Чужой гость (СИ)
— Идея пришла в голову всем одновременно, — Виктор даже не спрашивал, а уточнял.
— Мы и керхеры выслали маяки, зверлинги попросту перехватили сигнал. К планете вышли три супетранспорта. Огромный колонизационный ковчег выныривал в обычный космос и тут же садился — удержать такую махину хотя бы на орбите, причём сразу после прыжка сквозь гипер, невозможно. Но какое-то время мы не подозревали друг о друге. Потом зверлинги атаковали керхеров, и выяснилось, что нас много. Почти сразу мы атаковали маяк противника, керхеры наш — и, к сожалению, обе атаки успешно. Связь с метрополией оказалась потеряна. Сначала мы заключили тактический союз с керхерами против зверлингов, потом вцепились друг другу в глотку. По официальной версии, армия керхеров целиком попалась в ловушку. Они прохлопали старт «аннигиляторов» — это гиперзвуковые стратегические ракеты с ядерными боеголовками. Разворотили уже пустые стартовые столы. При этом вокруг пусковых были упрятано две трети всех орудийных точек, бункеров и башен ПВО. Ради этого рискнули оголить Город. Вражеских солдат сожгли в огневом мешке. Колония чужаков огнём ядерных взрывов превратилась в огненное озеро жидкого песка. Но тогда, в первый день, я соврал. Маяк восстановить невозможно. Мы — потерянная колония. И мы вырождаемся, война съела очень много ресурсов. Космос уже потерян: последний спутник сгорел в атмосфере в год моего рождения. Новых не запускали втрое дольше.
— Не отвлекайтесь, молодой человек, — строго поправила джинна. — Не уходите в сторону от главного.
— Хорошо, прошу прощения. Мы получили информацию, что сохранилась одна из баз керхеров, промышленность которой поможет нам вырваться из замкнутого круга нехватки ресурсов. Ирма была наследием эпохи войны: её биологические параметры идеально подходят, чтобы обмануть искусственный интеллект ядра керхеров. Подключиться к нему и перепрограммировать. Для этого и шла наша экспедиция. Попав сюда, я очень быстро убедился, что вы — это не прошлое, а параллельный мир, который расходится с нами по времени. И не только из-за разницы в истории начала двадцать первого века. Василиса — аналог Ирмы, они идентичны внешне и по возрасту. Андрей — здешний аналог её бывшего напарника, его звали Андрис, тоже сильно похож. Он погиб по дороге к Вратам керхеров. Виктор внешне один в один мой прошлый командир и начальник нашей экспедиции майор Вихтор Гладов. Из-за моего здешнего аналога у Василисы были сегодня неприятности.
Джинна захлопала в ладоши, потом осуждающе посмотрела.
— Браво, молодой человек. «Просто солдат, который умеет лишь стрелять». Я как педагог со стажем восхищена твоими учителями. Ты рассказал всё правильно, всё по делу. Всё точно. И при этом обошёл все деликатные моменты. Начиная с того, кто ты на самом деле и как оказался возле ядра колонии керхеров. И заканчивая тем, что за девочкой ты поначалу ухаживал из делового интереса. Да-да, когда вы вернулись из Чумной плеши, он сообразил мгновенно, как ему использовать ситуацию в свою пользу. Ты девочка домашняя, если тебя правильно обработать… — Глеб дёрнулся, сжался, но Василиса его не отпустила. — Не осуждай его девочка, у него и в самом деле были веские причины, правда? Я пока лечила, уж извини, посмотрела твою память. И я предлагаю ему всё-таки дать шанс, потому что в итоге он остановился. Не стал манипулировать тобой до конца, добиваясь нужного результата обманом. Он в тебя тоже влюбился, правда? Рассказывай. И пусть Василиса сама принимает решение. Но честно.
— Хорошо. Ирма — это прозвище появилось потом. На самом деле её звали Лада. Точнее, Владислава, но полного имени она никогда не использовала. И первый раз мы встретились…
Часть II. Там
К биозащите в Городе относились достаточно серьёзно, соблюдая придуманный ещё на Земле порядок входа и выхода. Пусть уже лет сто как в этом, на взгляд Глеба, не было никакого смысла. Люди на Опале давным-давно стали своими, им, в отличие от колонистов первых поколений, давно не требовался комплекс прививок от местных бактерий. Но инструкции первопоселенцев всё чаще приобретали чуть ли не сакральное значение священных книг, в которых нельзя изменить ни одной запятой. С учётом общего падения уровня образования техперсонала, это, возможно, имело смысл. И всё равно глупости вроде муторного внешнего шлюзования раздражали. Наконец медленно опускавшаяся гермодверь наглухо перекрыла бетонный коридор, отрезая его от Города. Завязанная на системы эко-купола вентиляция тоже отключилась, температура в выходном бункере росла всё быстрее. Бронепехотинцы один за другим захлопнули забрала. Территориальной милиции скафандры с кондиционированием не полагались, только бронежилеты, шлемы и песчаные очки. Опытные солдаты заранее полностью избавились от мундиров, надев бурнус и амуницию прямо на голое тело. Теперь ухмылялись, глядя на новичков из недавнего пополнения, переодеться не сообразивших.
