Пятое правило дворянина (СИ)

— Каких носилок? Вокруг одни камни, кусты и трава, — сказал я. — Пока будем искать из чего их сделать, целый день пройдет. На плечах будем нести.
— До джунглей я его левитировать смогу, ну а там уже сами, — сказал аэромант. — Между деревьями я им точно маневрировать не смогу.
— Отлично, — кивнул я и вдруг услышал какую-то возню в близлежащих кустах.
Мне кажется или я и в самом деле слышу голос Тосика? Я подошел поближе и увидел плюшевого, который усиленно пытался вытащить что-то из густой листвы. Он пыхтел, упирался, вот только что именно он пытался тащить я рассмотреть не мог. Интересно, как он выбрался из Рюкзака незаметно для меня? Вот же засранец маленький!
— Ты когда вылез вообще? — спросил я у него.
Разумеется, Тосик был слишком занят, чтобы тратить время на ответ.
— Что ты там поймал?
— Крокодил карамба! — пропыхтел плюшевый.
Я присмотрелся и увидел, что в его лапах и в самом деле чей-то хвост, который был практически не заметен на зеленом фоне.
— Кто-нибудь видит, кого он там тащит? — спросил я у ребят.
Подарина взмахнула рукой и в лапах Тосика появился темно-серый силуэт существа, очень похожего по форме на ящерицу. Следующий шаг сделал Воронов, который был близком знаком со стихией земли. Короткий взмах и ящерица замерла, превратившись в камень.
— Карамба! — победно заорал плюшевый и потащил ящерку в мою сторону.
— Стоп, погоди! Ты куда его тащишь? — спросил я, предчувствуя неладное.
— Рюкзак карамба! — ответил Тосик таким тоном, как будто это было очевидно.
— Ты охренел? Зачем она нам нужна?
— Барон Димир! Крокодил карамба! «Полицию Москвы» карамба!
Я смотрел на плюшевого и не мог поверить, что он не шутит. Неужели он и в самом деле собрался ящерку с собой забрать? Даже не знаю, что ему сказать...
— Ты с ней телик собрался смотреть? А вдруг она тебя сожрет?
— Крокодил карамба, — шмыгнул носом плюшевый и стукнул окаменевшей ящеркой о землю.
В ответ на это ящерица недовольно зашипела и сменила окрас с серого на зеленый, став практически незаметной на фоне травы.
— Карамба! — восхищенно пролепетал Тосик и стукнул ей о землю еще раз.
Ящерка зашипела снова. Так, пора заканчивать, иначе их веселая игра может продолжаться до бесконечности.
— Хрен с тобой, плюшевый! Но если она будет гадить по углам, то сам за ней будешь убирать, понял? — я скинул Рюкзак на траву.
— Крокодил карамба! — радостно завизжал плюшевый и потащил своего нового приятеля в Рюкзак.
Ну, если так и дальше пойдет, то у меня дома скоро целый зоопарк из иномирцев появится. Крокодил карамба!
  
Глава 10
 
Рязанское княжество. 
Рязань. 
Гостинично-ресторанный комплекс «Старая мельница». 
Демид Сергеевич Баркалов пьянствовал в «Старой мельнице» уже третий день подряд и останавливаться на этом не собирался. Вот уже на протяжении нескольких лет он ежемесячно уходил в запои, которые длились по пять-шесть дней. Такие многодневные загулы он называл симпозиумами.
Его отец, граф Сергей Иванович Баркалов поначалу пытался бороться с образом жизни непутевого сына, но со временем бросил это безнадежное дело. Менять своих привычек молодой виконт не желал. Он окружил себя такими же приятелями и предпочитал проводить время в их компании.
Граф даже стекольный завод приобрел после смерти Соколова, чтобы приобщить сына к делу, но все было без толку. Завод его сынок благополучно просрал и позволил выкупить его ушлым сотрудникам сына Соколова практически задаром.
Это стало последней каплей, которая переполнила чашу терпения графа. Он перестал снабжать сына деньгами в безразмерном количестве и пообещал вовсе перекрыть молодому Демиду кислород, если тот не вернет завод.
Поначалу виконт оставил слова отца без внимания. Так часто бывало. Папенька наговорит всяких грубостей в порыве гнева, а потом ему становилось жаль своего сыночка и он вновь понемногу начинал давать ему деньги. Так что все возвращалось на круги своя.
 
