Я из ДМ (СИ) 7
Тут же прыгаю вправо, чуть касаюсь носками ног листьев драцены. Лист идет назад, я пружиню и отлетаю прочь. Прямо в лучших традициях киношных шаолиньских монахов, которые могут скакать по веткам при помощи невидимых тросов и горохового супа. Легко хватаюсь за край телевизора и делаю рискованное сальто. Приземляюсь уже возле дверей.
— Ты ещё уворачиваться будешь? — воскликнул сэнсэй. — А ну, перестань прыгать! Ты мне мешаешь!
Сам Норобу застыл на спинке кресла, присев на правой ноге, а левую закинув на правую. Этакий индийский бог Шива в танцевальном па. Только ещё пары рук не хватало для полного соответствия.
— Ты охренел? Ты же убить меня можешь! — положил я руку на ручку двери.
— Если бы я хотел тебя убить, то давно бы это сделал!
Сэнсэй начал плести оммёдо, когда я крикнул:
— Хорош! Поломаешь мебель, а мне ещё платить!
— Заплатишь! За дерзость свою и за глупость!
Я пригнулся и скользнул за дверь. Выглянул из-за неё:
— Ну, за дерзость понятно, а за глупость-то чего?
— А потому ты глуп, что ведешь себя со слугами панибратски! Нельзя так! Слуги должны знать своё место!
— Да? И я? — я встал в полный рост, открывая грудь для возможного удара.
— А ты чего? — не понял сэнсэй.
— Меня в слуги записали Мацуда. По их указке я должен был убивать людей на "Черном кумитэ". И я тоже должен знать своё место?
Сэнсэй опустил руки, не завершив оммёдо. Он струйкой скользнул на моё место в кресле и развел плечи, проверяя спиной обивку на мягкость. На его кимоно не появилось ни одной складки.
Зато исчезла краснота с лица за те недолгие десять секунд, пока он молчал, сложив пальцы крышей пагоды.
— Ты другое дело. У тебя не было выбора. Да и слуга из тебя говно говном, если честно. Но вот босодзоку должны чувствовать сильную руку, а не товарищеское плечо. Если ты собрался быть их лидером, то готовься хотя бы раз в неделю чистить бородатые рожи, а уже потом отдавать приказы. Иначе ты просто их потеряешь и они уйдут за тем, кто сможет их стреножить.
— А мне хочется выстроить с ними товарищеские отношения...
— Да мало ли что тебе хочется! Товарищами они могут быть между собой, а с тобой должны держаться на дистанции. Никак иначе. Вот послал ты Мрамора по делам, а он пошел неспешной походкой... Дал бы ты ему леща хорошего — полетел бы так, как у меня, когда я двинул ему за отсутствие поклона старшему поколению. Нет, эти ребята признают только силу... И вообще — зачем они тебе?
— Во-первых, это бойцы. Я с ними могу сколотить небольшой отряд для всяких разных нужд. А нужды будут, это уж мне поверь, ведь я поступил в военную академию!
— Поздравлений не жди, — хмыкнул сэнсэй. — Это такое змеиное болото, что однажды туда попав, можно никогда не выбраться. Окамото помог? Ну что же, он свой долг выплатил. Молодец! Ну, а во-вторых?
— А во-вторых... Во-вторых, я задумал сделать мототакси. Хотя с пробками понемногу справляются, но вот юркие и быстрые ребята домчат куда угодно гораздо быстрее машин. Так что должно зайти для тех, кто не хочет задыхаться в вагонах метро. А тут с ветерком, с песнями...
— В-третьих будет что-нибудь?
— В-третьих будет изменение поведение босодзоку. Они же бандиты по сути своей. Обуздать я их смогу, так же как смогу вышколить. Из бандитов получаются порой отличные солдаты. Приблизив к себе Мрамора, я сделаю его командиром, подвластным себе и...
В это время сэнсэй схватил со стола ручку и метнул её в меня. Металлический стержень со скоростью кунаи полетел в моё правое плечо. Перехватить его не составило труда.
— А теперь... Расскажи мне о своей скорости и... Расскажи про новое тело.
Я улыбнулся в ответ. Разве от этого пройдохи что-то можно скрыть?
— И как давно знаешь?
— А как Киоси раскололся, так и знаю. Мне нужно было всего лишь надавить, когда он начал прятать глаза и неуверенно улыбаться при встрече...
— Да уж, ничего нельзя доверить друзьям...
