В поисках лучшего альтернативного мира (СИ)

[Кайки: …]
[Сергей: …]
[Кайки: Тогда ждём казни…]
[Сергей: Да… Ждём…]
***
«Как-то раз я читал книгу Достоевского, не помню уже какую… Там было написано про чувство человека перед казнью. Автор и сам это испытал, так что чуть ли не в каждой своей книге повторял одно и то же… Наверно, поэтому я и не смог дочитать ни одной книги Достоевского…»
Дряхлая повозка медленно катилась к каменной трибуне.
«Так что он там писал?… В такие моменты каждая секунда для человека невероятно дорогая, и во всём он видит нечто удивительное и прекрасное…»
Сергей взглянул на кирпичные своды многочисленных домиков, кривые и сонливые рожи собравшихся простолюдинов, унылое солнце и тускловато-коричневеющие леса на горизонте.
«Нет… Здесь нет ничего прекрасного или удивительного… Может это из-за того, что я уже привык к смерти?»
Взгляд юноши сместился на закованного в цепи старого зверолюда. Его тусклые голубые глаза не были заполнены волнением или смятением — старик смиренно уставился вниз, разглядывая пальцы своих босых ног.
Пожалуй, это было даже слегка нелепо в такой-то ситуации… Впрочем, судить его было уже поздно.
[Толпа: Убийцы! Выродки! Твари! Сдохните, мрази! Горите в аду, пидрилы!]
[Сергей: А у нас тут много поклонников, Кайки…]
[Кайки: …]
[Сергей: Да… Не совсем подходящее время.]
[Стражник: Вам запрещено разговаривать.]
[Сергей: Да-да… М..?!]
Как оказалось, повозку с обвинёнными сопровождал один стражник, и, как ни смешно, но это снова был тот усатый мужик, уже который раз встречающий Сергея в окрестностях Дворца.
[Сергей: Долго ещё еха…]
[Стражник: На выход!]
[Сергей: Хмм… Как раз кстати.]
[Кайки: …]
[Сергей: Давай помогу.]
Юноша подхватил еле шагающего зверолюда под плечо и потащил его к двум небольшим подставочкам на обширной каменной трибуне.
«И нахуя ему стража колени сломала… И так ведь и без сил, и в оковах… Но, нет, обязательно было искалечить старого человека…»
Отчаянно пыхтя, юноша прошёл к колодкам и аккуратно уложил голову Кайки на сырое и слегка грязноватое дерево.
[Стражник: Шевелись!]
Чья-та нога обухом врезалась в позвоночник Сергея и тот, согнувшись от боли, тоже припал подбородком к холодной колодке.
[Стражник: Наконец-то… Можно начинать!]
Усатый мужик махнул кому-то рукой, и толпа стихла в предвкушении увлекательного зрелища.
[Ро’Денье: Уважаемые жители Йефенделла, я рад, что все вы сегодня собрались здесь, дабы узреть сей акт истинного правосудия!!!]
[Толпа: …]
[Ро’Денье: Все вы знаете, что убийца великого Ардера Покорителя до сих пор не пойман и не предан суду… Это был ужасный плевок в нашу сторону, так что сегодня мы убедим каждую мразь, что кроится в тёмных переулках наших гордых улиц, что…]
Одетый в статное бордовое одеяние, Ро’Денье вознёс в воздух изящный меч, больше похожий на какую-ту золотую рапиру.
[Ро’Денье: …ВОЗМЕЗДИЕ НЕИЗБЕЖНО!!!»]
[Толпа: Аве!!!]
«А в этой вселенной, кстати он всё-таки смог добиться своей цели… Хотя тяжело проиграть, когда твой конкурент накладывает на себя руки где-то в глубинах леса».
[Ро’Денье: Сэр де Вельфор, попрошу вас приступить.]
[Максимилиан: С превеликим удовольствием.]
«Макс?»
Юноша склонил голову на бок, уставившись раскрасневшими глазами на Кайки.
«…»
Сзади к звероподобному заключённому приблизился рыцарь с длинными серебристыми волосами, идеальным прямым лицом, золотыми глазами и бескрайней уверенностью.
Без всяких долгих прелюдий он вытащил меч из ножен и рассёк старческую шею, после чего теперь уже бесполезный кусок плоти с хлюпающим звуком скатилась с трибуны.
К остаткам Кайки налетели люди — все хотели себе в дом оторванную голову проклятого зверолюда, прибитую к стене.
«Царствие ему небесное…»»
Сергей слегка улыбнулся и, уставившись в небо, приоткрыл рот.
«Я… Готов…»
[Максимилиан: …]
[Сергей: …]
«Чего?»
Тем не менее, рыцарь вовсе не спешил торопиться с Сергеем.
Юноша прекрасно слышал крохотные, но отчётливые трещащие звуки у себя за спиной. Это были шаги как всегда бронированного латными доспехами Максимилиана де Вельфора, телохранителя покойной Сюзанны Вигирфаль.
 
