Мой запретный интерн (СИ)

— Да сэр, — проговорил Брэдли и впервые пожалел, что вопреки желанию родителей решил стать врачом, несмотря на то, что ему нравилась его работа, он не любил и не приемлил для себя, такое уж у него было воспитание, заниматься тем, что ему неинтересно.
— Отлично, — врач кивнул и пошел по своим делам. Он подозревал что парня сюда сослали, но, с другой стороны, он свою работу любил и такое пренебрежительное отношение ему не нравилось. А значит у парня будет непростая жизнь. Брэдли пошел готовиться к операции и переодевшись в стерильную пижаму, вошел в операционную "а еще вчера ты оперировал сердце…ну ты и лох".
Операция прошла без осложнений, малыш сразу закричал и задышал, и врач улыбнулся, радуясь новой жизни. Правда его новый ординатор явно не испытывал восторга от происходящего, но выбора у него не было. Брэдли покинул операционную, как только это стало возможно и скинув халат и маску в урну, помчался в приемное "боже пошли мне травму, да посложнее, иначе я удавлюсь на чьей-нибудь пуповине".
В приемном было тихо и проходящий мимо Лайл удивленно посмотрел на него, — доктор Майерс, вы же сегодня в гинекологии, или я ошибаюсь?
Брэдли нахмурился, — я сегодня в гинекологии, — подтвердил он, — но вам откуда это известно?
— Я все знаю, — Лайл широко улыбнулся, — но если вы в гинекологии, то какого черта вы здесь? Уверен там нужны специалисты.
— У меня перерыв, — довольно грубо отозвался Брэдли и прошел мимо него к выходу.
— Да неужели, — Лайл усмехнулся и пошел с своему больному, думая о том, что парнишка скоро взмолится, вот только если Кейт обидели, то она не сразу простит.
Брэдли вышел на улицу и вдохнул прохладный воздух, призывая все известные ему силы на то, чтобы случился какой- нибудь катаклизм и одновременно говоря себе, что так нельзя и что, раз уж послали в гинекологию, значит, нужно отработать необходимые часы и вернуться в нормальную хирургию.
Но никакие силы к нему на помощь не пришли, потому что день был невероятно спокойный. Кейт прихватив кофе ушла заполнять карты посмеявшись над тем, что Брэдли нагрубил Лайлу за то, что тот его отправлял в гинекологию.
После смены, Брэдли, впервые за долгое время, поехал к родителям, потому что хотелось почувствовать себя любимым и самым нужным, а лучше всего это удавалось в родительском доме. Въехав в ворота частного коттеджного поселка, вскоре его мерседес зашуршал колесами по подъездной дорожке родительского дома. Припарковавшись рядом с Ягуаром матери, Майерс открыл дверь и поставил ногу, обутую как обычно в одни из его любимых оксфордов, на щебенку. Он вылез из машины и потянувшись, захлопнул дверь, оглядывая дом, окна горели на первом этаже и на втором, в кабинете матери, который, в целом, был очень похож на кабинет Кэйданс, правда у мамы мебель была сделана под старину, она любила такой стиль, хоть и признавала его непрактичность, поэтому, в таком стиле был только ее кабинет, а не весь дом. Больше всего Брэдли радовал тот факт, что они не решили превратить во что-то его комнату, поэтому в любой момент он мог приехать к ним и спокойно там переночевать. Со времен его студенчества там ничего не поменялось, кровать, компьютерный стол, пара шкафов с для одежды и книг и, разумеется, большой телевизор. По сути, почти точная копия всего того, что было в его новой квартире. Достав с пассажирского сидения свою сумку с ноутбуком, Брэдли уверенно переступил порог родительского дома.
— Брэдли? — Элизабет удивленно посмотрела на него, — милый что случилось?
— По-твоему что-то должно случится, что бы я приехал домой на ужин?
— Я в этом просто уверенна, — она поцеловала сына, — тебя не было лет сто и вдруг ты заявляешься.
— Решил увидеться с вами, но вы похоже недовольны, — посетовал Брэдли.
— Мы довольны, — она улыбнулась, — просто удивлены. И папы нет, он будет позднее, так что мог бы хотя бы позвонить.
Брэдли пожал плечами, — но так ведь прикольнее, — он прошел в гостиную и скинув пиджак и галстук, упал на диван, — я задолбался.
