Созданы друг для друга

Она оставила велосипед и перекинула через плечо тяжелую парусиновую сумку. Не следовало помогать этому адвокату, ругала она себя. Срочно, не срочно — ей-то какая разница? Но, заглянув в его умные серые глаза, она не смогла ему отказать. Наверное, переписала бы для него «Войну и мир», стоило лишь попросить.
Он мужчина ее типа. Она проклинала себя всю жизнь за пристрастие к определенному типу молодых людей. Такие сводили ее с ума. Волнистые темные волосы, ямочки на щеках. Вот и в этот раз она сразу влюбилась. Ей понравилось в нем все: свежая белоснежная рубашка, идеальные стрелки на синих брюках, даже шнурки на блестящих ботинках. А подтяжки! Боже, неужели есть в мире что-нибудь сексуальнее мужчины в подтяжках?!
Нет чтобы влюбиться в байкера с большой дороги! Ей подавай чистюлю, вероятно, исступленно натирающего до блеска все, вплоть до выхлопной трубы своей машины. Измеряя бытие приобретениями и продвижениями по службе, такие, как он, выкидывают ее на обочину жизни. И именно они становятся ее безумной любовью!
Она была самой себе противна.
Впрочем, ей ничего не грозит. Удивление на его лице, когда она вчера сняла шлем с головы, не укрылось от глаз девушки. Но, садясь не так давно в кресло парикмахера, она хорошо знала, что делала. Во-первых, ее непослушные волосы могли бы стать сущим наказанием для любой женщины, а во-вторых, каждый раз, когда она проявляла слабость и тосковала о прошлом, один взгляд в зеркало напоминал ей, что обратной дороги нет, что она намеренно покинула мир, привычный ей ранее.
Таня печально улыбнулась. В ближайшее время она не собирается иметь ничего общего с тем классом людей, среди которых жила совсем недавно, и ее вызывающий вид весьма красноречиво предупреждал об этом с самого начала. Что и к лучшему. Если вдруг, ну, если на минуточку допустить, что мистер Карлайл думал о ней, он все очень хорошо понял.
Девушка взялась за ручку двери, на которой красовалась табличка «Карлайл и Брубек», и собралась с духом. Решительно прошла в приемную, остановилась посредине и пригладила непокорные волосы.
— Курьерская служба! — громко оповестила она и, сняв шлем, сунула его под мышку.
Маленький пожилой человек, сидевший в кресле, прямо-таки подскочил от неожиданности, испуганно уставился на нее сквозь толстые линзы очков и нервно вцепился в нелепую шляпу, которая лежала у него на коленях.
О-ля-ля! Да, следует признать: иногда она перебарщивает. Таня улыбнулась и приветливо помахала рукой, желая сгладить впечатление.
Неужели это клиент Карлайла? Она поставила галочку в списке недостатков ее нового знакомого.
Из двери кабинета показалась черная шевелюра. Стальные глаза улыбались.
— Таня! Я буду через минутку.
Голова исчезла.
Черт, как хорош! У нее даже слегка подкосились ноги, но, вспомнив о маленьком дядьке, она тут же сделала сугубо серьезное выражение лица.
— Вот, пожалуйста, мистер Кравчик. — Джейк снова вышел из кабинета и протянул посетителю чек. — Простите за промедление, надеюсь, вы довольны нашим сотрудничеством. Сумма вас устраивает?
Мистер Кравчик взял чек в свои морщинистые руки.
— О да, спасибо. Я столько лет проработал в корпорации Сига, а они не хотели выплатить мне денежную компенсацию. Если бы не вы, наверняка не дали бы ничего. Разве позволено так поступать с людьми? Совсем потеряли совесть. — И он так гневно посмотрел на Таню, будто она была виновна во всех его неприятностях.
— Вот и славно, — сказал Джейк. — Хорошо, что удалось уладить дело, не доводя до суда. — С этими словами он проводил клиента до двери. — Вы знаете, мы должны были пройти этот путь, он вовсе не был легким, но теперь все позади.
Мистер Кравчик снова превратился в тихого дядечку.
— Да-да. Спасибо еще раз. — И он быстро выскользнул за дверь.
Жалко старика. Видно, тоже досталось от большой корпорации. Но у нее-то хватит гибкости оправиться от удара, мистеры Кравчики значительно более уязвимы, чем она.
