Орел и Ворон (СИ)

Короче, ополчение.
Впрочем, вскоре со стороны степи появилась и «беломестная» (то есть не платящая никаких налогов) казачья слобода из настоящих донских казаков. Последние жили сами по себе, но в случае серьезного набега уходили в крепость, чем существенно повышали ее обороноспособность.
Стоит также учесть, что гарнизон беспрерывно рос и, к примеру, к началу Смутного времени достигал уже около двух тысяч ратников. А в 1626 году одних только детей боярских в Ельце было уже более шести сотен.
И все бы хорошо … Вот только политика «выборного» царя Бориса Годунова по отношение к тем же казакам, коих он здорово прижал, «затягивание гаек» на «украинах» (то есть в порубежье) и, наконец, «великий голод» — все это настроило против Годунова жителей Ельца. Да и жителей большинства других городов-крепостей «Большой засечной черты»… Поэтому и не удивительно, что при подобных раскладах Елец единодушно поддержал первого Лжедмитрия! Впрочем, многие тогда действительно поверили, что он настоящий царь. И когда этого «настоящего» царя убили с подачи Василия Шуйского, а последний стал очередным выборным царем… В Ельце такой маневр не поняли и не оценили.
А потому во время восстания Болотникова Елец — опорная база восставших. Более того, крепость выдержала осаду и штурм царских войск под началом князя Ивана Воротынского! А после командующий повстанцами в Ельце Истома Пашков (по некоторым данным так и вовсе ельчанин, «боярский сын»!) нанес поражение отступающим отрядам царской армии! И наоборот, переход Пашкова и елецких в том числе воинов на сторону Шуйского предрекли поражение Болотникова…
После подавления восстания уцелевшие ельчане вернулись домой. Многие погибли в схватках с царскими отрядами, многие — добивая мятежников, вчерашних соратников. И все это время домам и семьям ратников беспрестанно угрожали крымские и ногайские татары… Больше бунтовать никто не пытался — более того, когда в 1613 году на юг подался мятежный атаман Заруцкий, ельчане твердо выступили против «вора» вместе с московской ратью.
Однако главное испытание многострадальный город-крепость еще только ожидало…
В 1618 году поляки решили вновь попытать счастье в «Московии» — и посадить на престол «венчанного на царство» королевича Владислава. С этой целью ляхи начали военное вторжение и устремились к столице — в то время как войско запорожцев (численностью примерно в двадцать тысяч казаков) под началом гетмана Сагайдачного ударило по южной Украине Московского царства…
Удивительная судьба была у Петра Сагайдачного. Этот гетман стал один из самых успешных лидеров запорожского казачества и прославился, прежде всего, как победитель турок и татар. В 1606 году им была захвачена неприступная до того Варна (казаки использовали избитый прием с ложным отступлением), в 1607 году запорожцы под его началом обрушились на Крымское ханство, взяв Перекоп и Очаков. Затем малоросские казаки вновь переключились на турков, в 1608 году атаковали днестровские крепости Килию и Измаил. Очевидно, не очень успешно, раз победные реляции отсутствуют — но морские набеги продолжались. Например, в 1614 году «черкасы» (так запорожцев именовали в России) одержали крупную победу под Синопом, захватив город, а в 1616 разорили Кафу, крупный центр торговли невольниками, где освободили множество христиан, угнанных татарами на продажу. В том же году запорожцы целиком истребили крупный отряд крымских татар у притока Днепра, Самары — татары возвращались с большим полоном с Речи Посполитой.
Полон казаки освободили.
Таким образом, пока часть запорожцев вначале с первым Лжедмитрием, а главным образом, со вторым (Тушинским вором) грабила и разоряла Россию, Сагайдачный честно воевал с турками и татарами. Настоящий народный герой… Но не все так однозначно ни с Сагайдачным, ни с его казаками.
Вообще, малоросские казаки изначально — это свободные вооруженные поселенцы, постепенно осваивающие исконно русские земли древнего Киевского, Переяславского и Черниговского княжеств. В шестнадцатом веке эти земли пустовали после нескольких веков разорения и запустения литовской украины… Почему литовской? Потому, что после разорения Батыем в тринадцатом веке эти княжества вошли в состав стремительного набравшего силы Литовского государства.
