Пятое правило дворянина (СИ)

Да, мощь рода Владыкиных была Игнатьеву известна. Вряд ли, конечно, герцог имел подобные намерения, он пока еще не выжил из ума окончательно, но чисто теоретически...
— Вот видите, вы уже задумались, Яков Дмитриевич, — хохотнул Бирюков. — А ведь это только начало. При желании в эту цепочку можно много людей и любопытных фактов подтянуть. Вам ли не знать?
Ворон задумался. В его голове вихрем проносились мысли, которые и в самом деле выстраивались в занимательную цепь фактов, которые можно выгодно обыграть.
Взять для начала ту историю с Таганцевой, в ходе которой был убит Лев Сергеевич Новиков. Никакого сомнения в том, что с ним расправился Соколов у Ворона не было. В любом деле для начала нужно смотреть кому это было выгодно, а здесь и ходить далеко не нужно. Спасал свою белокурую сучку.
Но можно ведь и по-другому это дело перевернуть. Что если не Таганцеву он пытался от беды спасти? Что если погибший Новиков выяснил о заговоре? Что если там и Таганцева участвовала? Вот покрывали друг друга — Соколов, Владыкин, девка эта... Как только бедолага Лев Сергеевич пронюхал об этом, так тут же был убит. Почему до убийства молчал? Так факты собирал, все ведь понятно...
Может быть и семейку Салтыкова сюда приплести, как пострадавшую сторону. Мол, заговорщик расправу учинил, вместе со своим подельником Верховцевым, которому за помощь блага были обещаны от Владыкина...
Да и ведет себя Соколов как свинья в огороде. Сколько имущества у бедных дворян отхапал... Может быть оно, конечно, раньше его роду принадлежало, так и что с того? Отнято ведь все по закону было.
Хмм... Картинка-то выстраивается, между прочим. Даже интересно.
— Скажите, Порфирий Григорьевич, а вам лично зачем все это нужно? Только не говорите, что вы здесь ради того, чтобы меня обратно в кабинет главы тайной канцелярии усадить.
— Ну что вы, герцог, вы меня даже обижаете, — усмехнулся Бирюков. — Разве стал бы я такие игры затевать не имея собственного интереса? На самом деле все просто. Мне за это обещана солидная сумма, которой я готов с вами поделиться.
— Какова же цифра?
— Большая. Полтора миллиона, — ответил тайный советник. — И я могу вам предложить равные доли — каждому по семьсот пятьдесят тысяч. Вы поможете со своей стороны, а я со своей. Учитывая возможности друг друга, я думаю нам вполне по плечу эта задача.
Бирюков был прав, деньги и в самом деле были немалые. Этой цифры ему уж точно хватит на беззаботную старость. Можно даже в кабинет не возвращаться от греха подальше — все провернуть и на пенсию. Ну ее к черту, эту должность.
Ох... Именно этого и боялся Игнатьев. Дело ему и в самом деле начинает нравится. К тому же и схема подходящая вырисовывается.
— И кому так сильно насолил Соколов?
— Герцогу Теряеву. Он хочет отомстить за смерть своего сына.
Да, о том, что именно виконт разделался с молодым маркизом, Ворон конечно же знал. И почему разделался ему также было известно. Что же, желание герцога ему понятно.
— Понятно, — ответил он. — В таком случае все становится на свои места. Такие деньги у герцога есть, в этом я не сомневаюсь.
— Кстати, я тут подумал, — сказал Бирюков. — Сын Теряева очень хорошо вписывается в эту историю. Как вы считаете? Ну а что — молодой маркиз узнает о преступном замысле вредного виконта, имеет намерение доложить об этом, но героически погибает от пуль кровожадного Соколова. Как вам это нравится?
— Ну, в принципе, — усмехнулся Игнатьев. — Как еще один кирпичик — почему бы и нет...
— Яков Дмитриевич, я смотрю вы там уже целую обвинительную стену из кирпичей выстроили, — рассмеялся Бирюков. — Даже не представляете, как приятно общаться с человеком, который понимает тебя буквально с полуслова.
Тем временем Ворон продолжал размышлять над всем этим делом и чем больше он раздумывал, тем все сильнее оно ему нравилось. У него от возбуждения даже мурашки по спине забегали. Дело-то может выгореть. Очень даже может.
Самое главное, чтобы выстроить все точно и не ошибиться нигде, а в остальном... Владыкины со своими капиталами и крепкой дружбой между графом и виконтом... Смерть Новикова... Убийство Теряева... Салтыкова с сыном сюда приплести... Кстати, от Салтыковых можно еще и денег попросить за счастливое избавление от молодого гаденыша. Кстати о последнем можно Бирюкову и не говорить ничего, пошел он к черту.
 
