказать ему всю правду?
- Дэвсы  не продают своих женщин, - волхв стоически выдержал все удары.
- Откуда тогда в гаремах берутся дэвасски? Ни одной империанки там нет, только ваши женщины, которых вы «никогда не продаёте»!
Эйнар не знал, что  ему делать: много лет он мечтал встретить отца и бросить ему в лицо обвинения.  Посмотреть в лживые глаза предателя и высказать ему своё презрение. Он предполагал, что  дэвс начнёт оправдываться, обвинять мать, дескать, плохо себя вела, или что-то в этом роде. Ждал, что он  может ответить не кулаками, а магией.  Но к тому, что родитель покорно примет побои и станет отрицать сам факт продаж дэвасс  в Империю,  оказался не готов. Ведь виновные ведут себя не так! И трусы  не терпят удары, не признают, что заслужили их.
А ещё – этот дэвс, назвавшийся его отцом, даже не попытался защитить себя магией.
Мог бы одним движением скрутить его, Эйнара. Мог вложить в его голову новую информацию, мог приказать убить реала...  Но вместо этого он позволяет себя избивать!
Парень отшатнулся, на мгновение прикрыв глаза – больно! Как же ему больно – в голове словно лопнула туго натянутая струна.
И тут же перед глазами  пронеслось видение – он, маленький, года четыре или около этого.  Напротив него мама. Она нежно обнимает его, целует.
- Сынок, как же ты вырос!
- Ты тоже! – он с удивлением смотрит на большой живот матери. – Ты болеешь?
Они не виделись несколько месяцев, и за это время в её облике  произошли существенные изменения.
- Нет, глупый, - смеётся она. – Там твой брат или сестра.
- Мой брат? – мальчик поражён. – Как он туда залез? Он прячется?
- Он просто ещё не родился, - мама снова притянула сына к себе, обняла, оплетая руками, прижала к животу.
И в это мгновение Эйнар почувствовал, как его что-то толкнуло. Ещё раз!
- Ой!!!
- Это твой братик или сестричка поздоровались с тобой!
Стало интересно.
- Мама, а когда он родится? – ребёнок рассматривал круглый живот, по которому время от времени словно бы волны проходили.
- Скоро, мой хороший. И когда он родится, мы с тобой будем свободны. Мы уедем далеко-далеко! К нашему папе.  Знаешь, как он нас любит? Сильно-сильно!
- Если он нас любит, тогда почему  никогда к нам не приходит, почему не заберёт нас к себе?
- Потому что он нас не может найти. Но папа  ищет, очень ищет, - глаза матери затуманились. – Скоро мы будем опять вместе.
- Мама, я не хочу жить с лирой Томи, я хочу жить с тобой!
- Потерпи ещё немного! Скоро мы больше никогда не расстанемся.
Это был последний раз, когда он видел свою маму.   Эйнар ждал  каждый  день, что его отведут к маме. Старался не  сердить лиру Томи, но время шло, а за ним никто не приходил: ни мама, ни потерявшийся отец.
 
Позже ему расскажут, что мама умерла вместе с новым ребёнком, а отцу он не нужен.
Эйнар вынырнул из воспоминаний, взглянул на избитого дэвса.   И снова задохнулся от невыносимой боли.
Как он мог забыть, как мама говорила об отце?!  Если бы тот её продал, она не отзывалась бы о нём с такой любовью и надеждой.  Значит, отец не предавал их? Но как же тогда...
Молодой мужчина обернулся на реала, впился в него взглядом – как понять, где правда? Кто его обманывает: свалившийся  на голову дэвс, фактически назвавшийся его отцом,  или  реал?  Имперец,  которого он знает всю сознательную жизнь  или чужак, которого он видит первый раз в жизни?
Боль всё нарастала и нарастала, в какой-то момент став невыносимой. Эйнар  обхватил голову ладонями и застонал, не в силах с нею справиться.