Глеб сейчас командовал ротой «территориалов» — пару месяцев назад майор решил, что ему пора набирать опыт руководства, но в упрощённый комплект никогда не «переодевался». Включив круговой обзор, он заметил, как один из новиков посмотрел на своего лейтенанта с неприязнью и, думая, что со спины его не видно, пожаловался сидевшему рядом «на броне» сослуживцу:
— Этому хорошо, пока мы тут варимся.
У пожилого соседа сегодня было на редкость благодушное настроение — Глеб знал, что вчера его сыновьям тоже подтвердили не просто вид на жительство в пределах первой полосы, а расширенную форму с правом работать внутри купола. Получив наследственное гражданство приграничного пояса, можно помечтать, что у внуков появился хоть небольшой, но шанс перебраться уже в Город. Поэтому обрывать молоденького солдатика мужик не стал, наоборот решил объяснить.
— Ты скажи, сопляка командовать поставили.
— А чего, дядько Богуслав? Ему девятнадцать всего…
— Дубина ты. Пёс это. Он даже без брони как половина нашей роты стоит, а уж в броне… Считай, если припечёт, он наш шанс, что вернёмся живыми и с руками и ногами. Я когда узнал, что господин Гладов вместо Вагнера, упокой Господь его пьяную душу, этого поставил — не поленился в храм сбегать, благодарную свечку поставить.
Глеб посмотрел на таймер, бежавший по краю монитора на забрале: внешние ворота поднимутся через тридцать секунд.
— Рота, готовность один.
Трое новичков не среагировали.
— Шесть, — обратился Глеб по выделенному каналу. — Возьми на себя пять-пять, пять-семь и пять-восемь.
Бывалый солдат сообразил немедленно. Отвесил оплеуху сидевшему рядом парню, матом приказав ему больше не болтать, а соблюдать инструкции и устав и не отключать гарнитуру — подумаешь, на время шлюзования она неприятно свистит в ухо. Потом проделал то же самое с остальными недотёпами, подкрепив напоминание физическим воздействием. После чего приказал всем троим держаться рядом, не отходя ни на шаг, и продолжил объяснять молодым солдатикам про их умственные способности. Его слова заглушили громкие гудки сирены, а подстраивать микрофон, чтобы отфильтровать шум, не имело смысла: Богуслав не впервые натаскивал новобранцев, каждый раз перед первым рейдом рассказывая им какую-нибудь из страшилок про тех, кто правила соблюдает не до конца.
Стальные ворота дрогнули и стали раскрываться, показывая ослепительную белизну пустыни. «Вперёд!» — прошла по общему каналу команда. Двигатели заработали на полную мощность, и бронемашины двинулись. Первыми выскочили два десятка шустрых багги разведки, потом десант штурмовиков и взвод поддержки, за ними заслон — поэтому роте Глеба в парилке шлюза торчать пришлось дольше всех. Дохнуло жарой, но пока они оставались в тени похожих на изломанные крылья гор, пекло не так сильно. Всё равно кто-то из ветеранов начал ворчать и поругивать свою судьбу и начальство, вновь отправивших их в пекло. Зелёное пополнение оторопело смотрело по сторонам и опасливо поглядывало на командира, ведь руководство Города ругать — можно и штраф схлопотать за оскорбление власти. Глеб мысленно рассмеялся. Пареньки ещё не сообразили, что здесь, в пустыне, совсем иные правила и хозяева, а самые суровые и сильные владыки — жара и жажда. И плевать солдатам во время рейда, что на указы Старшего координатора, что на династии начальников отделов. А ругаются они из традиции и по привычке. Вдобавок пока отряд ещё находился в пределах досягаемости ракетных батарей и орудий Города. Вот когда они покинут оборонительный пояс, упичканный бункерами, сохранившимися противовоздушными башнями и батареями, и проскочат спуск с плато — вот тогда можно начинать бояться пустыни и трястись за сохранность своей шкуры.