 
Так вот, малоросские казаки заселяли фактически ничейные земли, при этом и налогами их никто особо не обременял и не давил. А на набеги татар они быстро научились отвечать ответными набегами — правда, морскими. Видать переняли тактику донских казаков, чьи ряды, в свою очередь, пополнили разбитые Иваном Третьем ушкуйники, века с одиннадцатого промышлявшие морскими, а после и речными разбоями… Кроме того, колонизирующие эту землю литовские шляхтичи русского происхождения и православного вероисповедания поддерживали своих поселенцев-казаков и защищали их интересы в сейме, вместе с ними рубили татар и турок.
Так, например, знаменитую Запорожскую сечь основал магнат Дмитрий Вишнивецкий в 1555 году — и он, кстати, со своими казаками перешел на службу к Ивану Грозному! Отличился в походах против татар — потом, правда, влез в авантюру с троном Молдавского господаря и сгинул…
Однако, в конце шестнадцатого века под влиянием иезуитов была принята церковная уния, подчиняющая Православную церковь в Речи Посполитой католической. Унию поддержал польский король — вследствие чего на не отринувших веру православных христиан начались гонения. Одновременно с тем в казачьих областях, попавших под сильное влияние поляков после Люблинской унии, жителей принялись давить поборами и налогами, а вчерашних казаков — закрепощать, переводить на холопское положение. Наконец, родная, русская шляхта начала массово переходить в католичество под влиянием все тех же иезуитов — и если Дмитрий Вишнивецкий основал Запорожскую сечь, то сто лет спустя Иеремия Вишневецкий топил в крови казачье восстание Хмельницкого…
Естественно в таких условиях казаки противились польскому влиянию, восставали против тех, кто пытался лишить их самой возможности защищать себя от набегов татар (ни о какой централизованной защите южной украины у поляков речь даже не шла) и одновременно с тем посягал на их веру. Еще в конце шестнадцатого века литовскую украину сотрясли восстания Косинского и Наливайко — оба были с трудом подавлены ляхами. Однако тогда еще запорожцы воевали лишь за расширение реестра (то есть списочного числа казаков, сохраненных для борьбы с татарами) и привилегии шляхтетского сословия, кои черкасы надеялись примерить на себя…
Смутное время на Руси на время ослабило градус напряжения в Речи Посполитой. Многие казаки пошли на службу к понравившимся им Лжедмитрию Первому (стоит признать, личность действительно незаурядная). К ним же присоединилось огромное число беглых польских холопов, взявших в руки хоть какое-то оружие. Позже их назовут «воровскими казаками», а некоторые хронисты огульно присовокупят их к казакам запорожским, представляющим, в отличие от холопов, уже реальную боевую силу. В отрядах же второго Лжедмитрия «воровские казаки» станут главной действующей силой — наравне с польской мятежной шляхтой.
Однако после неудачи в России поляки высвободят силы на востоке, чтобы перебросить их на юг. Против терзающих землю крымских татар или турков? Нет! Против разгулявшихся на чужбине казаков! Тех, кто воевал с иноверцами под началом Сагайдачного…
И именно потому, что возмущенные турки требовали усмирить запорожцев!
Про этот эпизод из жизни Сагайдачного информации немного, но в 1617 году он заключил позорное Ольшанское соглашение, стоившее ему гетманской булавы. Соглашение было реально позорным и одновременно с тем кабальным — как я думаю, боевому гетману поставили ультиматум, и воевать с поляками в одиночку он не решился. На Москву в те дни действительно не было смысла оглядываться — после Смутного времени Россия с трудом приходила в себя…
Однако уже в следующем году ляхи, зная слабость ратных сил Москвы, вновь решившие попытать счастья с русским престолом — и в очередной раз отправляется в поход. Им вновь понадобились запорожцы — и по-своему наивным казакам предложили новые договоренности взамен за то, что они примут участие в войне. Что же: Сагайдачный потребовал прекратить гонения на православных, увеличения реестра, автономии Запорожскому войску — и ему пообещали эти требования выполнить! Наивный Петро вновь стал любимый казаками гетманом — и повел на Москву огромное для казаков войско в двадцать тысяч запорожцев… Большую часто которого, понятное дело, составили присоединившаяся к казакам холопская голытьба, огульно в казаки зачисленная.