 
— Что такое? — Элизабет села рядом, — тебе же нравилась твоя работа.
— А теперь она меня бесит…точнее, меня бесит то, что меня перевели в гинекологию…я никогда даже не думал о том, чтоб быть гинекологом…хуже этого только дерматология…
— Гинекология? — Элизабет подозрительно посмотрела на него, — нда… приятного мало… смотреть на волосатые… — она недоговорила и поморщилась.
Брэдли фыркнул, — ну они не всегда волосатые и дело не в этом, а в том, что я хочу делать что-то более важное и серьезное, чем кесарево….
— Ну ты же сам говорил, что ординатура это просто этап.
— Да, но…это довольно-таки долгий этап, и я не хочу провести его в гинекологии…и вообще непонятно, почему меня туда отправили.
— Не знаю, милый я вообще плохо разбираюсь в ваших делах.
— В них вообще мало кто разбирается, сегодня впервые подумал о том, что отец был прав и мне надо становиться банкиром или юристом…
— Думаю еще не поздно, отец будет в восторге.
— А мне придется признать его правоту…нет уж, пока небритые женские органы не настолько извели меня, — проговорил он с улыбкой.
— Тогда просто скажи, что это я тебя звала и ты наконец приехал, — она улыбнулась.
— То есть не говорить, что я соскучился? — уточнил Брэдли.
— Думаю, не стоит, зачем его волновать.
— Тоже, верно, — согласился Брэдли и включил телевизор, — переночую сегодня тут, неохота никуда ехать.
— Ого? — Элизабет подняла брови, — милый дело точно в …гинекологии?
— Да вроде бы все остальное, как всегда, полное отсутствие личной жизни и свободного времени…и все бы ничего, будь я в травме или кардиологии…
— Но ты говорил, что в кардиологии не было главного врача, — Элизабет посмотрела на него.
— Она вернулась, — отозвался Брэдли — и еще вчера я оперировал с ней, а сегодня меня сослали.
— Просто сослали? — Элизабет подняла брови, — но может папе позвонить в больницу и поговорить с кем-нибудь?
Брэдли хмуро на нее посмотрел, — что бы все попрекали меня этим потом?
— Этого никто не узнает.
— Это буду знать я, — хмуро проворчал Брэдли, — и это ведь неправильно, ты сама это знаешь…
— Милый, многие вещи могут показаться на первый взгляд неправильными, — Элизабет улыбнулась, — пойдем, поможешь мне накрыть на стол.
— Ладно, пойдем, — согласился Брэдли и встал с дивана, — не хочу, чтобы папа знал, что я такой неудачник.
— Перестань, мой сын самый лучший, а все, кто в это не верит, идиоты, — Элизабет обняла сына за талию, — пойдем.
— А на десерт у нас что?
— Тебе понравиться, — она подтолкнула его в сторону столовой, — Кстати, а когда ты наконец приведешь нам девушку, которую любишь?
Брэдли усмехнулся, — для начала мне нужно найти такую девушку.
— Хорошо, как скажешь, а вот и папа, наконец можно идти ужинать.
Брэдли пожал отцу руку, — привет, — он улыбнулся, — ты че так поздно?
— Работал, а ты что тут болтаешься? — Жерар улыбнулся, — неужели все больные отказались от вашей помощи?
— У меня закончилась смена и я решил заехать, — Брэдли пожал плечами, — вы ведь наверняка соскучились.
— Тогда пойдемте ужинать, потому что я голоден и да, я тоже скучал, — Жерар улыбнулся, — и я рад тебя видеть.
Они прошли на кухню и сев за стол, Брэдли поинтересовался, — пап, у тебя есть знакомые в совете нашей больницы?
— Думаю, да, — Жерар посмотрел на сына, — а что, у тебя неприятности?
— Да нет, просто меня перевели в отделение, к которому я никогда не проявлял интереса, даже будучи интерном…так что этот перевод довольно странный.
— И ты хочешь оттуда уйти? — Жерар поднял брови.
— Я хотел бы вернуться обратно в отделение, в котором мне интересно и в котором я действительно приношу пользу.
— Хорошо, — Жерар кивнул, — ты же знаешь, что ты всегда можешь рассчитывать на меня.
— Я просто, для начала, хотел бы знать, чем вызван этот перевод, — Брэдли улыбнулся, — может ты бы мог узнать, и я бы уже решил, что делать дальше.