— Нельзя никого считать друзьями — так меньше разочаруешься при расставании или предательстве... Неужели ты в самом деле думал, что я поверю в счастливую звезду, которая помогла тебе справиться с теми людьми аристократа просто так? Да, ты крут, не спорю, но твоё тело не было приспособлено к тем перегрузкам. Уже потом, может быть... Но не в то время.
— Да, я ниппэрапон. Умею изменять личность. А ещё после таблеток, которые мы взяли в тайнике Ицуми, я приобрел скорость. Сам видел, как я сиганул к Мрамору? Скорость не покинула меня, даже когда действие лекарства прошло.
— И ручку ты просто вынул из воздуха. Прежнему тебе это было недоступно, — задумчиво рассуждал сэнсэй.
— Уж этого у меня не отнять, — улыбнулся я в ответ.
Сэнсэй постучал кончиками пальцев по столешнице. Те места, которых касались подушечки, приобретали вид лунки.
— Эй, хорош портить стол! — воскликнул я.
— А ещё к тебе обратилась девочка-дух... Скажи, у тебя недавно не было каких-либо встрясок? Тебе не хотелось чего-нибудь разбить или уничтожить? — всё также задумчиво проговорил старик.
— Сэнсэй, я вовсе не хотел тебя разозлить. Чего ты начинаешь?
Я старался не смотреть на то место, где разбилась чашка. Осколки я успел убрать, остатки кофе вытер. Так что теперь это место ничем не отличалось от других мест на паркете.
— Дорогой мой иномирец, если у тебя есть ещё что-нибудь скрытое от меня, то лучше сообщи.
— А что не так-то, Норобу-сан? — нахмурился я в ответ.
— Что-то мне не нравится то, что ты делаешь, Тень, — покачал головой сэнсэй. — Нет, вроде бы всё задумал хорошо, но вот... ощущение неправильности не покидает меня. Как будто укусила в плечо пчела и теперь оно саднит и саднит...
— Да всё будет нормально, — отмахнулся я с улыбкой. — Я понимаю, что ты переживаешь за своего ученика, но всё-таки не стоит. Я уже взрослый мальчик.
— Взрослый мальчик не тот, кто трахает девочек, а тот, кто может ответить за себя и за свои поступки, — проговорил сэнсэй. — Что в твоих планах?
Я вздохнул, заварил чай в две чашки. Старик только вздохнул, когда я предложил ему вместо тявана "миску с ручкой". Я же развел руками в ответ, мол, другого не держим.
После этого я рассказал, что хочу не просто выстроить сеть из мототакси, но и принять под своё крыло ещё других босодзоку. Я вовсе не хотел отнимать кусок пирога у города или якудзы, но хотел честно заработать. Рассказал, что с помощью академии хочу выстроить военную карьеру и получить через заслуги перед обществом звание аристократа. Чтобы потом пойти в политику и продвигать от своего татуированного лица поблажки и послабления для касты хининов.
— И ты реально думаешь, что у тебя всё получится? — наклонил голову сэнсэй.
— Я думаю, что да. В этом мире всегда идут войны. Пусть небольшие, пусть даже между кланами и родами, но идут. Я же, со своим опытом, могу вмешаться в любую из них и преломить ход войны в свою пользу. Рано или поздно, но я стану генералом, а уж с моими способностями ноппэрапона...
— Ты хочешь возвыситься на трупах?
— А иначе никак, — помотал я головой. — Сколько бы денег у меня не было, я в первую очередь буду выскочкой-хинином с татуированным хлебалом. Пусть у меня будет всё золото мира, но аристократия не будет принимать меня всерьез.
— В военной академии много отморозков... Туда идут тоже за повышением и военными благами. И раскатывают каждого, кто встанет на пути к цели, — со вздохом произнес сэнсэй.
— Я готов к этому. За моими плечами опыт и знания. Твоё обучение не пропало даром...
— Но ты всего лишь специалист, а там попадаются ребята с рангом мастера...
Да уж, мой ранг застопорился и ни в какую не хотел улучшаться. Я был быстр, мог менять лицо, но при этом в оммёдо мой уровень оставался на ступени специалиста. Мастер мог раскатать меня одной левой. Наверное...
Занятия с Кацуми смогли показать мне, что я всё ещё слаб по отношению к высшему рангу. Я не строил иллюзий. Но я был готов пойти на любые жертвы, чтобы выгрызть себе звание аристократа. Чтобы вытащить из недр японской дискриминации касту хининов и показать, что они такие же люди, как и все остальные.