Сердолик - камень счастья (СИ)

***
Инна заехала к Рождественским — хотела забрать конспекты, написанные осенью, и просто побывать дома. Дверь открыл отец, обрадовался:
— Заходи, пропащая!
— Я ненадолго. Мне тетради забрать.
— Ненадолго, — передразнил Слава. — Я как раз обедать собрался. Мой руки, я тебе щи наливаю.
— Пап, я есть не хочу.
— Поздно, щи ждут тебя.
Было видно, как Слава рад приходу Инны. Он подробно расспрашивал её про учёбу, про то, как ей теперь живётся, и при этом постоянно улыбался.
— Куда вы так, девочки, торопитесь! И ты, и Алинка. Митя хороший парень, но ты сначала институт окончи, а там уже о семье и детях думайте.
— Про детей ещё никто не думает, — улыбаясь, возразила Инна. Ей было хорошо в родном доме, но мысли всё время возвращались к белоснежной квартире на Коломенской: скоро придёт Митя, а она ещё не вернулась.
— Что это за сердце, — неожиданно спросил Слава. — Я его раньше не видал у тебя.
— Ты, папка, очень невнимательный. Я с ним давно хожу. Мне его тётя Настя подарила.
— У мамы твоей, у родной твоей мамы такое было, — отец впервые сам заговорил о первой жене.
— Это оно и есть, тот самый кулон, — Инна расстегнула цепочку и протянула сердоликовое сердечко отцу.
Слава бережно взял кулончик, хотел что-то сказать, но в этот момент кто-то нажал на кнопку дверного звонка, звонил отчаянно, беспрерывно. Долгая трель звонка заставила отца и дочь поспешить к дверям. В квартиру ворвалась Алина.
— Где эта сука?
— Ты о ком? Что случилось? — опешили Слава и Инна, слово «сука» в лексикон Алины прежде не входило.
— Про жену твою! — зло бросила Алина отцу.
— Ты о маме? — Слава не понимал, что происходит.
— Какая она мама! Она с моим Климом спит!
— Алина, успокойся. Кто тебе это сказал?
Но Алина его не слушала, она вбежала в родительскую спальню и с ожесточением кидала на пол с туалетного столика и топтала косметику Лидии.
Слава и Инна с ужасом наблюдали за этой сценой. Отец попытался остановить Алину, но она укусила его руку, вырвалась, упала на кровать и разрыдалась.
Инна гладила по спине и волосам плачущую сестру, Слава принёс воды, потоптался рядом с рыдающей дочерью и, вручив Инне стакан, ушёл звонить жене, чтобы та срочно приехала.
— Инка, ты не представляешь, как мне мерзко, — всхлипывала Алина, стуча зубами о край стакана с водой, — они в гостинице встречаются. Всё, как твоя Ритка нагадала, я потом в интернете посмотрела: трефовая дама — это энергичная шатенка средних лет, а если рядом трефовая восьмёрка, то это близкая родственница, родной человек. Но я подумала, что Ритка пургу несла. У меня нет таких родственниц, чтобы с Климом встречались. А оказалось, что есть!
— Не плачь. Алишенька, ты такая красавица! У тебя таких Климов ещё сто штук будет, — попробовала остановить рыдания Инна.
— Да при чём здесь Клим! У меня мать-разлучница. Родная мать! Я только тебе и маме верила. Отец своими делами занят, подружки — сейчас за тебя, а за глаза тебя же грязью поливают. А маме, мне казалось, я дорога. А теперь кому верить? У меня, Инн, кроме тебя, никого нет, кому довериться можно, только ты не предашь.
Инна не знала, чем помочь, и ей было немного стыдно, что у неё всё здорово, она с Митей, а Алину обманули самые близкие люди — Клим и, самое страшное, её обманула родная мать!
  
ГЛАВА 14
 
Инна ничего не рассказала Мите про события в её семье — неприятно и стыдно. Утром, собираясь на экзамен, по привычке хотела одеть «счастливое» сердечко, но вспомнила, что оно осталось у отца, когда в дверь позвонила Алина. Поехать домой и забрать свой талисман Инна побоялась: неизвестно какие разборки у родных идут, одно ясно, что там не до её кулона.
Экзамен Инна и без заветного сердечка сдала на «отлично», но на душе было тревожно — волновалась за Алину: может, ей нужна помощь. В памяти вертелось: «У меня, Инн, кроме тебя, никого нет». Вечером Инна позвонила сестре, узнать, как обстоят у неё дела, но Алина звонок сбросила, прислав сообщение «Позже перезвоню».
 
