Побег с Шиэго II (СИ)
«Сколько десятков лет они здесь лежат и почему такое вроде бы ценное оборудование так беспощадно выбросили? В чем же была проблема?» — я осветил этот самосвал и начал рассматривать. — «Дно полностью сгнило, корпус деформируется и распадается под собственным давлением, колёс давно нет. Наверно, из машины выжали вообще всё, что только могли», — сделал я закономерный вывод после внимательного осмотра.
Я уже увидел проём, который был мне нужен, размышляя о том, что даже в такой наполовину искусственной атмосфере без естественной жизни, без водоёмов и циркуляции влаги, металл подвержен серьёзной коррозии. На секунду мне стало даже более страшно, чем когда я сюда заходил — я совершенно явственно представил, как всё это держится на таких же частично проржавевших сваях и переборках. Как раз в этот момент, для полноты ощущений, послышался сильный скрежет сверху и вся конструкция немного завибрировала.
«Эти ещё краны, почему именно сегодня и сейчас?!» — я приблизился к проёму и увидел нарисованную немного правее надпись: «А-1-2». Сначала я посветил туда внутрь, и увидев примерно такой же пейзаж, зашёл туда. После пары самосвалов мне начали попадаться огромные вагоны, которые напомнили мне железнодорожные земные, но они были немного другой конструкции.
«Это в каких же шахтах они здесь используются? Или уже не используются?» — мне даже стало интересно.
Между вагонами я петлял минут тридцать, пока нашёл нужный путь к сектору «Б-1-2». Возле входа в сектор я сел передохнуть, попил водички и мне пришла мысль подкрепиться обедом, потому что я уже себя чувствовал более измотанным и голодным, чем за такое же время после работы в шахте. Но я отмёл эту мысль, поскольку находиться мне здесь ещё придётся часов восемь или даже больше, и никто мне жрать на блюдечке не подаст. Еду надо было экономить. Я встал и ощутимо ударился каской обо что-то массивное. К счастью, обошлось без травмы, поскольку я среагировал и сразу присел. Посветив фонариком, я обнаружил чуть сзади искривлённую балку, об острый угол которой я и зацепился, когда вставал.
«Вот так вот и проломаю ещё себе голову на ровном месте», — сердце учащенно застучало. — «Надо быть внимательнее и осторожнее».
Ещё раз осветив фонариком вход в сектор, я увидел в куче металлического отвала возле так называемой стены нечто похожее на отбойный молоток. Чуть пригнувшись, я подошёл ближе и рассмотрел его — это действительно был покорёженный и полуржавый отбойный молоток. Ремонту он явно не подлежал. Только я собрался отвести луч фонарика в другое место, как услышал метрах в семи правее от меня какой-то шорох и недовольный писк. Я с удивлением повернулся на звук и мой фонарь осветил некое существо: очень похожее на крысу, оно стояло на двух массивных задних лапах, а передними держало кусок какого-то кабеля и когтями пыталось расцарапать оплётку. В свете фонаря блеснули оранжевым светом глаза-бусинки существа, и оно убежало в какую-то ближнюю щель, оставляя мясистым хвостом след в пыли.
«Охренеть, это ещё что такое? Крыса? С оранжевыми глазами и такими здоровыми когтями, как у хорошего кота?!» — мне стало весьма не по себе. — «Что же они тут жрут, металл или резину?» — это надо будет выяснить у Вишугиза.
Впечатлённый неожиданным наличием здесь живности, я двинулся в следующий сектор. Я уже прикинул, что серьезно углубился внутрь этой металлической пирамиды, и при всём желании быстро не смогу отсюда выбраться. Не то чтобы у меня была клаустрофобия — её не было, но было очень странное ощущение: находиться здесь мне было гораздо неприятнее, чем в шахте.
Сектор «Б-1-2», в который я начал углубляться, был уже немного менее плотно захламлён остатками вагонов. Места стало чуть больше, и проходы были чуть более просторные, я потратил минут на пять меньше времени, пока дошёл к входу в «Б-1-3». Вход этот был примерно посередине наваленного металлического хлама, служившего забором. Вдоль этой стены уже было навалено с десяток совершенно раскуроченных отбойных молотков. Это вселяло оптимизм — нужное оборудование тут явно было.