Вишенки на торте не хватает, чего-нибудь этакого, чтобы сразу било в десятку. Хм... Может быть разговор фальшивый записать с откровениями Соколова и его планами на счет убийства Николая Александровича?
Хорошая мысль, кстати. Нужных специалистов он найдет вообще без проблем, голос чей угодно сообразят... Вот тебе и нужная вишенка, а остальное дело техники.
— План и в самом деле неплохой, Порфирий Григорьевич, — сказал он после того, как все взвесил.
— Я так и знал, что он вам понравится, — отозвался тайный советник.
— Нужно только все это дело завертеть до того момента как я уеду в Японскую империю, оттуда будет сложнее.
— Мне нравится ваша хватка, Яков Дмитриевич. Все-таки не зря вы столько лет занимали такой ответственный пост, — Бирюков вновь достал носовой платок и вытер пот с лица. — У вас есть соображения насчет всего этого?
— Соображения? Маркиз, соображения — это слишком мелко. У меня уже практически есть приговор...
  
Глава 9
 
Никаких интересных трофеев от нападавших не осталось. Вообще ничего. Даже посох, которым угрожал мне людоящер-маг, и тот сгорел.
С нашей стороны обошлось без потерь. Ранили лишь одного целителя из группы поддержки, но парни быстро поставили его на ноги, избавив от яда, которым был смазан наконечник копья.
Кстати, яд был довольно сильным. Ему понадобилось всего мгновение, чтобы тело Мироходца практически полностью посинело. Минута промедления и у нас был бы минус один человек.
Покончив с осмотром, мы двинулись вперед. Наш дальнейший путь лежал через джунгли и это было то еще испытание. Мало того, что от Модулей не было никакого толка — экраны были забиты сотнями зеленых точек. Так еще и невыносимая духота выводила из себя.
Все были одеты в тактические костюмы и кольчуги, которые все время хотелось снять. Правда вряд ли это чем-то могло помочь — слишком жарко. Думаю, у всех было лишь одно желание поскорее выбраться из этих адских зарослей.
Кроме всего прочего, вокруг царила какофония из самых разнообразных звуков, которые изрядно сбивали с толку. Кваканье, шипение, чавканье, бульканье... Все время казалось, что сейчас на тебя кто-нибудь выпрыгнет из-за ближайшего дерева.
— Долго нам еще, как думаешь? — спросил я у шагающей позади меня Василисы, разрубив очередные преграждающие путь лианы.
— Не близко, — мрачно ответила она. — Да мы и не прошли-то еще толком ничего. Тысячу шагов от силы.
— Мне кажется, что мы целый день через эти заросли гребем, — сказал Минин, который шел рядом со мной.
Сазонов со своей группой вырвался немного вперед, буквально шагов на пятьдесят. Однако этого было достаточно, чтобы некоторых из них мы потеряли из вида — слишком плотно здесь росли деревья.
А еще очень надоедал густой туман, который был здесь повсюду. Необычный, желтовато-серого цвета... После него на лице оставался тонкий слой какой-то дряни очень похожей на слизь. Просто мерзость какая-то!
Вдруг мне показалось, что справа от меня мелькнул какой-то силуэт. До него было недалеко, буквально шагов двадцать... Я остановился и внимательно посмотрел по сторонам, но ничего подозрительного не увидел. Твою мать, как же мешают эти идиотские звуки!
— Я что-то видел, — громко крикнул я, привлекая всеобщее внимание. — Смотрите по сторонам повнимательнее! Мне кажется, здесь кто-то есть.
— Да тут полно всяких тварей, если ты об этом, — прорычал Минин. — Мне одна, кажется, за шиворот только что залезла.
В этот момент впереди раздался чей-то крик и кричали явно от боли.