Вот только в этот раз все вышло иначе. Впервые Сергей Иванович не спешил менять гнев на милость и вновь ставить сынка на довольствие.
Зная, что отец прощает ему очень многое, какое-то время Баркалов младший пытался все делать ему назло. Рассчитывая на то, что графу надоест такое отношение сына и он первым пойдет на мировую. Но из этой затеи ничего не вышло.
Тогда виконт стал все чаще показываться дома пьяным. Это раздражало отца, который начинал воспитывать сына и тогда тот соглашался взять себя в руки в обмен на расположение графа. На самом деле, в руки он себя не брал и просто ночевал в гостиницах, чтобы не показываться на глаза отцу.
Вот как-то так они и жили последние годы. С тех самых пор, когда виконту стукнуло восемнадцать. Сейчас ему исполнилось уже двадцать два, так что выпито за это время им было немало.
Последний месяц стало совсем тяжело. Денег граф давал очень мало, а с учетом того, к какому образу жизни привык Демид Сергеевич, это было для него катастрофой.
Чтобы не упасть в глазах собутыльников, ему приходилось брать кредиты, так что теперь он был почетным клиентом в многих финансовых учреждениях. Беспокоило лишь то, что кредиты ему выписывали все неохотнее. Приходилось одним займом перекрывать другой, затем брать еще больший третий, чтобы немного закрыть второй, и кое-что оставить себе на веселую жизнь.
Разумеется, до бесконечности так продолжаться не могло. Рано или поздно он погрязнет в этой финансовой пирамиде. Отец, конечно, покроет его долги, чтобы избавить фамилию рода от позора, но вот что за этим последует виконт даже думать не хотел. Ничего хорошего, это совершенно точно.
В общем и целом, Баркалов младший пришел к выводу, что стекольный завод нужно как-то возвращать. Вот только оказалось, что профукать его было гораздо проще, чем вернуть назад.
Против Соколова не помогало ничего. Хотя он перепробовал массу всяких вариантов, от попытки опрокинуть стоимость акций завода через черный пиар, до прямых угроз директору завода. Но все было без толку.
На этого проклятого Соколова работала очень классная команда, которая успевала реагировать на все угрозы. Баркалов даже невольно завидовал — будь у него такие сотрудники, может и завода не лишился бы в свое время.
Все изменилось с того момента, как на Соколова было совершенно покушение. События в далекой Москве повлияли на события в Рязанском княжестве и ситуацию вокруг стекольного завода. Для Баркалова в лучшую сторону.
Вроде бы ничего не изменилось, но на самом деле поменялось практически все. Начиная от настроения руководства, до времени реагирования сотрудниками компании «Ермолов и партнеры» на очередные фокусы с его стороны.
Демид Сергеевич чувствовал, что если он хочет вернуть завод, то сейчас самое подходящее время для этого и лучшего не будет. Он начал действовать.
В продукции появилось все больше брака, руководство завода боле чутко реагировало на его угрозы, стоимость акций понемногу падала... Все шло к тому, что еще немного, и он добьется своей цели.
Жаль только, что Соколов все-таки не сдох и пришел в себя... Но вряд ли это что-то изменит. С учетом того, сколько проблем за это время нарисовалось вокруг его компании, какое-то время ему будет явно не до Баркалова и он успеет сделать все, что задумал. Осталось лишь немного поднажать.
С подобными мыслями Демид Сергеевич лежал в постели, пил вино и рисовал в своем воображении картины своего триумфального возвращения на завод.
Учитывая, что в ближайшее время все его финансовые проблемы отойдут на второй план, он даже не пожалел денег на отдых в своем любимом комплексе «Старая мельница». Да, здесь было дорого, но оно того стоило.
Во-первых, комплекс находился в очень живописном месте — на берегу Оки и недалеко от Луковского леса... Здесь было просто чудесно! Он всегда покидал этот комплекс с легкой тоской и желанием поскорее вернуться сюда еще раз.