Инна стала ждать звонка от сестры, но Алина не перезвонила ни в тот вечер, ни на следующий день. Инна вспомнила, как Митя стал заикаться после побега невесты, а вдруг у Алины тоже произошёл нервный срыв и нужна срочная помощь? На третий день ожиданий Инна позвонила отцу, узнать, что у них происходит. Слава был на работе, сказал, что сейчас очень занят, попросил Инну не волноваться: дома все живы, и обещал вечером перезвонить. Но вечером не перезвонил, а, как и Алина, прислал сообщение: «Не волнуйся, сдавай сессию. Потом встретимся, поговорим».
Инна готовилась сдавать последний экзамен, но в голове засел вопрос «Что там с её родными?».
— Пингвинёнок, ты чего грустишь? Экзамены замучили? — заметил Митя состояние подруги.
— Да, много учить надо, — ответила Инна и покраснела, оттого что не может рассказать любимому причину своих волнений.
— Ну, учи давай. А мы с Ветровым сходим пивка попить.
Инне Антон Ветров не нравился. Первый раз она увидела его на несостоявшейся свадьбе, тогда Инне показалось, что он, свидетель жениха, со злорадством смотрел на побледневшего Митю. А недавно, придя к ним в гости, дождался, когда Митя выйдет из комнаты, и стал спрашивать у Инны телефон Алины: «Она номер, видимо, поменяла, а мне с ней надо проконсультироваться по одному переводу». Инна номер не дала — в интернете переводчиков полно, — а то, что Антон узнавал телефон явно за спиной у друга, и вовсе насторожило. Но осуждать Антона Инна не смела: он Митин товарищ, значит, надо относится к нему если не с симпатией, то с уважением.
Только за Митей закрылась дверь, как раздался долгожданный звонок от Алины:
— Инн, ты где, у Мити?
— У Мити. А ты как? Настроение получше?
— Диктуй адрес, я сейчас приеду.
Инна замешкалась: удобно ли будет, если Алина придёт к Мите в дом? Хотя Митя и говорил Инне, что переболел той любовью и не вспоминает Алину — «было и прошло», но вряд ли ему будет приятно встретить бывшую невесту, нанёсшую год назад глубокую обиду.
— Давай лучше где-нибудь встретимся.
— Не знаешь номер дома, расскажи, как доехать. Я найду.
Инна подумала, что Митя наверняка допоздна просидит с Антоном в пивбаре, и они с сестрой успеют спокойно поговорить. Наверное, Алина боится, что снова с ней случится истерика и не хочет общаться на людях, поэтому и решила встретиться в квартире. Инне стало стыдно: она не хочет пустить в дом сестру, которая получила такой жестокий удар от родной матери.
— Пиши адрес, сейчас объясню, как найти.
Алина приехала через полчаса. К удивлению Инны, она заволокла в комнату огромную дорожную сумку.
— У Митьки квартира лакшери! — Алина с любопытством обошла все комнаты, заглянула в ванную, открыла холодильник, повертела в руках банку с маринованной спаржей:
— Как вкусно Митьку мамка с папкой кормят.
— Митя сам себя кормит. Он у отца в компании работает, и даже когда диплом писал, на работу каждый день ездил.
— Ну-ну, «у отца в компании работает». Ключевое слово — у отца. Ты бы ещё сказала: «тяжело работает», — Алина вновь полезла в холодильник. — Инн, дай поесть, я голодная, как бездомная собака. Кстати, я бездомная.
Инна любовалась сестрой. Алина выглядела прекрасно: легкий макияж, волосы красиво уложены, свежий маникюр.
— Ты, похоже, в себя пришла, — констатировала Инна, накрывая на стол. — Что дома?
— Трэш полный. Отец с матерью разводятся. Квартиру будут продавать. Мать у отца бизнес отжимает, орет, что на него двадцать лет впахивала, без неё он бы сайты за две копейки оформлял, ну, а отец ей, соответственно, что она без него счетоводом в сельской столовой работала бы… Словом, оба в своем репертуаре. Какие у тебя голубцы вкусные!
— А с Климом ты виделась? — Инна спросила и сразу покраснела от своей бестактности: сестре, должно быть, неприятно говорить на эту тему.