Я посветил фонарем в новый сектор, и не увидев там явной опасности, углубился в него. Он оказался значительно плотнее заставлен лабиринтом из наполовину деформированных вагонов, чем предыдущий, и примерно посередине сектора, обходя в узком проходе один из таких вагонов, я повернул направо и практически уперся всем телом в хорошо закреплённую лестницу.
«А это ещё что такое?» — я посветил фонарём и увидел, что лестница уходит метров на пять вверх, и вверху виден какой-то проём в переборке. Обойдя лестницу сбоку, я увидел на стене вагона надпись на орочьем: «Вход в Б-2-3». Очевидно, это была возможность подняться на второй уровень этой свалки. Я ради интереса подергал лестницу, и она показалась мне довольно хорошо вмонтированной и закреплённой.
Я зашёл в меню импланта, за минуту нашёл в инструментах «библиотеки изображений» маркер и пометил красной точкой это место на карте. Второй уровень сам по себе меня весьма заинтересовал.
Глава 30
Постояв ещё минутку и оценив перспективы залезть наверх, я двинулся дальше. Метров через пятнадцать лабиринт из хлама стал менее плотным, и луч моего фонарика зацепил уже небольшую кучу отбойных молотков разной степени покорёженности. Почти сразу же я услышал недовольный писк и направил фонарик левее и немного в глубину: три уже знакомых мне крысы, или почти крысы, вырывали друг у друга кусок какой-то пыльной резины. Когда я их осветил, они сразу же разбежались, из чего я сделал вывод, что существа эти свет не любят.
Когда я дошёл к проходу в сектор «В-1-3», то весьма удивился, что передвижение заняло у меня более получаса — секундомер не врал. Немного постояв и посветив внутрь следующего сектора, я присел на корточки, выпил несколько глотков теплеющей воды и стал размышлять, а могу ли в принципе что-либо починить, учитывая печальное состояние находящегося здесь хлама.
Через респиратор стало дышать тяжеловато, поэтому я решил его на несколько секунд снять и обструсить от пыли, о чём горько пожалел буквально в следующий миг — такой концентрации пыли, затхлости и духоты я в жизни нигде не встречал. Даже в шахте во время разбивки киркой породы пыль и мелкие осколочки не так донимали, как обычный воздух здесь.
«Какой же воздух отвратительный и ядрёная смесь запахов, я сейчас весь свой завтрак изрыгну», — я судорожно начал обратно напяливать респиратор.
Находиться здесь без средств защиты более двух минут было невозможно, и мне в принципе стала понятна причина, почему орки из ремонтной бригады не спешили что-либо ремонтировать. Вероятнее всего, весь этот металлический хлам скапливался здесь многие десятилетия или даже больше — одни заключенные прибывали, другие убывали, никакого осознанного плана работ и складирования не было, всё было пущено на самотёк и поэтому получилось то, что получилось. Иначе я не мог себе объяснить это безумное складирование.
Сплюнув изо рта есь этот привкус и нацепив респиратор, я двинулся в следующий сектор. Первые метров десять было сравнительно свободно — вокруг валялись только небольшие кучи остатков непонятно чего металлического, зато потом мой фонарь уперся в стену из трех самосвалов, нескольких вагонов и балок. Я решил идти направо и искать проход там. Пройдя так метров шестьдесят, я уже было подумал перелезть под одним из относительно прямо стоящих вагонов. Мне пришлось бросить на землю свои пожитки, стать на колени и светить фонариком под вагоном. Мощности ощутимо не хватало, но мне удалось рассмотреть, что в нескольких метрах дальше за вагоном тоже было какое-то темное нагромождение, и смысла туда лезть не было никакого. Пришлось идти ещё пару десятков метров дальше, пока показался мало-мальский пригодный проём, через который можно было протиснуться и не застрять.
По моим расчетам, я находился метрах в двадцати по правой стороне этого сектора и метрах в двадцати пять от стены, отделяющей следующий сектор. А проход в него, если верить карте, был метрах в сорока левее от меня. Я начал протискивать через проём, и это оказалось делом более сложным, чем показалось на первый взгляд — я чуть не разодрал себе правый рукав на робе, а на до сказать, что она была довольно прочная. Немного сбавив усилие, я очень медленно протиснулся и сразу оказался в узенькой площадке среди двух стоящих под углами вагонов.