[Сергей: Что ты яйца-то мнёшь… Бей, как хочешь, я плакать не буду…]
[Максимилиан: …]
Толпа притихла, а солнце, казалось бы, спряталось далеко за сворами костлявых облаков.
Всплеск.
[Максимилиан: …]
Меч обнажился кровавым пламенем. Бушующие искры фейерверком разлетелись во все стороны, магмовые сгустки покрыли лезвие от самого его начала и до конца, а все присутствующие, казалось бы, ослепли от просто сокрушительнейшей мощи адского жара…
«Он загорается лишь тогда, когда его хозяин чувствует ненависть… Хах… Довольно предсказу…»
[Сергей: ААААААААААА!!!]
Адская боль жгучей сколопендрой расползлась миллионами мелких лапок, впивающихся острыми крюками в плоть Сергея. Мясо расползалось чёрной гнилью, булькая на оголённых костях в то время, как юноша всё не прекращал истошно вопить, вытаращив сворачивающийся в обугленную загогулину язык.
Макс решил сжечь его заживо вместо того, чтобы отрубать голову.
Никогда ещё его меч не горел так ярко…
  
Глава 31
 
Квадратные кубики придурковато плавали в размытой луже, разливающейся по редеющим кустам ветра.
«…»
Дырявым башмаком Сергей переваливался с крыла на горб, посекундно вздрагивая медовыми перьями.
«Чего… Что происходит… Я умер?..»
Потирая ржавеющими клешнями слипшиеся от пурпурной крови глаза, юноша озарялся по сторонам, но не понимал ровным счётом ничего.
По разноцветным склонам горохом рассыпались капли молний и всплески земли, а в далёком горизонте золотой паутиной виднелся покачивающийся ветвистый гриб.
«Ничего… Ничего не понимаю…»
Голова юноши взорвалась яркими бумажками и рассыпалась плавящимся углем по изумрудному песку.
***
[Сергей: Ээээ….]
В первую очередь юноша почувствовал свежесть и какую-ту влагу. Как оказалось позже, это была его слюна.
[Сергей: Гаааргх…]
Только после этого его череп пронзила невыносимая боль, и он невольно скрючился. Еле открыв повлажневшие от слёз глаза, юноша огляделся по сторонам, пытаясь понять, что происходит.
Здесь не было ничего удивительного — он лежал на полу в какой-то бедноватой, но ухоженной комнате. На небольшом столе стояла одинокая свеча, за окном изредка мелькали какие-то чёрные силуэты, возможно шляпы прохожих, по углам разместились две небольшие кровати, на стуле был повешена какая-та верхняя одежда, а к нему опиралась родня лопата Сергея с кроваво-чёрным магическим камнем.
[Сергей: …]
Тем не менее, рядом с ним валялась ещё и какая-та девушка с завёрнутыми в пучок светлыми волосами. На вид ей было 16–17 лет — слегка грубо приоткрытый рот, толстые чёрные брови и едва выглядывающие из-за приопущенных век каштановые глаза.
Как минимум сейчас её нельзя было бы назвать красивой, хотя Сергей, впрочем, в данный момент о таком даже не задумывался.
[Сергей: Пиздец… Что это было?…]
Потирая трещащую башку, юноша огляделся по сторонам, и тут ему на глаза попала ещё одна маленькая деталь.
«…»
Между ним и девушкой валялось два шприца, у обоих был завёрнут правый рукав, а в вене была небольшая красная точка.
«Ёбанный твой рот… Это наркота была?»
Сергей с трудом поднялся с пола и, присев на кровать, уставился на незнакомку.
На диком и обезображенном лице читалось больное и безудержное удовольствие.
«Так… Меня казнили… Макс… А теперь я здесь… Просыпаюсь под наркотическим бредом рядом с ещё какой-то наркоманкой… Гхммм…»
Снова взгляд упал на лопату.
«Точно… Можно ведь у Зета спросить…»