- Тише, сынок! Я с тобой, я рядом, - сквозь вспышки боли парень почувствовал, как  сильные руки  дэвса обхватили его, прижали к мокрой от крови рубахи. –  Не сопротивляйся... выпусти то, что грызёт тебя изнутри! Выпусти, я помогу!!!
В голове лопнула вторая «струна»,  и Эйнар закричал, подняв лицо к небу.  Что-то вырвалось из него, что-то огромное и бушующее. Вихрем пронеслось по  пространству внутри кокона, подбросило вверх, а потом швырнуло, словно сухие палки,  второго дэвса и реала.  Он хотел поддержать правителя, но новая вспышка боли  почти лишила его зрения и бросила на грань сознания.
Эйнару казалось, что его выворачивает наизнанку,  что ещё немного, и он перестанет существовать. И почти ждал этого, почти готов был сдаться... 
Но сильные руки избитого волхва каким-то чудом удерживали обоих  в  сознании и вертикальном положении.
 А вокруг бушевала буря, сверкали молнии,  под ногами что-то громыхало и  вспучивалось, словно они очутились в эпицентре землетрясения.
- Так, сынок, так! Ты молодец, - шептал  волхв, - почти всё. 
И вправду, постепенно воздух под куполом успокоился, стало светло и тихо.   Молодой дэвс  потрясённо взирал на полностью очищенную от травы и кустов  поверхность земли.
Это что такое было, а??
Отряхиваясь от пыли, показался второй дэвс. Выглядел он так, словно несколько дней тяжело работал, при этом совсем не ел, не спал и не отдыхал.
- Колин, я думал, не удержу кокон, - усталым голосом произнёс  мужчина и просто сел прямо на землю. – Ещё и реала надо было спасать – клятва ж! Это то, что я подумал?
- Да, - счастливым голосом ответил Верховный. – Инициация. Ты видишь, Ингвар? Видишь??
- Вижу, но, Колин, - дэвс покачал головой, - гросс тебя подери, он нас едва не убил... Ничего себе, потенциал у парнишки!
- Так есть в кого! – перемазанный подсохшей кровью, весь в синяках и потёках грязи,  волхв просто светился от радости.
Парень переводил взгляд с одного дэвса на другого, пока его внимание не привлекли странные ощущения в организме. Он насторожился, потом замер и, почувствовав отзыв, опешил.
- Я, что... это магия? Я  не бездарь?? – молодой дэвс потрясённо смотрел, как раскуроченная земля начинает покрываться травой. – Я всего лишь подумал, как было бы хорошо, если бы я мог всё исправить...
- Да, сынок, ты маг! Сильный маг, который унаследовал дар и от матери, и от отца. Твоя инициация запоздала лет на двенадцать, поэтому  выброс был такой силы. Но теперь всё постепенно наладится, я всему тебя научу, - Колин приблизился, намереваясь заключить  парня в объятия, но тот уклонился.
- Спасибо за помощь, но я не уверен, что готов вот так, по щелчку пальцев, забыть всё, что было раньше  и поверить вашему рассказу.
- Эйнар, я откроюсь тебе – смотри сам! – с этими словами волхв схватил парня за руки и скрестил с ним взгляды.
Ингвар мысленно ахнул – слияние сознаний!
Верховный пустил сына в свою голову, позволяя увидеть всё, что произошло на самом деле.  Безотказный способ, если нужно доказать свою невиновность. Правда, там есть побочный эффект – сортировать воспоминания невозможно, как невозможно  что-то  из них запретить  к просмотру.  Невольно сын  узнает  об отце всё – как хорошее, так и плохое.  Но был и существенный плюс – при помощи слияния сознаний  можно не только узнать истинные помыслы, но и обменяться знаниями. Теперь  Эйнар будет знать всё, что знает Верховный, а это огромный багаж и неоценимое подспорье. Особенно для выросшего в чужой стране мальчика.  А Колин... Колин увидит всё, что происходило с его сыном.