Джейк повернулся к девушке. Внезапно она почувствовала себя такой же усталой и обиженной, как мистер Кравчик.
 
— Пакет для меня приготовлен? — с нарочитой грубостью спросила она. — Или мне снова придется полчаса торчать здесь, пока вы доделаете свои дела?
Ее тон явно задел его, он слегка нахмурился и сунул руки в карманы.
— Таня, у вас есть минутка?
— Боюсь, что нет. Надо бежать.
— Жаль, а мне нужна ваша помощь, — довольно сурово произнес он.
О, как знакомо! Она несчетное количество раз уже видела этот взгляд. У своего отца, затем у экс-жениха, потом у бывшего босса. Правда, у Джейка Карлайла не очень получилось. Сразу видно: мало практики. Ничего, самое время потренироваться. Итак, отрабатываем грозный недовольный вид. Сначала сводим брови. Нет-нет, немного внушительнее. Помните, вам еще предстоит использовать этот прием на присяжных, подсудимых да и просто на случайных прохожих.
Она ненавидела этот взгляд. Он затрагивал самые темные струны ее души.
— Ну, что у вас случилось на этот раз? Нужна консультация в связи со сложным делом, подготовкой речи к завтрашнему процессу? А, постойте, кажется, угадала. Хотите, чтобы я замолвила за вас словечко перед моим другом-судьей. — Она шутливо погрозила пальцем. — Никаких проблем. Только попросите.
Джейк перестал хмуриться и вздохнул.
— Всего лишь замените, пожалуйста, мою секретаршу на несколько недель. Она в отъезде.
— Что?! — Брови Тани взметнулись вверх. — Разве я похожа на секретаршу?
К ее удивлению, он, слегка улыбнувшись, ответил:
— Не совсем, я бы сказал.
— Послушайте, в этом городе их сотни. Возьмите любую. Да хоть всех.
— Я пытался. Одна приходила утром, две других — после обеда.
— И вам ни одна из них не понравилась? — Она скрестила руки на груди.
— Они совершенно безынициативные. — Он бросил на нее взгляд, от которого у нее, как и вчера, закружилась голова. — Пожалуйста, Таня! Я просто в отчаянии.
Она отвела глаза, опасаясь растаять от такого взгляда. Этого она не могла допустить.
— Простите, советник, но халява закончилась.
— Вы не поняли. Я очень хорошо заплачу. Больше, чем ты получаешь сейчас.
— Неужели? — Она притворилась, что обдумывает его предложение, затем решительно тряхнула головой: — Нет, я влюблена в свою работу.
У него одна бровь поползла вверх, другая вниз.
— Таня, — терпеливо уговаривал он, — я и не прошу вас бросать ее. Здесь нас двое — только я и мой партнер. Днем работает автоответчик, мы, как правило, в первой половине дня не бываем. Нужно только вечером разбирать почту и кое-что набирать для меня и моего коллеги. — Он почему-то слегка приподнялся на цыпочки. — Вчера вы мне очень помогли, да еще в довольно напряженной ситуации. Я ценю это.
Она уже начинала злиться и, как обычно в таком состоянии, подбоченилась.
— Отлично. Давайте начистоту. Зачем вы нанимаете меня для того, что прекрасно может сделать любая машинистка?
— Очень просто. Мне так хочется.
Сердце будто шлепнулось под ноги при этих словах. О, как он это сказал…
— Вы что, разыгрываете меня?
Снова бросающий в озноб взгляд.
— Нет.
«Ого! Да наш адвокат не прочь завести интрижку. Запретный плод сладок. Вот уж не сказала бы по его виду. Ха-ха! Следует поставить на место этого похотливого мистера Как-его-там. Это отобьет у него охоту к так называемому сотрудничеству».
И когда ее праведный гнев уже был готов вырваться наружу, он достал из кармана рубашки очки и надел их.
Таня потеряла дар речи. Очки были само совершенство! Округлой формы, в черепаховой оправе. Его пепельно-серые глаза смотрелись в них так сексуально! Видит Бог, эти очки — уже выше ее сил!
— Сколько? — Таня услышала свой слабый голос.
Пока он шел к столу, а потом рассматривал какую-то бумажку, она немного успокоилась.
— Вот. Я взял на себя смелость и составил договор. Посмотрите, пожалуйста.
— Договор? Целый договор из-за такой ерунды?